Game of Thrones. From the Very Beginning

Объявление

Игровой период: 01.05.298 - 30.09.298
Что творится в Вестеросе (Седьмой-восьмой месяцы): Север. Пока Робб Старк бродил за Стеной в поисках Джона Сноу, попутно отбиваясь от упырей, Русе Болтон послал ворона в Королевскую Гавань с просьбой назначить его Хранителем Севера. Разумеется, Ланнистеры увидели в этом шанс обрести нового союзника и согласились на это, пообещав лорду Дредфорта кое-что еще.
В Винтерфелле было тихо и спокойно, пока однажды под стенами замка не показались знамена лорда Родников. Родрик Рисвелл, продемонстрировав письмо нового Хранителя Севера, уверил всех в том, что его послали ради обеспечения защиты замка от одичалых. Не прошло и недели, как прямо в Главном дворе разыгралась настоящая трагедия: Роджер Рисвелл убил маленького Рикона, обвинив в содеянном септу и дуэнью Маргери, и объявил о вскрывшемся «заговоре» южан, после чего была перебита почти вся гвардия розы, а замок оказался в руках Рисвеллов.
Королевская гавань. Благодаря вмешательству Джоффри перед самой его коронацией состоялся суд поединком: против Красного Змея интересы короны вышел защищать Джейме Ланнистер. В бою Оберин Мартелл одержал победу, ранив Цареубийцу, но это не помешало кронпринцу казнить дорнийца - не за государственную измену, в которой его обвиняли, а за братоубийство.
После коронации Джоффри Баратеон созвал всех придворных и почетных гостей столицы, дабы огласить свою волю: лорд Тайвин Ланнистер был назначен грандлордом Дорна, Станниса Баратеона сняли с должности Мастера над кораблями, леди Старк оказалась в заточении, а Тиреллов за то, что помогли вывезти нынешнего лорда Винтерфелла, Брандона Старка, из столицы, обещали объявить изменниками, если они не подтвердят лояльность королю, возвратившись в Королевскую Гавань вместе с Браном.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Свершившиеся события » Долгожданное прибытие [Север.Белая Гавань. 22.09.298]


Долгожданное прибытие [Север.Белая Гавань. 22.09.298]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1


Долгожданное прибытие
http://sh.uploads.ru/fQzAm.gif

Дата:
22.09.298 от З.Э.

Место:
Белая Гавань

Действующие лица: Маргери Старк, Теон Грейджой, Тайлер Рован, миледи из дома Мандерли

Краткое описание:
Незваные гости хуже орды дотракийцев. Еще хуже, когда за головы этих гостей объявлена награда

0

2

Путешествие до Белой Гавани оказалось совсем неприятным. И это если не брать в расчет такой важный фактор, как физический комфорт, которого не было и не могло быть у тех, кто сбежал почти с плахи, у тех, кто вдруг стал нарушителем королевского мира, для кого предусмотрены истинно шутовские суд и следствие. Было страшно, было мерзко, было больно. По крайней мере, Маргери. Что чувствовали её спутники, розочка могла только догадываться, но обременять себя ещё и чужими страданиями по оставленным друзьям или сожалениями о том, что ввязался в безумную авантюр, не собиралась. Ей с лихвой хватало самокопаний и самобичеваний, против которых был один единственный аргумент – нельзя было иначе. Алан тогда всё решил за неё, а она и не сопротивлялась, и только потом, когда после целого дня диких скачек беглецы смогли перевести дух, попыталась переосмыслить ситуацию, понять, действительно ли у них тогда не было выбора. И на периферии всегда маячила мысль, что можно было сдаться, вновь попасть в плен, где старшего из Крейнов подлатали бы, а остальных просто не трогали бы. Возможно, и Рисвелл к тому моменту образумился бы… Бред, фантазии юной девицы, взращённой на сахарных фруктах да песнях о рыцарстве. Слишком сладко, слишком приторно, слишком нереально. И хоть жертва лорда Алого Озера выглядит оправданной, эти сладкие грезы мешали смириться с данностью.
И после этого ещё кто-то считает, что ложка меда не портит бочку дегтя?
Откровенно говоря, Маргери чувствовала себя паршиво донельзя, когда окончательно постигла суть произошедшего, что из-за спешки, паники и шока произошло только к концу следующего дня. Не прошло и недели с момента побега, а терпение и силы южанки уже подходили к концу. Плечи поникли не от приятной тяжести нового платья из дамаста, дышать было сложно не из-за привычного корсета, а ноги не держали, заставляя льнуть к дереву, обдирая кожу на ладонях и щеке, вовсе не от головокружительного в прямом смысле тура вольты. Всё, на что у неё хватило сил, уйти под благовидным предлогом из поля зрения Теона и Тайлера, чтобы вдоволь оплакать и лорда Крейна (или все-таки Крейнов?), и собственную незавидную участь. Хотелось верить, что похвальное бахвальство Алана было не просто так, что кроме четырех-пяти гвардейцев Рисвелла никого не было, что целебный воздух, новые раны и остатки трав от мейстера Лювина совершат чудо… Но верить в это так же глупо, как считать, что боги милостивы. Что сталось с Лео, если он остался в живых, Маргери даже не решалась вообразить: с ещё не зарубцевавшимися до конца ранами, оставшимися на память о схватке во дворе Винтерфелла, получив, наверное, столько же новых, он поспел к тому, чтобы подержать за ручку своего умирающего капитана и кузена, а потом побрести невесть куда, невесть зачем, невесть в каком лесу. Когда известен абсолютно точно лишь факт собственного одиночества и бессилия, когда жизнь нагибает так, что философия о реке, по течению которой можно плыть безмолвным бревном или мужественно сопротивляться, выглядела особенно смешно.
Словом, пикник у розочки и её друзей совсем не удался. И каждый фактор преумножал последствия другого. Нервы влияли на то, как переносился холод и прочие мелочи, от которых нервозность становилась всё больше и больше. И так по замкнутому кругу. Из-за чего девушка предпочла максимально абстрагироваться, понимая, что совершенно не готова к разговору с кем-либо, даже с Тайлером, что был не прочь подставить плечо, как истинный рыцарь, верный друг и почти брат.

Ехать до Белой Гавани – долгий, неблагодарный труд. Но плыть по реке, превратившись в притягательную мишень без права скрыться в лесу и оторваться от преследователей – ещё хуже. Конечно, фора во времени была неоспорима в данном случае, как и риск. Хотя, как показала практика, южане и один гордый представитель Железных островов только и делали, что рисковали, полагаясь на одну фортуну, жертвами неблагосклонности которой уже успели пасть многие. И Маргери не хотела вновь лезть на рожон и делать так, чтобы чужие заслуги обнулились из-за её глупости и легкомыслия. Поэтому довольно своеобразное, пестрое в своей непохожести трио, молча, ехали верхом, а не спорили с речной стихией и удачей.
Когда до главного порта Севера оставались считанные дни, розочка вдруг поняла, что совсем её неприспособленная для столь долгих прогулок без комплиментов особа требует отдыха, и морального, и физического. И страдала юная вдова вовсе не от того, что с каждым днем теряет товарный вид. В конце концов, ноги колесом и ягодицы, принявшие форму седла, всегда можно спрятать под пышным подолом и ворохом нижних юбок (а последнее, авось, только поможет делать семейную жизнь более счастливой), но вот что делать с недомоганием, вопрос хороший. Сначала Маргери списывала всё на усталость и последствия долгой езды, однако к моменту, когда вдалеке показался Новый замок, роза поняла, что это вовсе не от переутомления. Страх и паника, понемногу отступавшие с каждым пережитым без инцидентов днем, вновь нахлынули с новой силой, и строить из себя великого мыслителя, который раскладывает всё по полочкам в своем чертоге разума и принимает взвешенные решения, не получилось. Маргери хотела попасть в руки мудрого мейстера, а не к какой-то повитухе, рецепт которой состоит в молитве, или знахарю, что в основном стрижет и режет овец, нежели действительно что-то смыслит в лекарском деле. И если сначала были у девушки сомнения, то последующие спазмы и чувство, будто вытаскивают потроха голыми руками, их отмели. Маргери было наплевать, какого мнения об этом будут её спутники, поедут ли с ней вообще – она поставила их перед фактом и оставила свободу выбора: к мейстеру с ней или на все четыре стороны без неё. А где обитают мейстеры кроме Цитадели? Правильно, в замке.
Тайлер, как единственный из свиты миледи Старк, отпущенный за особые заслуги (просто при Маргери лорд Крейн не мог озвучить блестящие перспективы от грядущего путешествия любимого поросенка, поэтому сквозь зубы тогда процедил пожелания о легком пути и вкусном пиве, натянув при этом улыбку, от которой пробегали мурашки) в краткосрочный отпуск, который провел не где-нибудь, а в Белой Гавани, ехал впереди, роза вслед за ним, а замыкал триумфальную вереницу будущий лорд Железных островов. Впрочем, Маргери не была уверена, что замыкал, ибо постоянно оглядываться не было мочи, а вот ситуация, чтобы сбросить ненужный груз со своей шеи для Грейджоя сложилась самая лучшая. В пору было проникнуться общей атмосферой депрессивности, подавленности, так резко контрастирующей с шумным, красочным (почти) городом. В такие моменты напряжение снимает не ирония, а черный юмор, шуточки сами прыгают на язык, спасибо новым приступам истерики. И сейчас как раз бы пошутить о том, какие все высокоморальные здесь собрались, да только совсем розе было не до околоостроумных колкостей, что зима и смерть близко, что кто-то так пришпорил коня, что прямо-таки неловко нарушать своей нескромной особой грядущий романтический момент проклятьями, криками и кровью. На это урожденная Тирелл подумала только, что было бы неплохо, если её хладный труп хотя бы прикроют красивой тряпочкой, чтоб не мешал празднику в честь дорогих гостей.
Через ворота их пропустили, но во внутреннем дворе никто встречать не бежал и счастья не выражал. Скорей всего те, кто имеет право решать такие вопросы, только спешили во двор или раздавали распоряжения, у стражников же дело нехитрое – пропустить благородных господ. Благо, наследник Золотой Рощи, победивший в общей схватке на первом и, вероятно, последнем северном турнире, примелькался гвардейцам, а как сомневаться в словах благородного сира, что сидел по левую руку самого лорда Вимана.
Пока самый дипломатичный из трио пытался что-то кому-то объяснить, Маргери цеплялась за остатки ясного сознания, морщась и шипя от боли, сопровождавшей каждое движение миледи, отчего та лишь крепче вцеплялась в седло, с которого в отличие от своих спутников ещё ловко на землю не спрыгнула. Перед глазами проплывает ещё одна знакомая макушка. Юная вдова успевает вытянуть ногу из стремени прежде, чем уместила вежливое «милорд, вы стоите ближе всех, не соизволите ли помочь даме спешиться» в емкое окликивание по имени и совсем уж не элегантно, но все же довольно драматично обмякнуть и соскользнуть вниз. В чьи-то заботливо подставленные руки или на землю – роза уже, увы, не поняла.

Отредактировано Margaery Tyrell (2018-06-08 20:52:30)

+11

3

Стены Белой Гавани приветственно блеснули на солнце. Непривычно яркие в дневном свете, они резали глаз. Над ними пьяными часовыми кружили резвые чайки, издали похожие на серые кляксы.

Тело, как только разум представил все дальнейшие блага, которые вот-вот будут в доступности, призывно заныло и заболело во всевозможных местах - от бесконечной конной езды, вечного холода и, видимо, пониженного уровня вина в крови, который на Грейджое сказывался отвратительным, сварливым настроением и общим упадком духа и мотивации.

Но, в общем-то, мир не очень пострадал от приунывшего душой кракена - унылая северная природа не могла бы стать еще унылее, а спутники, все как один, убежали каждый в свои мысли и взаимодействовали с миром разве что через редкое понуканье таких же уставших, как и они, лошадей, и короткими фразами исключительно по делу.

Не так представлял себе Грейджой увлекательную (совершенно безумную) авантюру, в которой бравые мужи и очаровательная южанка вырывают свободу из лап у судьбы. Или иначе: представлял несколько лучше, чем все вышло на самом деле. Вообще, более-менее терпимая ситуация разделилась жирной чертой на "до" и "после" в тот день, когда и без того жиденькая шайка беглецов оказалась вынуждена оставить Алана и Лео.

Тогда метаться, делать выбор и судить не было времени. Но, когда от отряда осталась лишь несчастливая тройка, Теону и вглядываться в лица спутников оказалось не надо, чтобы понять - все думают об одном и том же. Взвешивают рациональность поступков, которые уже не изменить. Прокручивают в уме бесконечные "или" и "если бы". И при этом отгоняют цель сего самокопания куда подальше: это все же самооправдание или самоутешение?

Так что оставшаяся часть пути оказалась еще более траурной, чем первая, когда их подстегивали кромешная неизвестность и страх. Лица серые, что северное небо. Единственные радости в этом во всем, какие могли быть - тепло солнца и костра, как назло, оказались недоступны. Первое, кажется, решило поплотнее закутаться в сплошную облачную пелену и не вылазить до следующей весны, запасаясь жаром, как плод в теплице. А огонь - непозволительная роскошь во время погони. Особенно для внезапных изменников, впавших в немилость короны.

Трио с кажущейся странной в свете последних долгих дней легкостью проходит во внутренний двор. Беспечность людей вокруг раздражает, вызывая острую зависть.

Теон, ехавший в хвосте сей скромной процессии, наконец ровняется с миледи Маргери. Хочет ей улыбнуться и что-то сказать, наверное, про безмятежность здешней атмосферы, но бледность лица дамы заставляет его осечься. Розочка, казалось Грейджою, вообще особо не замечала ничего вокруг. И дело тут было явно не в равнодушии к изменившемуся резко пейзажу.

Следуя за Тайлером, который уже успел не только остановить лошадь, но слезть с нее и пойти на дипломатическую миссию, кракен также спрыгивает со своего пожухлого скакуна. Такого, пожалуй, крестьяне бы даже бесплатно не взяли.

Грейджой подходит миледи Тирелл-Старк. Некоторое время дева сидит неподвижно, затем резко вскрикивает и соскальзывает с коня вниз. Теон, не успевший поразиться своей удачливости, ловит девушку и насколько возможно плавно опускает ее на землю. Железнорожденный опускается на колени и заглядывает в лицо Маргери. В первый раз она кажется ему такой безмятежной. Не успевает он даже оглянуться, как рядом оказывается стража, мимо которой не ускользнули неожиданные маневры новопришедших.

- Позовите мейстера, - нервно выкрикивает кракен и в очередной раз опускает взгляд на розочку. К его ужасу она так и не пришла в себя. Дело тут не в легком недомогании впечатлительной юной девы, во что он очень хотел верить последние дни, все гораздо хуже. Очень плохо. - Быстрее, иной бы вас побрал!

Вокруг собирается толпа зевак. Кто-то даже успевает возмутиться дурным вкусом дамы, напялившей на себя мужской костюм, какая какая-то одичалая, которую никто из них никогда в жизни не видел. Грейджой почти удивленно озирается на этих людей, растерянно смотрит на неподвижную девушку, лежащую на его руках. Это кажется ему жестоким, но едва ли не впервые в жизни он не знает и не может ничего сказать.

Картина последних дней резко меняется. Им все это время везло, но они даже не понимали насколько. И тут же это навязчивое "если бы"...

Отредактировано Theon Greyjoy (2018-06-13 15:26:24)

+13

4

Белая Гавань действительно жила своей тихой, мирной и столь медленной жизнью. А куда всем спешить и чего бояться? Мандерли сделали все от них требующееся, чтобы и жители города, и моряки, остановившиеся в главном порте Севера, чувствовали себя в безопасности. Впрочем, внимательные жители и торговцы успели заметить, что вся эта атмосфера мира и тишины – это только иллюзия. Все больше и больше в городе перешёптывались о том, что Белая Гавань готовиться к войне. «Слишком много знамен Мандерли и Старков, - донес один из таможенных офицеров, который делал обход по новоприбывшим суднам из Долины. – И ни одного короля Джоффри. Вот что их волнует. И не только их. На рынке, в «Ленивом Угре» и, простите меня за откровенность, в борделе только то и делают, что обсуждают обильное количество городской стражи по всему городу, а не только в порту. Офицер явно требовал ответа, рассказывая Винафрид о том, что она сама хорошо знает, но внучка лорда Мандерли поспешила сменить тему. Ее очень волновали прибывшие корабли из Чаячего города. Рыцарь таким поворотом истории был явно не доволен, это отчетливо читалось в его глазах, но перечить не стал и охотно поделился всем, что слышал. А слышал он немало, жаль только, что интересного мало. Впрочем, уж лучше делать вид, что волнуют пираты на «Сёстрах», чем пытаться объяснить, почему увеличился патруль города и рядом со знаменами Мандерли на ветру колышется еще и лютоволк Старков. От Винафрид только отстали с вопросами, почему это лорд Виман, который никогда особо не любил покидать Новый Замок, внезапно навестить поехал двоюродную сестру, леди Донеллу Хорнвуд, и почему Толхарты и Гловеры выставили по сотне лучников каждый у Рва Кейлин. Ладно, последним вопросом исполняющую обязанности леди Белой Гавани не особо мучили, видимо, считая, что ее познания в военном деле далеко не ушли, хотя Мандерли прекрасно знала, что две сотни надежных стрелков способны удержать Перешеек против любой армии. Но да ладно, ей так даже легче. Врать Винафрид не любит и не умеет. Вилла сразу поняла, что лорд-дедушка и сестра что-то от нее скрывают, стоило только объяснить внезапное желание привести в порядок оборонные сооружения тем что «давно надо было это сделать». Младшая внучка лорда Мандерли вообще большая молодец. Она быстро сложила в голове дважды два и поняла, что Белая Гавань не собирается присягать Русе Болтону на верность, как и Хорвунды, Гловеры и Толхарты. Поэтому за Виллой был установлен надзор. Лорд Виман Мандерли приложил много усилий, чтобы подготовка к возможным военным действиям проходила незаметно для чужих глаз (специально подожгли даже корабль из Браавоса, чтобы объяснить увеличение городской стражи), и Винафрид не позволит, дабы одна зеленоволосая девочка, не умеющая держать язык за зубами, все испортила.
Закончив читать ежедневные отчеты таможенных офицеров, Мандерли взялась за жалобы горожан. Мейстер Теомор утверждал, что это излишнее, и он сам вполне выслушать жителей Белой Гавани, но Винафрид настаивала на своем. Во-первых, это ее люди, значит их проблемы и тревоги – это ее проблемы и тревоги, во-вторых, после историй о нечестном обмене (поменял пять куриц-несушек на козу, которая не дает молока) и жалоб на несвежую рыбу, ей становится легче. Лорд-дедушка действительно был прав, когда утверждал, что сперва всех волнуют собственные проблемы, а уже потом знамена Старков, Болтонов и Баратеонов.
Увы, сегодня выслушать обвинения в сторону девицы, которая как-то умудрилась своровать сапоги с прилавка, Винафрид не дали. Девушка как раз клялась, что ее оклеветали, когда в Чертог Водяного побряскивая своими цепями забежал мейстер Мергейт. Он был совсем еще юношей с каштановыми волосами и карими глазами, который совсем недавно закончил свое обучение в Цитадели и которого тут же отправили в Новый Замок. Сначала, естественно Великие умы Вестероса не особо спешили удовлетворять просьбу лорда Вимана, мол, чем вам ваш мейстер не угодил, но лорд Белой Гавани умеет быть убедительным. В отличие от Теомора, который был выходцем из Ланниспорта и который даже спустя пяти лет службы Новому Замку не смог отречься от старых привязанностей и забыть о семейных узах, Мергейт был из Речных Земель, значит, обладал большим доверием, хотя от него тоже многое утаивалось.
Мейстеру Теомору не понравилось то, с какой наглостью молодой коллега прервал его. Он тут же поспешил напомнить юноше, кто здесь главный, а кому следует за воронами присматривать. Впрочем все объяснения, кажется, прошли мимо выходца Речных Земель, что очень разозлило уроженца Ланниспорта и позабавило Винафрид. Ее всегда смешило недовольное лицо мейстера Теомора.
- Могу я с вами поговорить наедине? – Снова попросил мейстер Мергейт, и Вин одобрительно кивнула, попросив мейстра Теомора самому разобраться в деле об украденных сапогах.
- Что же тебя заставило накликать на себя злость мейстра Теомера? – Наконец прекратив смеяться серьезным тоном, как и полагается леди Белой Гавани, поинтересовалась Вин. И тут молодой мейстер поведал ей историю о том, что происходит во дворе.
- Почему мне не доложили?! – вскочив на ноги, Винафрид тут же побежала к двери. – Как давно это случилось?
- Я хотел помочь, как только увидел, что мальчику, простите, - мейстер еле успевал за ней, Винафрид уже расхлопнула двери, давая гвардейцам новый приказ. – Леди плохо, но меня не подпустили. По приказу вашей матушки. Видимо…
- Немедленно бегите во двор и прикажите гвардейцам вам помочь, - прервала его Винафрид. Она сама понимала, что случилось. Скорее всего часовые не успели донести ей новости. Видимо, повстречали по пути леди  Леону Вулфилд, доложили ей все, а та, не особо раздумывая, взяла и приказала их схватить. «Хоть бы не было поздно». – Если будут упираться, скажите, что это мой приказ. И… - мысли судоржно летали в голове, отчего было совсем нелегче. Мандерли нервно ходила по коридору туда-сюда, пытаясь успокоится. – Несите ее в мои покои, - башня мейстера слишком далеко. А благодаря матушки они и так уже полно времени потеряли.
- Миледи, я должен…
- Исполняйте, - было произнесено таким тоном, после которого не особо хотелось спорить.
Мейстер, еле заметно поклонившись, в компании нескольких гвардейцев направился в сторону двора. Винафрид смотрела в сторону гвардейцев, пока те не завернули за угол, только после этого она позволила себе перевести дух, прижаться к холодной стене и закрыв глаза, задаться вопросом: что я делаю?
Не так давно в Новый Замок прилетел ворон из Винтерфелла. В письме адресованном лорду Виману, написанном рукой мейстра Лювина от имени лорда Родрика Рисвелла, шла речь о том, что Маргери Старк, Алан и Лео Крейны, Теон Грейджой, а так же Тайлер Рован обвиняются в нарушении королевского мира и убийстве малыша Рикона Старка. Лорд Родников утверждал, что леди Старк осквернила память своего мужа, деля ложе с капитаном своей личной гвардии, а так же приказала убить Рикона Старка, когда тот стал свидетелем любовных утех. Конечно, ни лорд Виман, ни Винафрид в слова Рисвелла не поверили. «Грязная болтонская шавка», - выругался лорд Белой Гавани, выбрасывая письмо в пламя. Перед этим пришли новости из Дозора. Отец писал о назначении Болтона Хранителем Севера и убийстве Большого Джона, так что неудивительно, что письмо лорда Родрика стало той последней каплей. После этого и начались все активные действия. Белая Гавань признает только Старков. Винафрид же была далека от деления власти и переворотов в Винтерфелле, все что ее интересовало – одна конкретная жизнь одного человека. Только поэтому она просила лорда-дедушку отправить разведчиков и охотников, дабы те не дали поймать южан, но все тщетно. Лорд Виман умен и осторожен, а Дредфорт слишком близко к Новому Замку. Дедушка решил не вмешиваться, доверить судьбу южан Богам, а любимой внучке предложил не думать об одном конкретном рыцаре. «Так будет лучше для всех», - объяснил свою позицию лорд Виман, и впервые в своей жизни Винафрид была с ним не согласна, но поделать ничего не могла.
И вот, если верить мейстру и гвардейцам, Тайлер здесь. Первое желание – это, естественно, разузнать как он. Что если он раненый или болеет, а может быть и первое со вторым? Но нельзя. Не стоит вестись на поводу у чувств. Она уже так натворила предостаточно беды. «Если Железный Трон узнает, что мы приняли беглецов, как гостей». Поговаривают, новый король – это далеко не Роберт и за не выполнение своих приказов карает смертью. Новости о том, как Джоффри расправился с дорнийцами и что насильно удерживает леди Кейтилин с дочерями в Красном Замке уже дошли до Севера, и поклонников в лице северян не приобрели. Впрочем, это удерживало Север от активных действий. Пока большая часть армии в Ночном Дозоре, а в Винтерфелле нет Старка, глупо что-то предпринимать.
В коридоре послышались шаги, а затем и совсем раздались вопли. Сомнений никаких не было, что это леди-мать решила отчитать несносную дочь.
- Они изменники и убийцы! – Кричала она, приближаясь к Винафрид. – Их место в Волчье Логове или на дыбе, а не в покоях! Или ты хочешь обрушить гнев короля еще на нас?!
Обычно Винафрид в таких ситуациях отмолачивается, пытаясь как можно быстрее сбежать, но видимо пост леди Белой Гавани придал ей сил.
- Я делаю так, как велит мне совесть, - спокойно и хладно ответила она. – Леди Маргери Старк –  жена Робба Старка, нашего сюзерена. Сир Рован – наследник знатного рода, а Теон Грейджой – сын Бейлона Грейджоя, верховного лорда Железных островов. Мы не звери, мама, мы не бросаем знатных людей гнить в подвалах старого замка. И я не уподоблюсь лорду Рисвеллу и не забуду о своем долге перед домом Старков.
Обычно после нечего подобного леди-мать кричала «несносная девчонка» или пыталась дать волю рукам, но на этот раз ее хватило только на злобный взгляд и одно замечание:
- Этот южный рыцарь на тебя плохо влияет.
Спорить Вин не стала. К Тайлеру она действительно испытывает привязанность и если бы могла, уже пыталась разузнать, что с ним. Увы давать волю чувствам она не собиралась.
- С вашего позволения я уйду. Хочу узнать, как самочувствие у наших гостей, а еще горю от нетерпения узнать, чем же закончилась история об украденных сапогах.
- Какие еще гости и сапоги?
Действительно, какие гости? У гостей не забирают оружие, не запрещают общаться друг с другом и с прислугой, и не приставляют гвардейцев. Видимо, южане все-таки пленники.  Так будет правильно. Пока. В этой всей истории слишком много подводных камней, надо все изучить перед тем, как занимать чью-то сторону. Но для себя кое-что Мандерли постановила уже: она не выдаст южан ни Рисвеллу, ни Железному Трону. «Осталось только дедушку убедить в том, что так будет правильно». Как бы лорд Виман не любил бы свою старшую внучку, но он в первую очередь все-таки лорд Белой Гавани.
- Один торговец утверждает, что миловидная девушка украла у него сапоги, - как будто и не слышала первой части вопроса, Мандерли взялась пересказывать занятную историю, чем очень взбесила уроженку Вулфилд.

+11


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Свершившиеся события » Долгожданное прибытие [Север.Белая Гавань. 22.09.298]