Game of Thrones. From the Very Beginning

Объявление

Игровой период: 01.05.298 - 30.09.298
Что творится в Вестеросе (Седьмой-восьмой месяцы): Север. Пока Робб Старк бродил за Стеной в поисках Джона Сноу, попутно отбиваясь от упырей, Русе Болтон послал ворона в Королевскую Гавань с просьбой назначить его Хранителем Севера. Разумеется, Ланнистеры увидели в этом шанс обрести нового союзника и согласились на это, пообещав лорду Дредфорта кое-что еще.
В Винтерфелле было тихо и спокойно, пока однажды под стенами замка не показались знамена лорда Родников. Родрик Рисвелл, продемонстрировав письмо нового Хранителя Севера, уверил всех в том, что его послали ради обеспечения защиты замка от одичалых. Не прошло и недели, как прямо в Главном дворе разыгралась настоящая трагедия: Роджер Рисвелл убил маленького Рикона, обвинив в содеянном септу и дуэнью Маргери, и объявил о вскрывшемся «заговоре» южан, после чего была перебита почти вся гвардия розы, а замок оказался в руках Рисвеллов.
Королевская гавань. Благодаря вмешательству Джоффри перед самой его коронацией состоялся суд поединком: против Красного Змея интересы короны вышел защищать Джейме Ланнистер. В бою Оберин Мартелл одержал победу, ранив Цареубийцу, но это не помешало кронпринцу казнить дорнийца - не за государственную измену, в которой его обвиняли, а за братоубийство.
После коронации Джоффри Баратеон созвал всех придворных и почетных гостей столицы, дабы огласить свою волю: лорд Тайвин Ланнистер был назначен грандлордом Дорна, Станниса Баратеона сняли с должности Мастера над кораблями, леди Старк оказалась в заточении, а Тиреллов за то, что помогли вывезти нынешнего лорда Винтерфелла, Брандона Старка, из столицы, обещали объявить изменниками, если они не подтвердят лояльность королю, возвратившись в Королевскую Гавань вместе с Браном.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Предания о былом » Игра в рыцарей и принцесс [Хайгарден. 295]


Игра в рыцарей и принцесс [Хайгарден. 295]

Сообщений 1 страница 8 из 8

1


Игра в рыцарей и принцесс 
--

Дата:
295 от З.Э.

Место:
Простор. Хайгарден

Действующие лица: Тайлер Рован, Арианна Мартел.

Краткое описание:
Во время турнира может произойти что угодно.

Отредактировано Arianne Martell (2018-08-27 22:59:34)

+3

2

     Там-там-та-даааам-там-там! Рев фанфар был слышен, казалось, во всех уголках Хайгардена, так что от него точно не спрячешься. А кто в здравом уме будет прятаться? Ведь сегодня турнир! Нет, Великий Турнир! В замок Мейса Тирелла вдруг ни с того ни с сего пожаловал сам король Роберт со всей королевской четой, исключая разве что лорда Станниса и его семью, аж пятеро мечей Королевской Гвардии, королевская свита... в общем, с венценосным Баратеоном было почти все с приставкой «королевский». Но, будто бы и этого мало, в Хайгарден нанесли визит еще и дорнийцы. Их, наверное, было никак не меньше, чем людей, приехавших с Робертом, и теперь замок спешно превращался в Битву на Трезубце, только, собственно, без самой битвы. Даже для сира Вортимера, бывалого рыцаря, этот турнир казался чем-то необычным, а для мальчишки-оруженосца он вовсе был самым грандиозным и необычным из всех виданных... целого одного.
     Но и неопытному глазу было ясно видно, что этот турнир не один Тайлер мог прозвать Великим. Он встал очень рано и уже часа, наверное, два торчал на замковой стене, наблюдая за прибывшими рыцарями, что расставляли свои помпезные шатры и скромные палатки, высоко поднимали свои флаги и готовили лошадей... на его глазах уютное спокойствие Хайгардена превращалось в масштабную суету, полную шума, песен и дел. Штормовые и речные, западные и королевские, долинные и просторские, и даже дорнийские флаги развевались на ветру, своим величием затмевая само Солнце. Рован, к сожалению, был еще лишь оруженосцем и вряд ли сегодня сможет пробежаться по грязи огромного турнирного поля, что возвышалось над полями внизу, но зато он был уже взрослым для того, чтобы делать ставки. Правда, только между гвардейцами да сквайрами, по большей части, но это и неважно. Главное, что у него были деньги, целых десять оленей, но он пока не знал, что с ними делать.
     В это утро (почти десять, судя по звону колоколов) Тайлер, к счастью, был один. Только этому мальчишке могло прийти в голову подняться с утра пораньше, чтобы быстро сделать все свои дела и просто глядеть на копошащихся людей внизу. Хотя это со стороны казалось, что он просто смотрит, на самом-то деле у него была цель — посчитать все гербы, что ему знакомы. Орел Маллистеров — их лорд был сильным рыцарем, леопард с топором Сантагаров — кажется, один из них был королевским мастером над оружием, охотник Тарли — его жёсткий взгляд вгонял Тайлера в ступор, соловьи Карона — этот молодой лорд был хорошим знакомым Рована, и много, много других, известных и не очень, ярких и тёмных, принадлежащих лордам и межевым рыцарям. Даже над замком, на стенах замка и еще везде-везде висели флаги, но они принадлежали лишь тем, кому повезло быть Тиреллом, родственниками старшей ветви Тиреллов, лучшими друзьями Мейса Тирелла или сюзереном Мейса Тирелла. Тут и там пестрели жёлтые розы, одна или две на зелёном фоне, башни Хайтауэров и грозди Арбора, а над всеми возвышался черный венценосный олень. А еще Тайлеру разрешили повесить собственное знамя — золотое дерево на серебряном фоне, — потому что отец приболел и не смог приехать. Оно украшало восточную стену, и Рован был ужасно горд собой. Другие сквайры ему завидовали.
     — Мартеллы! — закричал во все горло Тайлер, и гвардеец справа от него проснулся и едва не выронил алебарду, которую обнимал во сне, словно любимую девицу. Рован спрыгнул с зубца и выровнялся, пытаясь разглядеть, кто едет. Сперва он увидел лишь высоко поднятое знамя с солнцем и очертания медленно скачущих всадников, но, как следует присмотревшись, увидел вдалеке идущих верхом юную леди и взрослого мужчину, беседующих о чем-то.  Что-то подсказало ему, что это принц Доран и принцесса Арианна, которые решили посетить короля за завтраком — если он, конечно, уже проснулся. Тайлер развернулся и стал высматривать в суете сира Вортимера, который в любую минуту мог потребовать что-нибудь от оруженосца и ему придется пропустить такую важную встречу. Но нет — крик «Мартеллы!» быстро разнесся по замку, и сейчас внизу были только лорд Ренли, Уиллас с Лорасом, двое королевских гвардейцев, лорд Пакстер Редвин, сир Бейлор Хайтауэр и ещё кто-то из Штормовых или Королевских земель. Мейса Тирелла не было видно, но это и неудивительно — всем была известна история ненависти между ним и Дорном. Но в целом, процессия собралась такая, что вряд ли кого-то бы обидела, особенно гордых дорнийцев. Чему удивляться — там ведь был Ренли, который пусть и одногодка Тайлера, но обаяния ему не занимать. Сам Рован, немного подумав, тоже спустился и вежливо поздоровался со всеми, после чего встал подле Тиреллов. Все были напряжены — вероятно, наслышаны о нравах дорнийцев, и уже морально готовятся к встрече. Тайлер все же надеялся, что не ошибся, и там нет Оберина, а только принц Доран. Иначе… не хотелось думать, что будет иначе.
     «О, Семеро! Меня же примут за конюха!», — внезапно дошло до него, и теперь он понял, что значил этот косой взгляд Ренли и сира Бейлора. Тайлер был одет в простую одежду оруженосца: кожаный дублет, темные бриджи, плотная рубаха, тяжёлые сапоги. И ладно бы все это было чистым! Так нет же, то тут, то там было несколько пятен, а сапоги вообще все были в песке. Тайлер, проклиная свою рассеянность, поспешил ретироваться куда подальше, чтобы переодеться в заготовленные с вечера новые вещи, как тут же в ворота зашли дорнийские всадники. Их было немного, и попоны коней были сделаны под гербы, так что не стоило труда распознать их всех. Леопард с топором, синий соловей, целых три солнца, проткнутых копьём, какое-то красное существо, смахивающее на дракона… Все стали останавливаться и спешиваться, встречающие стали подходить и здороваться, а Тайлер так и стоял столбом, глядя на Мартеллов и пытаясь понять, кто из них кто. То, что девушка — это Арианна, конечно, понятно. Один был юноша — вероятно, Квентин, так как Тристан ещё маловат. А тот, что постарше — Доран или Оберин? Хотя… такой старый, уже с сединой — всё-таки Доран. К счастью, иначе б Мейс Тирелл был бы вне себя от злости. Если он дорнийцев не любит, то Оберина — просто ненавидит. Разумеется, ведь по его вине из подающего надежды оруженосца Уиллас стал калекой. Хотя вряд ли последний уж очень горевал по этому поводу.
     Принцесса Арианна остановилась возле него, и он едва не сгорел от стыда. Замешкавшись, он позабыл уйти далеко, и теперь, видимо, придется позориться. Не сказать, чтобы он выглядел совсем уж простолюдином — на дублете серебряная застежка в виде яблони с корнями, а сам он не был чумазым и неопрятным, но это, вероятно, не так сильно бросалось в глаза. Уиллас поспешил к нему, но не так быстро, как хотелось бы. «Седьмое пекло!». Леди была очень красивой, и от осознания своего внешнего вида Тайлер начал заливаться краской.
     — Приветствую вас в Хайгардене, миледи, — смущённо произнёс он, надеясь хоть блеснуть манерами перед принцессой, чтоб точно никаких сомнений в его знатном продолжении не осталось. Наверное. Кто знает, может, она настолько высокомерна, что не заметит? Тайлер поспешил подойти к ней и подать руку, чтобы помочь слезть с лошади. Раз уж попал в неприятности, теперь придется выкручиваться. Хотя, эта Арианна на вид была очень даже приятной, так что неприятностью ее не назовешь.

+9

3

«Приезжают, как-то дорнийцы на турнир в Хайгарден…», - вот так взял себе за дурную привычку шутить Красный Змей в последнее время. Ну как в последнее… Арианна сколько себя помнит, так столько пиров в Солнечной Копье не обходились без этих забавных историй о жителях Простора. Стоит сказать, что в Дорне любят собираться шумными компаниями, так что о благородных жителях соседнего королевства вспоминают так часто, что если бы за каждую отпущенную шутку в сторону Простора Мейс Тирелл откусывал бы по кусочку от пирога, то уже через наделю в Хайгардене пришлось расширять все дверные приемы, а через две – вводить всеобщий траур. Даже этот жирный розан не способен столько в себя уместить еды, сколько дорнийцы способны придумать о нем и его подопечных забавных, а порой даже очень острых историй. Естественно, такие повествования пользовались большим успехом как среди знати Дорна, которые слушали их напрямую от принца Оберина, так и среди простых обитателей, что не совсем нравилось правящему принцу самого жаркого королевства Вестероса – Дорану. Ох, небо, сколько раз братья ссорились на почве этих глупых, но в то же время смешных историй! Арианна перестала считать еще несколько лет назад, когда своими отборными историями Красный Змей решил поделиться с прибывшим в Солнечное Копье самым младшим братом короля, а по совместительству лорда Штормовых земель – Ренли Баратеоном. Лорд Штормового Предела, шутки оценил, но вида не подал, чем еще раз подтвердил свое звание правильного мальчика. И вот излюбленная шутка принца Оберина о дорнийцах на турнире в Просторе в один момент совсем перестала быть просто рассказами.
Дело было три месяца назад, когда все еще верны принцу Дорану люди в Красном Замке сообщили, что славному королю Роберту Баратеону все никак не уймется. Мол, надоело ему протирать штаны на железном стуле, хочет вспомнить былые времена, когда вино было слаще, у девок сиськи побольше, а он сам не походил на дикого старого кабана. И если устраивать очередную войну – дело дурное и не совсем благородное, так вот турнир – это хорошо, а чтобы никто не обвинил правителя всея Вестероса в неумении считать медяки, решено было провести праздник у самого богатого и не уступающего королю в объеме чрева - лорда Хайгардена.
«Вот же Мейс Тирелл пропотеет, вылизывая до блеска собственным языком сапоги нашего благородного короля», - улыбался принц Оберин, почитывая письмо, и Арианне улыбалась себе, во всех красках и деталях представляя столь забавную картинку. Правда, недолго. Одного взгляда отца было достаточно, чтобы девушка тут же стала серьезной.
«А нас, я погляжу, опять в список гостей включить забыли, - все не умывал Красный Змей. На него взгляды старшего брата совсем не действовали. – Пожалуй, боится, что я еще кому-то из его отпрысков ногу сломаю», - здесь принц Оберин совсем разошелся, а принц Доран все молча смотрел куда-то вдаль, думая о чем-то своем.
Через месяц опять прилетел ворон. Как оказалось зря, дядя катил бочку на Хранителя Юга. Дорнийцев о турнире оповестили и даже если очень-очень-очень вчитаться, то можно разглядеть то, что слегка напоминает приглашение. Естественно, в Солнечном Копье такой поворот истории восприняли с энтузиазмом. Оберин тут же представил, как он весь такой превосходный, сбрасывает с лошади лицом в болото кого-то из Тиреллов, Квентин мечтал просто увидеть Хайгарден, Арианна с кузинами тут же затрепетала о скучных предпочтениях в одежды местных дам. Принц Доран на это только пожал плечами, что могло в равной степени свидетельствовать, как о том, что он совсем не против навестить лорда Тирелла, так и о том, что дальше болтовни дело не пойдет. Хвала Семерым, дело в руки опять взял младший брат. После недели уговоров дорнийцы начали собираться на великий турнир в честь короля Роберта Баратеона.
Путь из Солнечного Копья в Хайгарден оказался не столь близким, как казалось, глядя на карту. Делегация изрядно устала от вечной тряски и пялящего солнца. Под конец от дурных мыслей и столь же дурного настроения не спасали даже многочисленные пиры. Но вот на горизонте показался фамильный замок «розочек» и все сразу же встрепенулись, привели себя в порядок, в общем, сделали вид, что всего-то на конную прогулку выехали, а не прошли путь из Дорна в Простор.
Принц Доран, как и полагается, ехал во главе процессия, Арианна, как наследница по правую руку от отца, Квентин – по левую, а принц Оберин… тот решил удивить всех и нарядился странствующим рыцарем без рода и племени. Принц Дорна такую затею брата не оценил, но препятствовать ее реализации не стал.Времени не было, в Хайгардене заметили прибивающую делегацию, так что тут уже не до споров.
Арианна вежливо улыбалась и кивала встречающим, пытаясь при этом держаться на лошади и разглядеть замок. Стоит сказать, ее удивило, что среди встречающих не было лорда Хайгардена и короля, но свое возмущение она демонстрировать не стала. Она же принцесса!
Остановив лошадь, она опять осмотрелась в поисках своих рыцарей, но те были слишком заняты охраной принца, Квентин же что-то крутился в седле, наверное, нервничал, а люди Тиреллов, кажется, были слишком горды, чтобы помочь принцессе соскочить с лошади.
«Ладно, сама справлюсь», - как раз подумала девушка, когда ей руку подал молодой юноша. Марталл одарила своего помощника теплой улыбкой, пытаясь скрыть свое недоумение. Выглядел мальчишка слегка необрядным, но манеры, да и брошь говорили о высоком положении при дворе Хранителя Юга.
- С кем имею честь общаться?
Арианна все-таки приняла помощь незнакомца. Не седеть ей ведь на этой лошади до позднего вечера.
– Благодарю.
Она осмотрелась. Среди встречающих принцесса видела наследника Хайгардена, но тот, кажется, убежал в библиотеку. Не хватило смелости, видимо, помочь столь прекрасной леди.
- Как жаль, что в Просторе не все столь ранние пташки как вы.
Арианна все-таки не удержалась и решила показать, что как встретили дорнийцев ей совсем не понравилось. Ну а что, пусть знают![AVA]https://i.pinimg.com/originals/72/21/8b/72218b30657b6ac3ff518de908040fa8.jpg[/AVA]

Отредактировано Arianne Martell (2018-08-27 23:12:03)

+9

4

     Людей приехало и вправду много, даже если не считать вновь прибывших дорнийцев. Были все: и леди, и купцы, и крестьяне, и вольные всадники — ведь турнир был поистине грандиозным и не был развлечением для одних лишь рыцарей и лордов. Одних только приглашений разослали несколько десятков, а то и сотен — Тайлер и сам написал ровным, аккуратным почерком пару штук, когда мейстеру в этом нелёгком деле понадобилась помощь. Но никто не запрещал прийти и без этих красиво украшенных бумажек, ведь вряд ли Мейс Тирелл знал имена всех-всех-всех окружных присяжных мечей и межевых рыцарей. Этих на турнир приводили слухи и глашатаи, которых то и дело рассылали из Хайгардена в разные концы Вестероса, ведь чем больше гостей, тем великолепнее турнир!
     Тайлер ждал его с тех пор, как вообще узнал о нем. Он ведь все еще оруженосец, мальчишка, и потому его приводила в восторг мысль о том, что он сможет увидеть настоящую схватку рыцарей. Ведь это так здорово! Воочию видеть сражение, которое, будто бы шуточное и постановочное, сопровождено драмой и романтикой не меньше, чем настоящее. Тайлер был на таком зрелище лишь дважды, но ни одно из них по количеству опытных и знатных рыцарей даже близко не стояло к этому турниру. Ах, как же замирали сердца людей, когда любимец публики едва не выпадал в грязь, но все же удерживался в седле! Ох, как же все страшились, когда удар копья угождал несчастному прямо в шлем! Эх, как же грустила толпа, когда рыцарь-защитник королевы турнира все же уступал натиску противника!
     И все же, несмотря на всеобщую суматоху и дух праздника, дорнийцев никто не ждал. В их королевство отправили всего-то одно приглашение, и то Мартеллам. Все верили, что гордые и щепетильные принцы не приедут, оскорбившись подобным неуважением. Вот первые рыцари начали приезжать две недели тому назад, и Тайлер, любивший разгуливать по их лагерям, не видел ни одного южного гостя. Он заводил разговор почти со всеми приезжими рыцарями и лордами, разглядывал их доспехи, угадывал по говору, откуда они прибыли, и потому точно мог быть в этом уверен. Но буквально пару дней назад до Хайгардена дошла весть о том, что процессия дорнийцев пересекла Западную Марку. Лорд Мейс был зол как никогда, при всей его доброте, и еще больше разозлился, когда узнал о том, что король уже на подходе, и дорнийцев спровадить никак не выйдет. В Просторе в целом и в Хайгардене в частности ходили подобные мнения, ведь соотечественники Рован не слишком-то уважали соседей из-за кровожадной репутации. Сам Тайлер поддерживал эти мнения лишь отчасти — ему нравились лишь шутки о Дорне, ровно как и любые другие, но вот ненавидеть его жителей он просто не мог, даже несмотря на их вредный характер. Зачем ненавидеть человека только за то, что он родился южнее Красных Гор, за то, что он принадлежит к другому народу, за то, что он выглядит иначе? Тайлер не мог понять это. Но, тем не менее, добрая половина Простора и Штормовых Земель не разделяла взглядов Рована, а их, к несчастью, было больше всего. Стоит ли говорить, что все шатры и палатки рыцарей были наполнены обсуждением этого неожиданного визита? Но по сравнению с тем ежедневным балаганом, что творился в замке, это были еще цветочки. И скрыться от этой волны негодования было совершенно негде.
     Немного смягчило острые углы прибытие королевского кортежа, совпавшее с приходом лорда Штормовых Земель, но полностью ничего не поменялось. Король все еще помнил, с какой стороны сражались дорнийские войска, а Мейс Тирелл даже и не собирался забывать о ранении своего сына Оберином Мартеллом. Даже не слишком опытный в дипломатии оруженосец понимал, что повлечет за собой такое неуважительное отношение, а вот лорд Семи Королевств с лордом Хайгардена были, казалось, слепы. Повезло, что в последний момент приготовлениями к встрече занялся сам десница Джон Аррен, иначе события приняли бы скверный характер.
     Удивительно, что настолько щепетильно относящийся к государству человек вообще приехал сюда. Наверное, все потому, что это государство всегда находится там, где находится король. Да и Роберт Первый, как показалось Ровану, был не самым ответственным и вежливым человеком, так что за ним нужен глаз да глаз.
     Вот и сейчас лорд Аррен вышел из донжона как раз в тот момент, когда все прибывшие спешились. Вовремя. Встречающие были, пусть и знатные и благородные люди, но по большей части наследники или мальчишки, а фигура самого десницы короля напару с Джоном Ройсом очень кстати появилась на поле. Умно. Лорд Орлиного Гнезда весьма по-дружески похлопал по плечу принца Дорана, и они ударились в свои разговоры… а потом Тайлер перевел свой слегка напуганный взгляд обратно на принцессу. Уиллас, бодро шагавший к нему на помощь, внезапно затерялся среди наводнивших двор рыцарей, и сейчас Тайлера охватила паника. Ему, представителю малого Дома, выпала честь провожать саму принцессу дорнийскую в Великий Чертог… да еще и в таком наряде. Если б принцесса не была такой красивой, это сделать было бы гораздо легче… но она была. И совокупность всех этих обстоятельств заставляла Тайлера дрожать, мысли его хаотично разбегались, а глаза по-глупому смотрели на леди, пока он думал, что должен сделать или сказать. Наконец, до него дошло.
     — Тайлер Рован, миледи, — поспешно, но с некоторой толикой гордости, сказал он, отпустив ее руку, про себя отметив, что ручка леди не такая уж нежная и бледная, как у его соотечественниц. — Воспитанник Мейса Тирелла и оруженосец сира Вортимера Крейна.
     Он будто бы и не заметил улыбку принцессы, оставаясь таким же сосредоточенным, и в ответ на ее благородность лишь коротко кивнул. А вдруг скажет или сделает что-то не то? Это может повлиять на ее отношение к Простору! Пока леди приводила себя в порядок, Тайлер позвал конюха, и тот довольно быстро увел коня Арианны, и вот в этой суматохе они остались наедине, чуть в стороне от других, и от этого Рован почувствовал еще большее волнение.
     — Лорды и короли любят поспать, принцесса, — наконец, улыбнулся он, стараясь смягчить ее недовольство. От улыбки он слегка расслабился и ощутил прилив уверенности. — Так что мы решили дать им немного отдохнуть и встретили вас сами. Разве вам не нравится то, как вас встретили?
     Он слегка расстроился, но виду не подал. Да, здесь и не было самого лорда Тирелла, но и помимо него хватало представителей различных знатных родов. Конечно, Уиллас серьезно подвел отца, но ему повезло, что Тайлер оказался рядом. Рован не будет собой, если не приложит все усилия для того, чтобы принцессе было хорошо. Хотя, конечно, было бы гораздо лучше, если бы на его месте оказался Ренли… он бы с радостью спихнул на Баратеона все эти тяготы. Но придется выкручиваться самому и усиленно вспоминать все правила этикета, которым его научили.
     — Скоро начнётся завтрак, и король Роберт вместе с лордом Тиреллом очень ждали вашего присутствия. Но времени до него ещё много, так что… быть может, вы хотите взглянуть на ваши покои? Я бы с радостью проводил вас туда, — Рован, чуть улыбнувшись, посмотрел на Арианну и снова подал ей руку. Даже если и не в покои, идти все равно куда-то надо… не стоять же здесь? Дамы обычно любят постоянно украшать себя и проверять, все ли с их нарядами и причёсками в порядке, а во дворе, к сожалению, нет зеркал.

+10

5

«Знаешь, почему простолюдины так любят турниры? — Поинтересовался как-то принц Оберен у своей любимой племянницы. — Им нравится смотреть, как благородные сиры падают своими благородными задницами в совсем неблагородное дерьмо», — Красный Змей тогда еще очень звонко рассмеялся и подлил себе вина, а вот принцесса с хитростью посмотрела на любимого дядю. Ее тогда жуть как подмывало напомнить брату отца, что он тоже обладатель шпор и, участвовал во многих турнирах, но не стала, Арианна прекрасно знала, что ответит ей на это Оберин: «Моя задница не настолько благородная, как задница какого-нибудь Ланнистера, Баратеона или Тирелла». Красный Змей всегда проводил алую черту между Вестеросом и Дорном и при каждом удобном случае пытался подчеркнуть это различие. Дочери принца Дорана было интересно, откуда такая нелюбовь ко всем остальным шести королевствам, но никогда не осмеливалась спросить, понимая, что это слишком личное. Не всегда принц Оберин был таким любителем Дорна и ненавистником Железного Трона, в молодые годы он с большим удовольствием путешествовал вместе с матерью и сестрой по Вестеросу, наслаждаясь культурой и обычаями каждого королевства, но всему пришел конец, когда принц Рейгар залез под юбку леди Лианны Старк, а лорд Тайвин спустил на беззащитную Элию Мартелл и ее детей своих беконных псов. Но факт остается фактом, ее дядя не любит остальные шесть королевств и каким-то чудом его неприязнь передалась остальным дорнийцам. Порой Арианну это пугало, она даже несколько раз обсуждала это с отцом, но принц Доран только улыбался, уверяя дочь в том, что ее опасения беспочвенны. Принцессу это жуть как раздражало. Но как оказалось зря. Мартелл стоило отправиться в путешествие к Хайгардену, чтобы обидится в этом.
Мартеллы — Великий Дом. Они могут похвастаться браками с Таргариенами. Они гордые и опасные. Их в Просторе должны были принимать не хуже, чем делегацию короля, но на деле вассалы Тиреллов при каждом удобном случае воротили свои благородные носы, за спиной отпускали дурные шутки и не стыдились вместо вина преподнести какие-нибудь помои. Доран Мартелл делал вид, что не замечает предвзятое отношение и всегда благодарил лордов за угощения и кров, но Арианна немного из другого теста. Она не боится говорить правду прямо в глаза. Особенно малоприятную правду и не видит в этом ничего плохого. Она принцесса Дорна, а не какая-нибудь служанка на кухне, следовательно, относиться к ней надо соответственно. В Дорне, между прочим, ко всем гостям относятся одинаково, пусть они даже с Простора.
— Не понравилось, — Мартелл все еще была любезной, пусть говорила малоприятные вещи. Видимо, на нее так этот миловидный оруженосец действует. Чего только эта стыдливая улыбка стоит. — Мой Дом не такой частый гость в Хайгардене, чтобы к нам относится как каким-то обедневшим родственникам, решившим пожить за счет великодушного лорда Мейса Тирелла.
Арианна осмотрелась вокруг. Ее дядя, действительно, уже беседовал с десницей короля, а брат хвастался своей лошадью перед лордом Ренли. Принцесса тоже могла много чего интересного поведать лорду Штормовых Земель, но тот почему-то не особо желал находиться в ее компании. Неужели все еще помнит, как заливался краской в Солнечном Копье, когда Арианна оказывала ему знаки внимания?
— И поможете переодеться? — Арианна была бы не Арианна, если бы не воспользовалась столь удачной ситуацией и не заставила юнца еще больше налиться румянцем. — Понятия не имею, куда пропали мои кузины и фрейлины, — она оглянулась снова по сторонам. На самом деле, что Тиена, что Нимерия готовы были всегда прийти на помощь любимой кузине (девушки уже спешили к ней), но принцесса дала понять, что справится сама. — А вы же не бросите меня в беде? — Она подала руку оруженосцу, тем самим, давая понять, что бежать ему некуда. — Мой дядя любит говорить, что настоящие мужчины остались только в Дорне, не хочу с ним в этом соглашаться. — Чтобы окончательно добить мальчика, Аринна посмотрела на него так, как обычно улыбаются влюбленные девушки.[AVA]https://i.pinimg.com/originals/72/21/8b/72218b30657b6ac3ff518de908040fa8.jpg[/AVA]

Отредактировано Arianne Martell (2018-09-26 00:29:11)

+8

6

     Чем больше он глядел на принцессу, тем меньше понимал, чем же дорнийцы отличались от андалов и Первых людей. Такие же темные волосы, как у Тайлера, такие же черные глаза, такая же белая кожа... Арианна будто была настоящей южной леди, ведь ни ее платье, ни манеры не выдавали в ней дорнийку. Тайлер наслушался о них всевозможных баек и слухов, перечитал книгу Дейрона Первого, расспросил милорда Тарли… но, казалось, все это было зря. Ровану было неловко от того, что все оказалось не так, как он то представлял, и из-за этого волнение его только усиливалось. Пусть Тайлеру было уже шестнадцать, и он был наследником богатого и знатного рода, все же он испытывал недостаток общения с прекрасными дамами, а Арианна определенно была из такого рода. А еще на него давила мысль о том, что не он должен находиться здесь. Едва ли Уилласу было бы легче с ней, но… он хотя бы из Великого Дома. Ровня принцессе Дорнийской, тогда как Тайлер всего-то сын мелкого просторского лорда, пусть очень умного и благородного. Пусть Арианна смотрела на него совсем не высокомерно и презрительно, что-то будто ело его изнутри: в груди было холодно и пусто, ноги слегка дрожали, а голова отказывалась сосредоточиться на чем-то одном. Проще всего у него получалось только глупо таращиться на нее, как баран на новые ворота.
     И тогда он сказал себе: «Прекрати, ты же будущий рыцарь! Разве рыцари боятся леди?». Оказалось, что еще как боятся. Его учили обращаться с копьем, учили избивать мечом пугала и других оруженосцев, учили ездить верхом на коне, а вот разговаривать с дамами не учили. Хотя нет, мейстер и учителя постарались, чтобы он заучил правильные и красивые, порой чересчур изысканные, фразы, но как их применять — нет. Наверное, он был бы самым глупым сквайром, если бы просто повторял все то, что знал и даже не постарался бы подумать? Верно. Но то, что он старался думать, пока его не слишком спасало — скорее, он выглядел еще глупее. Или нет? По ее бездонным черным глазам сказать точно ничего нельзя, он лишь больше тонул в них и терялся, чем находил ответы.
     — Мне очень жаль, — изобразил он раскаяние. Лорд Мейс предупреждал, что иного отношения от дорнийцев они не дождутся. Впрочем, их можно было понять — они ехали к лорду Хайгардена и самому королю, а получили лишь их родню, и ту не самую ценную. Хотя он, хоть убей, не понимал, как можно было посчитать ценность тех или иных людей, но зато он понимал, что его-то ценность здесь одна из самых низких. — Я здесь довольно давно, так что могу сказать — к обедневшим родственникам лорд Мейс относится совсем по-другому. Такой хороший прием я вижу впервые.
     Ему еще хотелось добавить, что на короля и лорда Тирелла они еще успеют достаточно насмотреться за весь день, но... принцесса говорила так вежливо, но прямо, слегка обескуражив сквайра, и он забыл эти слова. Вот ее первое отличие от женщин юга — те любят недоговаривать, лгать, льстить кружить вокруг да около правды, но не она. А второе — ее лукавая улыбка и неприкрытая уверенность, от которых Тайлеру становилось еще дурнее. Но он в очередной раз постарался напомнить себе, что рыцари не боятся дам, а дарят им прекрасные венки и титулы, и от этой мысли ему стало немного легче.
     — Я? Я не… не понимаю… — смущённо замялся он и почувствовал, как запылали его уши. Определенно, часть слухов о дорнийцах — правда. Весь вид девушки внушал серьезность, но в ее глазах он — наконец-то! — смог разглядеть насмешку. Сразу захотелось рассмеяться — скорее от напряжения, нежели от большого веселья, — но он решил подыграть, и потому его лицо вновь превратилось из удивленного в каменное. — Мой наставник всегда говорит мне, что настоящий рыцарь должен уметь все. Разве я не справлюсь с работой кузин и фрейлин, миледи Арианна?
     Он решительно взял ее руку и снова перехватил взгляд, но на этот раз насмешки в нем не увидел. Значило ли это, что Арианна совсем не шутит? Он не знал. И от его вновь стало не по себе, но теперь, чувствуя тепло ее руки, он стал спокойнее — не хватало еще чтоб она почувствовала его дрожь. Но на деле же он был весьма удивлён таким предложением, и оно не могло, просто не могло оказаться не шуткой. Но ее взгляд, загадочная улыбка… они заставляли задуматься.
     — Настоящие мужчины остались в Дорне? И кто же приехал с вами, чтобы поучаствовать в турнире, принцесса? — спросил он, поведя принцессу к гостевым покоям в бывшей твердыне Тиреллов. На этот раз он воспользовался случаем, чтобы уколоть принцессу и заставить ее выкручиваться, однако вряд ли это будет сложно для нее. Она старше, опытнее, и она не раз бывала на высоких приемах в обществе, в отличие от него — мальчика-оруженосца, который видел подобные балы лишь пару раз в жизни, так что он много не знал. Например, не знал он, нужно ли ему будет весь день теперь провести в компании леди — ведь тогда он точно превратится в спелую рябину, полностью оправдав свое имя.

+4

7

А пока прекрасный оруженосец терялся в догадках, принцесса глядела с неподдельным  интересом себе на мальчишку и все хорошо понимала. По крайней мере, разницу между мужчинами Дорна и Простора она уловила легко. Выходцы из самого южного края Семи Королевств более острые на язык и за оружие не прочь схватится при первом же удобном случае, а еще не краснеют, как девы при первом поцелуе, стоит только миловидной девушке (а именно такой себе считает дочь принца Дорана Мартелла) немножко проявить внимания. С одной стороны это забавно и, как минимум, необычно, но с другой, с такими очень хорошо воспитанными мальчиками легко умереть со скуки. Горячая дорнийская кровь требует приключений и веселья, но ни как посиделок в компании других благородных дам разных возрастов с иглой в руках. Против рукоделья принцесса ничего против не имеет, пусть даже ее стежки не столь красивые, как у Тиены, но все-таки не для этого она столько дней тряслась на лошади.
«Ладно, пусть будет так. Если лорд Мейс решил уморить нас скукой, мы дадим ему бой».
Отец может сколько угодно напоминать, что они здесь только гости, следовательно, должны вести себя скромно и быть благодарными, даже если их усадят за самый дальний стол, но Арианна девушка гордая и молодая. О политике подумать она еще успеет, а пока возраст и статус позволяют, стоит веселиться в компании столь же молодых и прекрасных оруженосцев и рыцарей. Хвала Семерым, одного она уже нашла. Или он ее? Скорее всего, мальчишка решил проявить галантность, поэтому не лишил принцессу своей компании. Ладно, так тоже подойдет. Дарованному коню в зубы не смотрят и о причинах подарка не спрашивают. Особенно, если лошадка столь хороша собой.
Арианне нравится, как Тайлер теряется от ее замечаний и все-таки пытается не ударить лицом в грязь, попутно отбелив репутацию сюзерена. Миленько. Мартелл даже захотелось его обнять, уверяя, что он молодец и со своей миссией справился очень хорошо. Точно получше всяких неуверенных в себе наследников Великих Домов. Да, принцесса все еще негодует из-за глупого поведенья Уилласа Тирелла. Дядя ей его так нахваливал, а на деле… Даже Дрю более храбрый. Ах, куда катится этот мир?
— Полагаю, это потому что вы провели всю свою жизнь под крылышком в этого скупого Розана, — все еще мягко принцесса продолжала щебетать об очень малоприятных вещах. Ну а что, она обиделась, вот и не понимает, что несет. — Вам стоит наведаться в Солнечное Копье. Для сравнения, естественно.
Кажется, Мартелл перестаралась. Юноша глядит на нее так, как будто у нее рога расти начали, и ладно, если бы только это, так еще заикаться начал. Были бы сейчас рядом Нимерия и Тиена, то обязательно отчитали свою кузину за чрезмерную навязчивость. Но девушки в компании рыцарей Дорна решили провести время в замке, так что Арианне нечего боятся. Как и милому оруженосцу. Принцессы не кусаются.
Благо, спустя минуту Тайлер осознал, что не все так страшно, и никто в яму со львом его не бросит. И все-таки мальчишка волновался. Это чувствовалось в его жестах и манере разговора. Видимо, Арианне все-таки стоит ослабить хватку. Еще, бедняжка, сбежит.
— Я разве ставила под сомнения ваши умения? — Она перехватывает взгляд юноши. Ей определенно начинает нравиться их игра. — Но посмею вас предупредить, справиться с завязками на женском платье бывает труднее, чем со всеми этими вашими заклепками и ремнями на доспехах. Так что не слишком себя корите, если не получится.
За приятным разговором с приятным оруженосцем, принцесса совсем не заметила, как зашла в замок. А, возможно, дело в том, что Хайгарден внутри ее совсем не впечатлил. Это не так уже важно. Ей есть чем себя занять, помимо любования портретов «розочек» во весь рост.
«А он быстро учится», — такой колкости от столь хорошо воспитанного мальчика она не ожидала. Что же, так даже интереснее.
— Несколько старых гвардейцев и молодых рыцарей, мой дядя, принц Оберин Мартелл, решил, что этого будет предостаточно, чтобы втоптать цвет рыцарства ваших земель в грязь, вы разделяете его мнение?
Ответ она знала, но ей хотелось посмотреть, как оруженосец преодолеет обиду и вежливо объяснит гостье, что ее дядя слишком высокого мнения о своих людях.[AVA]https://i.pinimg.com/originals/72/21/8b/72218b30657b6ac3ff518de908040fa8.jpg[/AVA]

Отредактировано Arianne Martell (2018-10-08 23:01:13)

+8

8

     С каждой минутой рядом с Арианной он начинал чувствовать себя увереннее. Даже земля под ногами ощущалась тверже. Тайлер толком не мог сказать, что на него повлияло — то ли переволновался настолько сильно, что заразился безразличием, то ли, наконец, дошло, что леди пришла за тридевять земель не ради того, чтобы поглядеть на дрожащего оруженосца. Если уж Простор был славен такими рыцарями, коих в Дорне днем с огнем не сыщешь, то и он должен стать таким, хотя бы внешне. Правда, первого впечатления не вернешь, но мнение о человеке можно поменять в любой момент.
     А еще, наверное, ему льстила мысль, что принцесса не общается с ним как-то плохо или высокомерно. Даже несмотря на свое негодование, которое можно было понять лишь по словам, но не милому щебечущему голосу, полному какой-то непонятной мягкости, принцесса не выглядела разозленной или обиженной и продолжала бросать на него насмешливые взгляды. Но все же Тайлер был наблюдательным и он подмечал, что Арианна не такая уж и ледяная, как просторские леди, и не так хорошо умеет скрывать чувства — например, ее слова не были приятны для сквайра, воспитывающегося под крылом «этого скупого Розана». Это не слишком-то воспитанно, пусть Ровану и были понятны ее эмоции. Но, наверное, девушка должна была понимать, что тот, чьего сына сделал калекой на всю жизнь дорниец, не будет рад ни одному гостю из Дорна, какие бы замечательные они ни были. И пусть Мейс Тирелл сам был виноват в том, что произошло, а Уиллас не держал зла на принца Оберина, мнение лорда Хайгардена о жителях по ту сторону Красных гор никогда не изменится. И, видимо, Арианна этого не понимала, да и не пыталась понять.
     — Не всю, принцесса, — уже более расслабленно усмехнулся он, будто бы не замечая оскорблений в адрес своего сюзерена. Ни к чему разводить шум из-за такой глупой темы, разругавшись на пустом месте. А чтобы понять, что юная леди Мартелл упрямая, как и все дорнийцы, не требовалось большого ума. — Я долго жил в своем доме, Золотой Роще, и еще я подолгу гостил у своей тети в Староместе. Мне есть с чем сравнить.
     И все же рыцарь всегда должен защищать сюзерена, пусть даже перед невоспитанными девушками и на словах. Правда, едва ли у него получится что-то доказать, поэтому он лишь вздыхает и стремится перенести разговор в иное русло, то, которое заставит принцессу перестать выказывать свое негодование.
     — Это вы, миледи, так мило меня приглашаете в ваш замок? — снова мягко улыбнулся он, бросив вопросительный взгляд Наставник всегда говорил ему, что улыбка помогает расслабить нервы и мышцы, и его совет очень помогал — решимости в Тайлере стало значительно больше, и даже несмотря на последующее смущение, эту решимость уже было непросто поколебать. Даже такими откровенными шутками, как у леди Арианны. Наверное, это потому что он тоже понял, что принцессы не кусают, а лишь заставляют юных оруженосцев краснеть.
     — Не ставили, принцесса. Это просто я убеждал себя, что нет в этом ничего зазорного для рыцаря, — он рассмеялся, полностью расставшись со своим напряжением и стыдливостью, но ненадолго, не желая выглядеть глупо. Наверное, услышь его слова про работу фрейлин сир Вортимер, то точно заставил бы его еще позаниматься чем-нибудь тяжелым, чтобы выбить подобные мысли. Но, к счастью, он не слышал. — Ой, я уверен, вы преувеличиваете. Впрочем, если вы не шутите, то мне очень хотелось бы попробовать справиться с ними хоть раз — а то потом, во время брачной ночи, могу и не справиться.
     Арианна определенно плохо на него влияла, так как он даже не знал, откуда взялась в нем подобная наглость для таких слов. Но, в целом, он не утратил своего рыцарского шарма вежливости и благородства, так что вряд ли принцесса обиделась бы. Тем более, что она сама делала ему довольно двусмысленное предложение минуту назад, а он всего лишь высказался вслух, ни к кому конкретно не обращаясь.
     Хайгарден блистал своей красотой. Даже стены были не из темного базальта, а из какого-то гораздо более яркого камня, так что чего уж говорить о башнях? За все эти года своего обучения в замке он не успел привыкнуть к его красоте. Он даже не понимал, дело во всех этих архитектурных приемах вроде барельефов с изображением просторских героев или различных статуй-фонтанов рядом с цветочными клумбами или в особом духе юга, так хорошо видимого в столице Простора. Временами ему казалось, что это совсем не крепость, а большая и прекрасная усадьба, замаскированная под оный, но потом он вспоминал, как часто замок выдерживал осады. Наверное, дело в том, что даже из грозного бастиона просторцы, всегда жаждущие красоты, сделали произведение искусства, как бы это все не презирал лорд Тарли. Прогуливаясь с принцессой под руку вдоль всего этого чуда, его сердце едва не замирало — так на него действовала красота принцессы и красота всего вокруг, и только слова леди Арианны заставляли его не пропасть в молчании и задумчивости.
     — Слишком самоуверенно, — хмыкнув, отвечает ей Тайлер. Будь это сам принц Оберин, то он бы поспорил с ним насчет мастерства дорнийцев — не все рыцари юга были шестнадцатилетними юнцами, как Уиллас тогда. Да и рыцари Семи Королевств тоже. Он мог бы говорить долго, начав с того, что дорнийцы использовали других коней, и закончив тем, что у них были совсем иные доспехи с копьями, но не стал. Перед ним ведь девушка, а совсем не принц. Так что ограничился лишь тяжелым вздохом. — В Просторе, знаете ли, хватит рыцарей, что могут поспорить со славой Лео Длинного Шипа…
     Он хотел еще добавить про рыцарей всех Семи Королевств, но вдруг замешкался, вспомнив про одного известного рыцаря из Долины, что славился свою дуэльной историей. Он целую секунду решал, стоит ли говорить про него, и все же добавил, а лишь потом почувствовал, что играет с огнем.
     — В турнире будет участвовать Лин Корбрей. Тот самый, что победил в Битве на Трезубце Ливена Мартелла, — «и убил». Наверное, упоминание этого имени было невежливо, но девушка сама виновата — напомнила Ровану, как дорнийцы неуважительно относятся к остальным. А Тайлер, хоть и терпеливый, способен на вспыльчивость и опрометчивые поступки.

+9


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Предания о былом » Игра в рыцарей и принцесс [Хайгарден. 295]