Game of Thrones. From the Very Beginning

Объявление

Игровой период: 01.05.298 - 30.09.298
Что творится в Вестеросе (Седьмой-восьмой месяцы): Север. Пока Робб Старк бродил за Стеной в поисках Джона Сноу, попутно отбиваясь от упырей, Русе Болтон послал ворона в Королевскую Гавань с просьбой назначить его Хранителем Севера. Разумеется, Ланнистеры увидели в этом шанс обрести нового союзника и согласились на это, пообещав лорду Дредфорта кое-что еще.
В Винтерфелле было тихо и спокойно, пока однажды под стенами замка не показались знамена лорда Родников. Родрик Рисвелл, продемонстрировав письмо нового Хранителя Севера, уверил всех в том, что его послали ради обеспечения защиты замка от одичалых. Не прошло и недели, как прямо в Главном дворе разыгралась настоящая трагедия: Роджер Рисвелл убил маленького Рикона, обвинив в содеянном септу и дуэнью Маргери, и объявил о вскрывшемся «заговоре» южан, после чего была перебита почти вся гвардия розы, а замок оказался в руках Рисвеллов.
Королевская гавань. Благодаря вмешательству Джоффри перед самой его коронацией состоялся суд поединком: против Красного Змея интересы короны вышел защищать Джейме Ланнистер. В бою Оберин Мартелл одержал победу, ранив Цареубийцу, но это не помешало кронпринцу казнить дорнийца - не за государственную измену, в которой его обвиняли, а за братоубийство.
После коронации Джоффри Баратеон созвал всех придворных и почетных гостей столицы, дабы огласить свою волю: лорд Тайвин Ланнистер был назначен грандлордом Дорна, Станниса Баратеона сняли с должности Мастера над кораблями, леди Старк оказалась в заточении, а Тиреллов за то, что помогли вывезти нынешнего лорда Винтерфелла, Брандона Старка, из столицы, обещали объявить изменниками, если они не подтвердят лояльность королю, возвратившись в Королевскую Гавань вместе с Браном.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Кузница истории » Золотые розы на черном полотне [Сад Красного замка. 17.06.298]


Золотые розы на черном полотне [Сад Красного замка. 17.06.298]

Сообщений 1 страница 17 из 17

1


Золотые розы на черном полотне

Дата:
17.06.298 от З.Э.

Место:
Королевская Гавань. Красный Замок. Сад

Действующие лица: Дэйнерис Таргариен и Лионетта Тирелл.


Краткое описание:
Дамы всегда найдут темы для разговоров

+1

2

В Королевскую Гавань семейство Тирелл прибыли около месяца назад, возможно, чуть больше. Ситуация с лордом Тиреллом разрешилась успешно, что не могло радовать Королеву Шипов, которая, наверно, целый вечер после освобождения своего сына отчитывала его за недальновидность и опрометчивость. И продолжила свои «лестные» реплики еще на следующие утро. Была ли леди Олена злопамятной? Не в этом случае, она лишь сильно переволновалась, ну, а каждый свою радость выплескивает по-разному. В том числе негласный глава дома Золотых Роз, смогла добиться места в Малом совете для своих старших внуков. Собственно, это и стало ключевым к прибытию ко двору.
Для молодой Лионетты бабушка возлюбленного была всегда примером для подражания. Очень сильная, строгая, умная женщина, которая держала в узде все свое семейство. Она сама строила свою судьбу, чего стоит ее рассказ о том, как она случайным образом оказалась в покоях жениха своей сестры. Она строила судьбу своим детям и внукам. Когда же леди Зеленого Яблока узнала, что леди Олена прознала о переписки своего среднего внука с племянницей сира Джона Фоссовея, Лионетта испугалась, что Гарлана тут же женят на ком-то другом и…и что тогда будет с ней? Все обошлось, Слава Семерым, что Гарлан лишь второй сын.
Сейчас, спустя несколько лет жизни рядом с Тиреллами, Лионетта не представляет себе жизни без семейства роз. Она искренний патриот своей семьи. И пусть на ней иногда красуются зеленые цвета и «яблоки», но все чаще ее гардероб украшают эти нежные, но безумно опасные своими шипами цветы – розы.
Вот и сегодня, в погожий день, светло-золотое платья расшитое розами, крепко окутывало тонкую талию леди Тирелл. Оно обнажает ее молочные плечи, слегка приспускаясь с них, даруя хотя бы намек на прохладу. Красный замок – прекрасен, величественен, бесподобен, но это не Хайгарден. Лионетта все никак не может привыкнуть к новому месту, что сегодня пожелала не спускаться к завтраку, а остаться в покоях. Все равно Гарлан совсем рано покинул ее, и скорее всего до позднего вечера она с ним не встретиться. Дела государственные – не терпят отлагательств. «И суеты!» - подумала блондинка прохаживаясь по саду. Наверно, это было единственное место, где она чувствовала умиротворение. Жена сира Гарлана остановилась возле куста с розами и придерживая подолы платья нагнулась, чтобы вдохнуть их одурманивающий запах.
- Хотите сорву для вас? – откликнулась со спины Изабель, служанка Лионетты.
- Нет, не стоит… Пусть растут. – она повернулась к девушке, - А, то еще подумают, что мы с тобой дикие. – леди Тирелл улыбнулась, продолжая свой путь.
- Пойдем к беседке, я немного по вышиваю. – девушки продолжили свой неспешный путь. Расположившись в беседке, Лионетта принялась вышивать полотно, которое еще начала в Хайгардене. «И почему я все никак его не закончу?» - Изабель, сегодня прохладней, чем вчера, не находишь? – обратилась она к прислуге.
- Да, миледи.
- Но не достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно. Принеси что-нибудь освежающего, пожалуйста. – продолжала леди Тирелл, не отрываясь от полотна.
- Вина? – миледи улыбнулась и вопросительно изогнула бровь.
- Не думаю, что вино освежает. От него будет кружиться голова и…
- Я вас поняла, леди Лионетта. Что-нибудь придумаю! – поспешно поклонившись, Изабель отправилась в сторону замка, а миледи Тирелл осталась вышивать.

+7

3

Как же Дейнерис нравилась жизнь в Красном Замке! Наконец-то ей не надо скитаться по грязным улицам Вольных Городов, убегать от каждой тени и думать, что же их ждет дальше. Теперь Бурерожденная, как и полагается Таргариенам, находится под присмотром лучших рыцарей Семи Королевств, спит на мягких перинах, одевается в шелка и кушает лимонные пироженные на завтрак.
«Разве это возможно? - спрашивает она себя, пока две служанки расчесывают ей волосы, - очнись глупышка!». На мгновение она замирает, боясь, что все это только сон. Дени еле заметно щипнула себя за руку. Нет, она больше не в Эссосе, это не сон и не бредни от горячки.
«Я дома!».
Улыбка от этих сладких мыслей, словно мед, который подают на обед, стает шире и замене. Глупышка-служанка думает, что это новая прическа вызвала такие яркие эмоции на личике Руфины Ланнистер, она продолжает нахваливать творение своих рук, но девушка ее почти не слышит. В мыслях Дейнерис убежала в далекое будущее, в тот день, когда ей не придется красить волосы и капать в глаза белладонну. В тот праздничный день она наденет черное платье, расшитое красными рубинами, а сопровождать ее будут не золотые плащи или гвардейцы Ланнистеров, а рыцари Королевской Гвардии. Тогда исчезнет Руфина из младшей ветки Ланнистеров и на королевский помост взойдет Дейнерис Таргариен, Бурерожденная. «И флаги дома Таргариенов опять будут развиваться над Королевской Гаванью и на Драконьем Камнем, а лорды от Дорна до Севера будут желать мне и моему королю долгих лет правления».
Как же Дени хотелось, чтоб этот миг поскорее наступил! Как же хочеться посмотреть в лица Старков, Баратеонов, Арренов и прочих с высоты королевского трона! Как же хочется им пересказать все, что ей пришлось из-за них пережить. Но пока это только ее сны. Ее принц гостит еще в Винтерфелле и даже не знает о ее существовании, а сама Бурерожденная проводит дни за книгами, изучая столь неинтересную геральдику, историю, музыку и прочее глупости, без которых будущая королева, если верить Серсее Баратеон, обойтись никак не может.
«Особенно вышивание», - с трудом выдохнула Дейнерис, глядя на корзину с нитями. В книгах, которые ее заставили прочитать, не раз рассказывается о том, как дамы дарили платки своим рыцарям. «Но разве они сами их вышивали?». Что-то Дени не видела Серсею Баратеон за этим делом, да и вряд ли Висенья или Рейнис тратили время на такие пустяки. «Так почему я должна?» - хотела спросить Дени, но вместо этого покорно взяла корзинку и направилась в сад.
Любимое место Таргариен заняли дамы которых раньше Бурерожденная не видела в замке. Их платья были расшитые розами, девушки улыбались и о чем-то своем ворковали. Дени приветливо кивнула и села в уголке. Сделав несколько стежков она уколола палец, но удержаласюю чтоб не скривиться от боли. Опять заработала иглой и снова уколола. Алое пятно запятнало белоснежное пятно.
- Ай! – на этот раз вскрикнула Руфинна Ланнистер, вытирая кровь. Хотелось бросить полотно в кусты и уйти, но она обещала, что при первой встречи она подарит кронпринцу собственноручно вышитый платок. Королева говорила, что это должно покорить Джоффри. «Только пусть там не будет дракон. Еще слишком рано», - сладко улыбнулась Серсея.

+6

4

«Итак…Посмотрим, на чем я закончила в прошлый раз…» - расправляя полотно с вышивкой, спросила у себя самой мысленно Лионетта Тирелл. Девушка находит незавершенный кусок и натягивает на пяльца, проверяя плотно ли натянута ткань. Выбирает нужную нитку и несколько незамысловатых медленных движений, и она видит уже плоды своего труда.
«Ну, и где же она с напитком? Шарко ведь сегодня!» - думает Лионетта, рассматривая среди кустов и дорог, которые ведут к замку свою помощницу. Но девушки не было видно, даже отголоска ее миловидной прически уложенной по моде столицы. Сама же леди Тирелл оставалась верна не только семье роз и яблок, но и моде южанок. Об этом говорили и наряды, и убранства на голове.
Лионетта не думала, что по полудню это место будет настолько популярным. «А как же сон? Или чтение?» - но она перевела взгляд на девушку, которая только что вошла со своей свитой, и тоже склонила голову в знак приветствия.
Несколько за слыша, как девушка воскликнет от проколотого пальца, леди Тирелл решительно поднимает на нее голову, рассматривая, что творится в ее части беседки. Сама же блондинка предпочитала музыку всяким там шитью и вышиванию, и благодаря струнам у нее получилось натренировать ловкость пальцев. Очередной крик «ай» и вышивание Лионетты осталось лежать на скамейке, а девушка сложив перед собой ладони уверенно направилась к незнакомке.
- Здравствуйте, миледи. – она ловко присела, приподнимая подолы платья. – Мы с вами не знакомы, кажется… Я – Лионетта, из дома Фоссовей, в девичестве. Мой супруг – Гарлан Тирелл. Вы не позволите мне присесть, я помогу вам с вышиванием? А то боюсь, что через несколько часов такой работы вы зальете кровью весь пол. – тем временем служанка Лионетты приносит графин со стаканами, и блондинка жестом подзывает ее к себе:
- Изабель, иди к нам. Я уверена, что миледи так же хотят пить. Это что? – улыбаясь спрашивает жена Гарлана, наблюдая, как Изабель разливает по стаканам светлую жизкость.
- Лимонад, леди Лионетта.
- Миледи, вы хотите лимонад? – поворачиваясь к незнакомке спрашивает Тирелл.

+6

5

Дейнерис опять уколола палец, но на этот раз постаралась не кричать на весь сад, а просто вытерла кровь платьем малинового цвета, решив, что это будет незаметно. «А если останется пятно, пускай, у меня еще много платьев!». Королева позаботилась, чтобы последняя из Таргариенов ни в чем не нуждалась и еще в первый день прибытия Бурерожденной в Красном Замке прислала к ней своих собственных швей!
Дени опять вернулась к работе. Сегодня она хотела закончить хотя бы завиток на букве «J», и, кажись, у нее началось получаться.
«Интересно, принцу понравится моя работа?» - девушка очень хотела понравиться своему суженному, поэтому вкладывала всю свою душу в вышивку, но оказалось, что этого недостаточно. Стежки у нее неровные, полно узлов, а переходы между цветами, если верить септе, слишком резкие.
«Да что она знает в шитье?» - хотела за себя заступиться Дейнерис, но затем еще раз посмотрела на творения рук своих и передумала. Да, действительно, ей еще учиться и учиться.
«Но ведь ни у кого ничего не получается с первого раза». Не успела она подумать, как игла опять уколола палец и на этот раз Бурерожденная опять крикнула от боли да еще так громко, что барышни, сидящие недалеко оторвались от своих дел, чтобы посмотреть, что же там происходит.
«Наверное, стоит подойти и извиниться», - смекает Таргариен, но не успевает она отложить полотно в сторону, как девушка с золотыми, как у Серсеи Баратеон локонами подходит к ней. Девушка приветливо улыбается, представляя себя, а Дени в ответ только быстро хлопает ресничками, пытаясь вспомнить, откуда же будут эти Фоссовеи. «Из Речных земель? А может из земель Ланнистеров?». Дейнерис очень тяжело давалось запоминать все эти дома и их вассалов. «Она сказала, что жена Гарлани Тирелла, а Треллы – это Простор. Значит и Фоссовеи из Простора? А если она из Зеленых яблок, то есть еще красные?». Дейнерис не знала, зато она видела как делегация из Хайгардена прибыла в Красный Замок. Это было нечто! Особенно ее взор приковал рыцарь у которого на гербу красовались две розы. Кто-то из служанок сказал к какому роду он принадлежит, но Бурерожденная не запомнила.
- Руфина Ланнистер, - склонилась в реверансе девушка. – Я фрейлина королевы Серсеи Баратеон, мне дали задание вышить инициалы на платке, но боюсь это совсем не мое, - Дени смущенно улыбнулась отводя глаза. Наверное, она единственная здесь не может подружится с иглой. – Буду весьма признательная за помощь, а лимонад, да не откажусь. Сегодня так жарко, что даже в Пентосе не так… - Девушка осеклась понимая, что ляпнула лишнее. Откуда простой девочке из Ланниспорта знать как жарко в Пентосе, если она там никогда не была. «Дени, Дени, какая ты еще глупышка». – А вы прибыли ко двору, чтобы с королем встретиться? – спешно затараторила девушка. Скорее с королевой, ведь Роберт Баратеон сейчас гостит у своего друга на конце света, то есть в Винтерфелле. Но фрейлинам позволено быть дурочками, это ей Серсея сказала!

+9

6

По правде говоря, ее дядя сир Джон часто говорил, что юная Фоссовей похожа на молодую Королеву. У нее были практически такого же оттенка светлые волосы, и манера их носить распущенными, фасоны платьев, к счастью были разными, но многие люди подмечали, что и улыбки похожи бывают порой. Конечно, это не могло не льстить молодой жене сира Гарлана Галантного, сравнение ни с кем-нибудь, а с самой Королевой Серсеей, но для самой Лионетты эти ассоциации ничего не значили. Они были разными людьми, разных домов и разных сословий. Хотя, она была уверена, что стоит ей облачиться по моде Столицы и одеть похожие платья с коронованной блондинкой, и со спины точно слуги могут их спутать. К счастью для всех, кто-то когда-то придумал носить платья с элементами герба своей семьи.
- Руфина Ланнистер, - произнесла девушка. «Ланнистер, значит…» -  С каким-то сожалением подумала Лионетта. – Я фрейлина королевы Серсеи Баратеон, мне дали задание вышить инициалы на платке, но боюсь это совсем не мое. – и она была права. Ее попытки что-то сделать увенчались лишь уколотым пальцем из которого не ровен час хлестанет кровь. Леди Тирелл делает вид, что не слышит про Пентос, это одна из ее самых лучших качеств, иногда что-то не услышать, промолчать или сделать вид, что не видела.
- Вы правы, леди Руфина, сегодня очень жарко. Миледи, вам так же стоит выпить лимонада, не хватало еще, чтобы вы упали в обморок от жары. – говорит Лионетта, беря с разноса фужер и протягивая Руфине. Второй она берет себе и присаживается рядом. Зная о том, какие все подозрительные в Королевской Гавани, блондинка делает глоток из своего стакана и наслаждаясь прохладой облизывает губы. – Знаете, вам стоит держать иглу чуть-чуть под наклоном, когда будете протыкать ткань, тогда вы будете видеть кончик пальца… Леди Руфина, почему бы вам не поручить это задание кому-нибудь из ваших прислужниц, и не составить мне компанию за беседой? Наверняка это не просто быть фрейленой Ее Величества. Я, к сожалению, такой чести не удосужилась.  – «И слава Семерым!» - Оу, нет-нет, мы с мужем приехали ко двору по приказу Королевы Серсеи и сир Гарлан занимает место в Малом Совете. Ну, а я… Занимаю себя чем-то, чтобы скрасить одиночество. А чьи инициалы вы хотели вышить? Возлюбленного? – Лионетту умиляли влюбленные пары. Вот даже сейчас у нее загорелись глаза, когда она спрашивала про инициалы.

+2

7

Еще в первый день пребывания Таргариен в Красном Замке королева удосужилась рассказать своей будущей невестке о тонкостях жизни в столице. Тогда королева была в хорошем расположении духа и назвала имена тех, от кого юной красавице лучше держаться подальше, а затем со сладкой улыбкой снова и снова повторял одно из важнейших правил: «Будь внимательной, моя девочка». И Руфина была. По крайней мере, она пыталась. Вот сейчас, к примеру, она подметила как слегка, совсем на мгновение, на личике новой знакомой поселилась печаль и сожаление при упоминании имени Ланнистеров. Неужели она тоже враг? Дени не припоминает, чтобы Тиреллы были среди Баратеонов, Старков и Арренов.
«А, возможно, королева просто забыла?».
Из книг, которые она успела прочитать, она уже знает, что Тиреллы - один из самых богатых домов Вестероса, а по количеству рыцарей, которые в трудную минуту могу прийти на помощь своему сюзерену, Простор обскакал даже Западные земли.
«Дело в военной мощи?» - все еще пребывала в размышлениях Бурерожденная, когда Лионетта обмолвилась о своем супруге, и тут же как будто камень с души упал.
«Значит все-таки друзья».
Дейнерис очень хотела в это верить. Миледи Тирелл показалась ей столь милой, нежной и красивой, что Таргариен просто не выдержала бы, если и от нее надо было бы прятаться.
«Тиреллы поддержали моего отца, они точно друзья!».
На мгновение Дени даже задумалась о том, что может поведать миледи Тирелл о том, кто она есть на самом деле, но королева точно не будет в восторге от такого поворота событий, так что пришлось будущей правительнице молчать и пытаться поладить с иглой. Благо, недолго ей пришлось мучиться. Уже при первом удобном случае девушка обменяла полотно на лимонад.
- Наверное, ваш муж очень хороший друг короны, если король нашел для него место в Малом Совете, - Дейнерис все-таки решила убедиться кто перед ней: друг или враг. – Я видела процессию. Вы очень эффектно явились ко двору. – Дени хотела тоже так появиться. Но благодаря Роберту Баратеону она вынуждена пробираться в собственный дом, словно вор. – А вышивала я для… - Бурерожденная чувствовала, как щеки заливаются румянцем, но ничего с этим поделать не могла. – да, для возлюбленного. Его сейчас нет в Красном Замке, он отправился на Север вместе с кролем. Мне говорили, что платок – наилучший подарок, который может подарить леди, но, - Дени еще раз взглянула на свою работу, - видимо не в моем случае. – Еле заметная улыбка, как и полагается фрейлине королевы. – А вы, тоже для своего мужа платок вышиваете?
В отличие от работы Дейнерис полотно леди Лионетты были аккуратным, а рисунок красивым настолько, что взгляд отвести невозможно.
«Вот это действительно подарок».

+5

8

- Друг? – переспросила Лионетта, боясь, что может ошибиться. Нет, она не ошиблась. Ее новая знакомая, сказала «друг» и «корона» в одном предложении, что очень позабавило юную жену Гарлана. – Конечно, мы все друзья Короны, мы служим ей и нашим Королю и Королеве. Но если говорить с вами откровенно, госпожа Ланнистер, то мне кажется, что ваш дом более дружелюбен с Короной, чем Тиреллы. Мы помогаем, чем можем. Вином, пшеницей, деньгами и войском. Я вот даже своего мужа отдала. – Лионетта делает глоток лимонада и смеется, разумеется, она говорит не серьезно, точнее… Она говорит серьезно, так, как об этом обычно говорит леди Олена. Королева Шипов считала и будет считать, что они для Столицы делают очень многое, но вот дружба – это непозволительная роскошь. «Особенно, если учесть, каким путем нас сюда пригласили!» - А его назначение просто желание Короны, видимо, отплатить за хорошую службу его дома… - она не хотела, чтобы кто-то знал про недоразумение со стороны Ее Величества и про арест Хранителя Юга. Дом леди Тирелл при таком раскладе выглядел нелепо, поэтому она говорит частично правду, а точнее официальную версию происходящего.
- Спасибо, Руфина, вы очень любезны. Я удивлена, что Королева Серсея не познакомила нас раннее, видимо, вы для нее слишком ценная родственница и она не хочет ни с кем делить вашу компанию. Я это вышиваю от безделья. Я очень скучаю по дому, по Хайгардену. И возможно, вы подумаете, что дом там, где муж, но я могу вам с уверенностью сказать, что он так же скучает по Югу. Знаете, Руфина, первое, что я подарила своему будущему мужу – это была улыбка. Хотите я вам расскажу, как мы познакомились? – а еще леди Тирелл очень скучала по Маргери, а поговорить так с кем-то хотелось.

+5

9

- Да, друг, - повторяет Дейнерис, искрение не понимая, что такого плохого или не правильного она произнесла. Неужели ее неосведомленность в тонкостях политики может настолько всех раздражать и удивлять?
«Ох Дени, Дени, какая же ты еще глупышка».
Бурерожденной стало стыдно. Не такой должна быть настоящая королева. Вот взять Серсею Баратеон, она же так мастерски орудует всеми этими терминами, все о всех знает и в умениях хорошего политика совсем не уступает мужчинам. Но дочь лорда Тайвина Ланнистера живет в Вестеросе всю свою жизнь, от своего отца она могла многое что перенять и многому научиться, а у Дейнерис был только брат, который сам не особо разбирался в нынешнем расположение сил на доске в игру кайвассу.
«Но ничего, у меня еще есть время стать хорошим игроком, я же от крови дракона!» - поспешила себя уверить Таргариен, возвращаясь к беседе с новой знакомой.
Благо миледи Тирелл не направила их разговор в сугубо политическое русло.
- Я не так давно в столице. Мои родителе погибли в шторме, и королева Серсея Баратеон взяла меня под свою опеку, - поспешила поделиться историей бедной и несчастной девочки из Ланниспорта. Даже улыбнулась. Но совсем ненадолго. Следующие слова Лионетты заставили ее погрустнеть. Дейнерис как никто другой понимала миледи Тирелл. Она тоже грустила по дому, по тому дому в Браавосе с красной дверью. «Но теперь я и правда дома», - поспешила напомнить себе Бурерожденная вот только веселее от этого не становилось. – А что вам мешает отправиться домой? Разве вам кто-то запретил покидать столицу? – Дени это действительно не понимала. Они же друзья короны, а не рабы. – И да, мне очень интересно узнать, как вы познакомились со своим мужем. Наверное, это очень интересная история.
От других фрейлин Дейнерис уже наслушалась много романтических историй и все они не очень различались между собой, но от этого сердечко юной Таргариен не прекращалось биться сильнее.

+7

10

«Дайте-ка прикинуть сколько же вам лет, милая особа?» - подумала Лионетта, наблюдая то, как от нее слов меняет мимика родственницы Ее Величества. Хотелось пожать ее маленькую ладонь, чтобы она не думала, что сказала что-то не то. «Мы все подданные Короны, от того и ее друзья, ибо если бы было это не так, то Простор во главе своей Королевы Шипов перекрыл доступ к вину и зерну!» - но решив, что юная Ланнистер еще научится премудростям политики, особенно от такого талантливого учителя, как Королева Серсея, блондинка отпустила тему политики восвояси.
- Оооо, как вам повезло, милая, что Королева Серсея взяла вас под свою опеку! Я сочувствую вашей утрате родителей и конечно, их никто не заменит, но я уверена, что с вашей родственницей вам будет очень хорошо. – леди Тирелл улыбнулась, снова отпивая свой лимонад и ее голубые глаза устремились куда-то далеко, словно она пыталась что-то высмотреть сквозь кусты и деревья сада. – Ланнистеры всегда платят свои долги, так ведь? Леди Руфина, думаю, что таким образом Королева хотела отплатить долг погибшим вашим родителям. Да, у вас очень гласный девиз. – блондинка жестом подзывает свою компаньонку и ставит свой бокал на разнос.
- Конечно, вы правы, я могу поехать домой, когда угодно… - «А и правда, могу ли?» - Но, во-первых, здесь мой муж. Он моя жизнь и любовь, мое счастье, самый дорогой человек на земле, и я ненавижу разлуки с ним. А во-вторых, это огромная честь, когда Ее Величество призывает тебя ко двору. – Лионетта не стирала с лица улыбки, когда говорила и про Гарлана и про честь быть при дворе. Потому что это была правда. Но ничто не может заменить чистого неба, сладковатого воздуха от многочисленных цветений Хайгардена. – Да, леди Руфина, это очень забавная история, и безумно романтичная. Мой дядя – сир Джон Фоссовей из Новой Бочки, никогда не разрешал мне посещать турниры. Ну, потому что я была маленькой, и он не хотел, чтобы я травмировалась от увиденного. Но как очень любопытная девушка, я его уговорила, когда мне было…примерно так, как вам. Сир Джон не только разрешил посмотреть его бой с каким-то рыцарем с Дорна, но и проводил в платку, где он готовился к своему турниру. Честно говоря, я была очень смущена, потому что и не надеялась, что мой упрямый дядюшка так быстро согласится. И вот, мы заходим в палатку, где-то слышится звон брони, которую начищают до зеркального блеска, и я вижу его… Он так спокоен и сосредоточен, был… Пока сир Джон не окликнул его, и он не поднял глаза. О, Боги, какие у Гарлана были глаза, а скулы… Мне тогда казалось, что более прекрасных юношей я не встречала. Хотя мне и сейчас так кажется. – щеки Лионетты слегка загораются краской. – Он растерянно смотрел на сира Джона, мой дорогой будущий муж в ту пору служил у него оруженосцем, я не нашла ничего другого, как просто улыбнуться. Мне так не хотелось уходить, думаю, что сир Джон уже тогда планировал за кого же выдать свою племянницу замуж. А потом… - девушка задумалась, немного хмуря брови. – Было много чего. Гарлан хотел чего-то добиться и лишь потом позвать меня замуж. У нас была тайная переписка… Хвала Семерым это закончилось. – Лионетта смеется и поглядывает на свою вольную слушательницу. – А вы, дорогая Руфина, как познакомились со своим возлюбленным? – племянница сира из Новой Бочки не любила сплетни, но вот перед рассказами истории любви она не могла устоять.

+4

11

«Да, никто их не заменит», - с горечью и нескрываемой печалью согласилась Дени со словами миледи Тирелл. Королева-мать Рейла Таргариен, король-отец Эйрис Второй Таргариен, брат Рейгар – их Дейнерис никогда не увидит, они для нее всего лишь пляшущие тени от очага, но от этого она не любит их меньше, чем Визериса, а порой и больше. По ночам, перед сном она закрывает глаза, представляя, как же сложилась бы её жизнь, если бы узурпатор Роберт Баратеон не поднял меч против Железного Трона. Тогда бы она знала ласку матери, она бы не скиталась по Вольным городам, прячась от ножа убийцы, а жила в Красном замке, ей бы рыцари посвящали свои победы турнирах, менестрели славили бы ее красоту, а брат Рейгар пел бы для нее, играя на арфе. Какой же прекрасной и сладкой была бы ее жизнь, если бы не этот олень.
Дени опустила глаза в пол, боясь, что леди Лионетта увидит искорки негодования в ее взгляде.
«Никогда, не перед кем не показывай свои слабости, милое мое дитя», - напомнила она себе слова королевы, расправляя плечи. Да, узурпатор Роберт Баратеон забрал трон у ее семьи, заставил ее жить в нищете, но он мертв, а она Дейнерис Таргариен Буророжденная будет править. Она вернет былую славу дому Таргариенов.
- Услышь мой рев, - как-то машинально проговаривает Дени, не понимая, что же такого особенного в девизе дома Ланнистеров. Как по ней, он такой же громкий и пустой, как все остальные девизы Великих Домов. «Пламя и кровь», - вот от чего действительно подкашиваются коленки! Но, Бурерожденная, как и полагается дурочке из Ланниспорта согласно кивнула. «Да, да, очень гласный! Ух, так и захотелось в малиновый плащ закутаться».
Дейнерис сделала еще один глоток лимона и, следуя примеру леди Лионетты, поставила бокал на поднос. А затем устроилась поудобнее, готовясь слушать очередную романтическую историю о том, как доблестный рыцарь завоевал сердце прекрасной миледи. И надо сказать, история действительно поразила. Таргариен даже стало неловко, ведь слушала она с открытым ртом, что не на есть в прямом смысле этого слова.
«Надо же, какая любовь», - Дени немножко позавидовала, ведь ее руки никто так красиво не добывался. А ведь ей так бы хотелось!
- Боги очень любят вас, леди Лионетта, - тепло проговорила Дени, возвращаясь с облаков мечтаний на грешную земля. – А сир Гарлан Тирелл называл вас королевой любви и красоты? – Наверное, да. Она вспомнила, о ком идет речь. Одна из служанок шепнула ей, что братья Тиреллы – победители многочисленных турниров. «Когда-то и Джоффри положит на мои колени венок из цветов».
Когда леди Лионетта спросила о ее женихе, Дени опять опустила глаза в пол. Ей было неловко опять врать. «Но вру ли я?». Она же действительно не видела еще Джоффри.
- Я еще не познакомилась с ним. – совсем грустно ответила девушка. – О нашем браке договорилась королева Серсея Баратеон. Это брак по расчету, - Дени пожала плечами, как будто просила прощение у новой знакомой, что не может похвастаться такой же романтической историей.

+8

12

Первое, что должна знать леди уважающего себя дома – это знать девизы всех домов, той части Семи Королевств на которой проживаешь, затем – все остальные. Так же не мало важно знать те дома, которые играют против. Против твоей семьи либо интересов. Тиреллам, как и их знаменоносцам Фоссовеям, бояться было нечего – они были одним из самых богатых домов Вестероса. Конечно, когда об этом говорила леди Олена, ее слова звучали иначе, а именно: Наш дом самый богатый в этом чертовом мире Семи Королевств. Лионетта помнила эти слова, когда бабушка тогда еще ее возлюбленного не очень лестно отзывалась о затеи женить своего среднего внука на девке из дочерней ветви Фоссовеев. То ли Гарлан не только Галантный, но и убедительный, то ли сыграла роль, что он не является наследником Хайгардена, но мудрая Королева Шипов дала свое согласие. Леди Тирелл помнила ту ночь перед решением. Она искусала все губы в кровь при одной мысли, что ее заставят выйти замуж за другого, а Гарлан…
«Слава Семерым! Это все позади! И вот я… Леди Зеленых Яблок, в Королевской Гавани, в саду Красного Замка являюсь женой представителя древнего рода, который сейчас заседает в Малом Совете, и рассказываю нашу с ним историю любви посторонней девушке Ланнистеров… Кто бы мог подумать, что Боги услышат мои молитвы?» - Лионетта берет девушку за руку, как только она возвращает свой бокал обратно на разнос:
- Леди Руфина, ваш рев я сегодня уже услышала. – она улыбается рассматривая исколотые пальцы девушки. – Не думаю, что Ее Величество одобрит, если у ее фрейлины будут опухшие конечности. Изабель, - она поворачивается к своей компаньонке и дает знак подойти ближе:
- Дорогая, принеси воды и мазь с моих запасов, нужно обезопасить от воспаления пальчики этой юной леди. – она снова смотрит на Руфину, - Вы же не станете отказываться в помощи? Еще я слышала, что мейстер в столице довольно странный, поэтому леди Олена настояла, чтобы некоторые лекарства я привезла собой. Ах, дорогая, ну, что вы? Боги – это конечно важно, но значительно важнее, что меня любит мой муж. Для девушки, женщины – это самое главное. Если у нее будет счастливый брак, значит и боги будут благосклонны.
– А сир Гарлан Тирелл называл вас королевой любви и красоты? – Лионетта заливается густо краской, и утвердительно качает головой. – Мой муж, в начале, решил стать кем-то, и лишь потом предложил мне свою руку и сердце, хотя, смею вам признаться, наши сердца итак давно принадлежали друг другу. – она вспоминает ту ночь, которую они провели за беседой, когда одного из братьев сира Гарлана тяжело ранили в турнире. В ту ночь племянница сира Джона их Новой Бочки, и сын Хранителя Юга стали хорошими друзьями. – Даже так…Королева Серсея? «А может как раз сейчас я и слышу твой рев дитя…» - Не посчитаете за наглость, если я спрошу кто ваш суженый, леди Руфина? – «Зачем Королеве эта бедная девочка? Нужно обязательно рассказать все Гарлану…» - Ой, смотрите, Изабель уже спешит к нам… 

+3

13

- Простите, миледи.
Леди Лионетта была весьма мила в общении, и все ее упреки не стоит воспринимать всерьез, но все же Дейнерис ощутила неловкость. Она же будущая королева, значит, должна уметь держать себя в руках, как сказала Серсея: «Уметь себя преподносить», - а сейчас в саду она вела себя совсем неподобающе. «Но я же учусь», - тут же поспешила оправдать себя Таргариен, вот только сразу же возник второй вопрос: а сколько еще она будет так оправдывать свою глупость и неумелость?
«Дени, Дени, сколько тебе еще учиться и учиться».
Кровь от крови дракона погрустнела под грузом осознания, что принадлежность к величайшей династии никак не помогает ей ровно держать спинку и умело вести разговор. Хотелось расплакаться и убежать в свои покои, чтобы не позориться. Но ведь так себя не должна вести будущая королева.
- Не беспокойтесь за меня, это же всего лишь царапины от иглы, от них же еще никто не умер.
Дени пыталась быть любезной, как и полагается будущей жене короля. Еще она пыталась говорить твердо и убедительно, вот только плохо получалось. Она опять готова была себя отчитать, как леди Тирелл задела столь больную тему, что все упреки тут же сошли на нет.
- А что если не будет? Не всем же так везет, как вам, - Бурерожденная совсем недолго в Красном Замке, но уже успела понять, что Серсея Баратеон совсем не питает теплых чувств к узурпатору Роберту. Но что поделать, порой за власть приходится платить кровью и собственными слезами, так ей однажды сказала королева. Но Дейнерис не готова была к такой жертве. – К тому же сама любовь не вечная, - пожала печами девушка. - О любви Рейгара Таргариена и Элии Марелл сочиняли легенды, но все знают, чем это закончилось.
Визерис говорил, что во всем виновата дорнийка, которая из-за слабого здоровья не смогла родить их брату еще одного ребенка, Дени же верила, что Рейгар всем сердцем любил Лианну, а она – его, и он не смог жить без своей северной возлюбленной. Это прекрасно и одновременно пугающе. Дейнерис боялась, что однажды Джоффри полюбит другую, и ее ждет судьба дорнийской принцессы.
Из грустных мыслей Дени опять вырывает Лионетта. Она так ласково говорит о своем муже, что Бурерожденная не может сдержать улыбку. Действительно, прекрасная история. Как же Дени хочет, чтобы ее история любви была столь же сладкой и прекрасной. Но до этого еще надо дожить. Королева запретила болтать о грядущей свадьбе, так что пришлось Дейнерис опять по-быстрому придумывать очередную ложь.
- Я не могу этого сказать, но обещаю, вы приятно удивитесь, - все в Семи королевствах приятно удивятся, когда над Королевской гаванью опять будет красоваться треглавый дракон дама Тарариенов. «Пламя и кровь», - опять будет наводить страх на всех от Стены до Дорна».

+8

14

Руфина не была неженкой и это не могло ей не льстить. Она чем-то напоминала ей даже старшую дочь Старков. Возможно, наивностью и самоотверженностью? А возможно, что просто блондинка довольно часто в последнее время проводит досуг в компании будущей Королевы и ненароком сравнивает всех с ней, как когда-то сравнивала между собой Мергери и Сансу?
Лионетта улыбнулась, рассматривая покраснения на пальчиках этой юной особы. К ним уже спешила Изабель со всеми нужными предметами для обработки уколов.
- Конечно не умирал, дорогая. А знаете почему? – она вопросительно посмотрела на девушку. - Потому что вовремя обрабатывали! Кладите руки вот в этот сосуд, и хорошенько омойте из мыльным корнем, давайте я немного вам насыплю на ладонь, Руфина. – иногда Лионетта себя ненавидела за то, какой заботливой она была. Это было приторно и чересчур, но такая у нее была натура: если любить, то всем сердцем; если заботится, то самозабвенно. – Таак… А теперь я нанесу мазь, немного жирновата, но быстро заживляет, а еще пахнет розовым маслом.
- А что если не будет? Не всем же так везет, как вам. – жена Гарлана остановилась и посмотрела на девушку.
- Правда? Может быть просто всем начать выходить замуж по любви, а не за тех, кого нам выбирают? Нет, не слушайте меня… Я не права и слишком молода. – принимаясь аккуратно наносить мазь, произнесла блондинка. – Вы правы. Те, кто счастливы в браке в наше время – это единицы. Но если и те, кто так же счастлив в браке по договоренности, а примеру наши родственники из Винтерфелла. Леди Кейтилин и… - Лионетта увидела, как служанки между собой переглянулись и почувствовала, как слова застряли у нее в горле. – Хотя Север – это плохой пример. Вот леди Олена со своим мужем была счастлива, да, хоть до сих пор называет его олухом и грозится его убить даже в обители Семерых, где он сейчас и покоится.
- Я не могу этого сказать, но обещаю, вы приятно удивитесь.
- Оу, а вы интриганка, моя дорогая? – тихонько засмеялась Лионетта, - Кажется, все. Остаток мази нанесете вечером перед сном, а завтра снова можете практиковаться в вышивании. Но все-таки… Если это не ваше, лучше придумайте, как удивить возлюбленного сами. У вас скоро свадьба? Вы уже готовитесь? – Лионетта не перестает удивляться сколько свадеб случилось в последнее время в ее окружении, и хотелось бы верить, что все браки будут хоть на каплю такими, как их с сиром Гарланом-Галантным.

+7

15

- Почему?
Дени искренне улыбнулась Лионетте и даже забыла прикрыть рот. Леди Тиррел была мила с ней, и Дейнерис хотелось быть с ней предельно честной и откровенной, как с сестренкой, которой у нее никогда не было и не будет. «Но есть брат». Мысли о Визерисе заставили ее опять погрустнеть. Бурерожденная любила Визериса несмотря на всю боль, что он причинял ей. «Без него я бы умерла еще в Браавосе». Удивительно, но это Таргариен только сейчас осознала как и то, что он будет в ярости, узнав, что за кого Дени выйдет замуж. «Но я так верну былую славу нашему дому». Вряд ли для Визериса это будет аргументом. Он хотел заполучить дикарей кхала Дрого, чтобы окропить Вестерос кровью узурпатора и его соратников. «Наверное, в его глазах я буду выгладить шлюхой. Впрочем, - Бурерожденная закусила нижнюю губу до крови. – Я и так для него просто разменная монета». Милость сменилась на гнев стоило только припомнить одни из последних слов Визериса: «Я отдам тебя Дрого, всем его всадникам и лошадям, если это поможет мне занять Железный Трон». Разве любящий брат мог такое сказать? Слезы как-то сами по себе начали накатываться на глаза, но девушка приказала себе не плакать. «Я кровь от крови дракона, я должна быть сильной», - повторяла она себе, как молитву. Не помогло. Дейнерис кинулась к Лионетте, крепко обняв ее. Ей сейчас нужна была поддержка. И плевать она хотела, как это воспримет Серсея Баратеон и миледи Тирелл. Дени всего лишь четырнадцать, она ребенок, который никогда не знал тепла и ласка матери.
- Благодарю, миледи, вы столь добры ко мне.
Дени опять селя рядом с Лионеттой. На этот раз она не смела поднимать глаза, ей было стыдно за свое поведение. Зато она хорошо разглядела узор на платье гостьи из Простора. «Он волшебный». У Дени никогда не было таких платьев. Даже сейчас в Красном Замке она одевается слишком скромно по меркам местных модниц. Серсея Ланнистер говорит, что не стоит привлекать к себе внимание преждевременно.
Следом за печалью и румянцем на щеках последовала опять улыбка. У Лионетты волшебное чувство юмора. «Возможно, за это ее муж и полюбил». Впрочем, девушка была столь умна, сколь хороша собой. Дени сдержано кивнула, соглашаясь со словами о том, что даже брак по расчету может быть счастливым. Если постараться. И Дени сделает все возможное, чтобы Джоффри полюбил ее так же, как сир Гарлан леди Лионетту.
- Через два года, - принц еще слишком юн. Серсея говорит, что торопиться не стоит. – Но я уже представляю себя в свадебном платье в септе Бейлора. Скажите, миледи, вы волновались, когда произносили клятву? А церемония сопровождения… - Дени покраснела. – Это же… так стыдно. – хотя, с чем сравнивать. По сравнению с первой брачной ночью по дотракийским традициям – это просто детский лепет

+8

16

Лионетта Тирелл в девичестве Фоссовей была из тех людей, для кого эмоции были на шаг впереди разума и чувства самосохранения. Она безмерно, безгранично любила своего мужа, неистово влюбившись в него совсем юной девчонкой, которая только-только отложила куклы в сторону. Она заботой окружала все и всех вокруг. Она знала, как зовут всех слуг в Хайгардене, как зовут их детей. Ей претило это название – слуги, они были помощниками и никак иначе. Она часто заводила с ними разговоры про урожай, погоду, здоровье близких, узнавала, чего им не хватает. Возможно, потому что ее дом не настолько знаменит и важен, и что девочке не прививали снобизм с молоком матери. Семья Тирелл стала для нее другой ступенькой в познании человеческой личности. Леди Олена мастер над интригами, и если бы не Гарлан она бы точно отчитывала Лионетту каждый раз, когда последняя останавливалась во время прогулки в саду, чтобы перекинуться пору приветственными словами с садовниками. Еще было предположение, что Фоссовей не искренняя и безумно наигранная особа, которая с рождения мечтала попасть в знатный дом. Но вряд ли леди Тирелл стоит кому-то что-то доказывать, ведь любящие сердце все чувствует, а Гарлан ей верит.
Эмоции, которые неожиданно проявила Руфина были для Лионетты ошеломляющими. Она не думала, что кто-то в Красном Замке, особенно Ланнистер, сможет проявить такие сильные и искренние чувства.
- Благодарю, миледи, вы столь добры ко мне. – блондинка, с фиалковыми газами казалось в тот час же расплачется, но она взяла себя в руки и обняла жену галантного рыцаря.
- Ох, дорогая, да вы что? Это же пару пустяков. – обнимая девушку в ответ, растерялась Лионетта. – Два года – это очень приличный срок, юная леди. Все можно продумать до малейшей детали, до каждой шпильки в волосах. Я не сомневаюсь, что вы будете самой красивой невестой в столице. – блондинка призадумалась, когда Руфина спросила про клятвы и про церемонию сопровождения. «Стыдно…» - хотя, возможно, стоит разобраться, что такое стыд? Как казалось честной Тирелл, что стыдно иметь отношения с собственным братом, вырастить сына садистом и узурпатором, но все мы ответим за все на суде Семерых. – Буду с вами откровенна, леди Руфина. Я так волновалась, что даже забыла свою клятву. Я что-то говорила, говорила… Помню, что тысячу раз произнесла слова любви сиру Гарлану, потом мы отправились на пир. Дальше леди Олена настояла, чтобы я выпила два бокала вина, и… - Лионетта засмеялась. – Честно говоря я не помню, что было потом, но Гарлан говорит, что нес меня на руках, потому что меня разморило, а церемония прошла менее пышно чем предполагалось. Но я этому и рада. Я считаю, что этот обычай слегка первобытный, муж и жена должны сами отправляться в спальню, без свидетелей. Не переживайте, леди Руфина, несколько минут позора и целая вечность с любимым…

+8

17

«Нет, не пару пустяков», - чуть было не запротестовала Бурерожденная. Вот только некрасиво для леди спорить. А еще это может вызвать подозрения. По легенде, придуманной королевой-регент, Руфинна Ланнистер росла в тепле и заботе, родители души не чаяли в ребенке, именно поэтому она столь тяжело переносит их утрату. Знала бы Дейнерис, что так тяжело будет сыграть необделанную ничем девочку, ни за чтобы на это не согласилась. «Любовь и забота родителей. Интересно, как это?» - еще одна тайна, которую Таргариен никогда не узнает. Ее мать умерла рожая ее, а отец… Говорят он был безумцем, а разве безумцы способны любить? Визерис, к примеру, не мог. Раньше он был другим: обиженным всеми мальчиком, но хорошим братом. А еще у Дени был сир Виллем Дарри, который так ласково называл Дени своей маленькой принцессой. Но этого мало. Это никак не сравнится с любовью родителей.
«Я не смогу узнать, каково это быть любимой дочкой, но мои дети смогут».
Дейнерис будет чудесной матерью! Она подарит Джоффри много маленьких принцев и принцесс, у которых будут фиалковые глаза Таргариенов и золотые кудри Ланнистеров. Она будет им рассказывать истории об их славных предках, которые летали на драконах и покорили Семь Королевств племенем и кровью. А еще научит их валлирийскому, для Таргариенов это важно. Никогда не поднимет на них руку и не повисит голос. Они никогда не будут знать, что такое голод, холод и страх. «Драконам нечего боятся», - а ее дети будут драконами.
Дени с интересом слушала историю леди Лионетты, представляя все до мельчайших подробностей. А еще ей нравилось, как у Тирелл горели глаза, стоило ей только вспомнить тот день. Вот она – настоящая любовь. «Если бы у меня было все так же, я бы была самой счастливой женой», - но увы, воспоминания ее первой свадьбы, состоявшийся на поляне вблизи Пентоса, вызывали у Бурерожденной только страх.
- Это просто забавная традиция, - пожала плечами Дени. – И не такая уже ужасная если вдуматься. Знаете, за Узким Морем в Эссосе есть народ дотракийцев, так вот их свадьбы воистину жутки. Там гости сношаются прямо на глазах молодожёнов и убивают друг друга. Вот это действительно страшно.

+7


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Кузница истории » Золотые розы на черном полотне [Сад Красного замка. 17.06.298]