Game of Thrones. From the Very Beginning

Объявление

Игровой период: 01.05.298 - 30.09.298
Что творится в Вестеросе (Седьмой-восьмой месяцы): Север. Пока Робб Старк бродил за Стеной в поисках Джона Сноу, попутно отбиваясь от упырей, Русе Болтон послал ворона в Королевскую Гавань с просьбой назначить его Хранителем Севера. Разумеется, Ланнистеры увидели в этом шанс обрести нового союзника и согласились на это, пообещав лорду Дредфорта кое-что еще.
В Винтерфелле было тихо и спокойно, пока однажды под стенами замка не показались знамена лорда Родников. Родрик Рисвелл, продемонстрировав письмо нового Хранителя Севера, уверил всех в том, что его послали ради обеспечения защиты замка от одичалых. Не прошло и недели, как прямо в Главном дворе разыгралась настоящая трагедия: Роджер Рисвелл убил маленького Рикона, обвинив в содеянном септу и дуэнью Маргери, и объявил о вскрывшемся «заговоре» южан, после чего была перебита почти вся гвардия розы, а замок оказался в руках Рисвеллов.
Королевская гавань. Благодаря вмешательству Джоффри перед самой его коронацией состоялся суд поединком: против Красного Змея интересы короны вышел защищать Джейме Ланнистер. В бою Оберин Мартелл одержал победу, ранив Цареубийцу, но это не помешало кронпринцу казнить дорнийца - не за государственную измену, в которой его обвиняли, а за братоубийство.
После коронации Джоффри Баратеон созвал всех придворных и почетных гостей столицы, дабы огласить свою волю: лорд Тайвин Ланнистер был назначен грандлордом Дорна, Станниса Баратеона сняли с должности Мастера над кораблями, леди Старк оказалась в заточении, а Тиреллов за то, что помогли вывезти нынешнего лорда Винтерфелла, Брандона Старка, из столицы, обещали объявить изменниками, если они не подтвердят лояльность королю, возвратившись в Королевскую Гавань вместе с Браном.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Свершившиеся события » Капризы погоды [Север. Белая Гавань. 27.06.298]


Капризы погоды [Север. Белая Гавань. 27.06.298]

Сообщений 1 страница 19 из 19

1


Капризы погоды
https://78.media.tumblr.com/c959ec33d8e5262ba16fbbeaf1e0fc89/tumblr_ouc2fmfFoK1vgy0cbo1_400.gif

Дата:
27.06.298 от З.Э.

Место:
Север. Белая Гавань

Действующие лица: Винафрид Мандерли и Тайлер Рован.
Краткое описание:
История о неудачно выбранном дне для конной прогулки.

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-05-21 15:05:44)

0

2

Все веселье, что царило в Винтерфелле во время свадьбы Робба Старка и леди Маргери Тирелл, плавно переместилось в Белую Гавань. Это не преувеличение. В какой-то степени это даже приуменьшение. Лорд Виман Мандерли сам по себе человек весьма веселый и дружелюбный, как любит говорить Галбарт Гловер, главный затейник Севера, поэтому не удивительно, что, не нагулявшись и не выпив достаточно вина в «сердце» Севера (ведь что это за свадьба, что только день была?), лорд Белой Гавани подумал и решил, что война войной, но поднять кубки за здоровье наследника Севера лишний раз не помешает. А дегустировать красное дорнийское в одиночестве – это верх невоспитанности и неуважения в первую очередь к себе, хорошо, что Флинты, Локки и Слейты всегда готовы прийти на помощь. И это чудесно! Винафрид очень хотелось доказать рыцарю из Простора, что Север не такой хмурый, как принято считать, а северяне не только думают о зиме, но так же не прочь поразвлечься, даже во время войны. А еще она очень боялась, что лорд-дедушка уж очень присядет на уши рыцарю. Да, порой Виман Мандерли бывает еще тем болтуном. Особенно если рядом есть тот, кто еще не слушал историй о кракенах, северянах на турнирах и прочих безумствах, которые творили лорды самого холодного королевства, когда не были обременены семьей и долгом. Впрочем, от последнего сира Тайлера Рована даже Флинты не спасли. Как особенно важного гостя, уроженца Золотой Рощи лорд Белой Гавани приказал посадить за главным столом по левую руку от себя, Винафрид с сестрой и леди-матерью сидели по правую. Собравшиеся гости тут же пустили слух, что все это не просто так и никакого союза с Карстарками не намечается, но никто из Мандерли сплетням особого значения не уделил. Особенно Виман Мандерли. Уж больно увлекся беседой. Всем ему хотелось рассказать, показать, самому узнать, а еще напоить, накормить и развеселить. Вин даже за столь бурную деятельность дедушки стало стыдно. Она же обещала показать сиру Ровану Белую Гавань и устроить прогулку заливом, а не закормить до смерти. Но что поделать, она же предупреждала гвардейца, что порой северяне бывают излишне заботливые.
Выход в море не состоялся и на третий день. С самого утра, когда гостьи Нового Замка собрались за утренним столом, Родрик Флинт разродился гениальной мыслей. Он предложил устроить турнир. Маленький, но все-таки турнир. «Как у южан». На удивление Вин, идея быстро нашла поддержку среди северян. Больше всех загорелись глаза у лорда-дедушки, который тут же бросил рыбный пирог и побежал раздавать указы, приказы и советы. Он же когда-то на турнирах был, участвовал, значит, толк знает. Но что-то где-то на каком-то этапе организации пошло не так, и первый северный турнир превратился в обычную общую схватку. Не самую интересную. Не то чтобы Винафрид особо в них разбирается, она, если бы кто спросил, запретила бы эти бессмысленные побоища. Вот однажды их посетили Амберы, ох, Семеро, уберегите дикарей от кулака лордов Последнего Очага. Вечером, когда все участники «первого северного турнира» побитые, помятые, но довольные собрались в Чертоге Водяного, Винафрид все-таки решилась поговорить с лордом-дедушкой. Она придумала идеальную аргументацию, почему ей тоже стоит выйти в море, когда тот же неугомонный Родрик Флинт опять родил очередную идею. Кто-то кому-то сказал, что в угодьях Мандерли видели королевского оленя с воооот такими рогами, естественно все тут же собрались его поймать. Вернее, завтра, а сегодня надо отдохнуть.
***
Винафрид не любит охоту. Она не понимает, что может быть интересного в созерцании, как стая собак раздирают зайку или оленя, но отказ на этот раз не принимался. Во-первых, лорд Виман решил остаться в замке и не портить молодежи веселье своим присутствием, а во-вторых, Вилла решила тоже ехать, а септа слегла с простудой, значит, роль няньки должна исполнять старшая сестра.
- Лиесса не отходит от него ни на шаг, - недовольно пробормотала Вилла, когда вся веселая компания зашла вглубь леса. И как только они собираются оленя ловить? Они же своими криками всю живность распугали. Даже если королевский олененок и был, он давно ускакал в земли Болтона. – Удивительно, как она с ним еще вино с одного бокала не распивала.
Вин машинально посмотрела назад, где в компании Рикарда Вулфилда и его старшей дочери, Лиессы, шел рыцарь из Простора. Родственники леди-матери уже гостили в Белой Гавани, когда Мандерли вернулись домой. Что совсем не удивительно. Лорд Рикард, сколько Винафрид себя помнит, больше времени проводит в Новом Замке, чем в собственном. Но вот Лиесса… С этой девицей старшая внучка лорда Белой Гавани никогда особо не общалась. Когда им было по пять, дочь лорда Вулфилда обзывала Винафрид гусыней и овцой. Когда подросли, набросала ей в волосы репейников. А еще у них не сходились интересы, и Винафрид теряется на фоне высокой, фигуристой и золотоволосой кузины. «Мы с тобой, как Эшара Дейн и Элия Мартелл», - время от времени любит говорить Лиесса. Вин с таким утверждением была согласна только наполовину. Лиесса красивая, но не отзывчивая. А леди Эшара Дейн ведь была чуткой и совсем не заносчивой.
- Думаю, она всерьез собралась стать леди Золотой Рощи, - не утихала Вилла, - Вот же коза!
- Она твоя кузина, - попыталась утихомирить сестру Вин.
- Это не мешает ей обзывать тебя кухонной замарашкой и гусыней в его присутствии, - сестренка опять кивнула в сторону рыцаря из Простора.
«Прости, что?». Мандерли пыталась себя вести сдержанно и не обращать внимание на столь глупую девочку, но это уже слишком!
- Подслушивать нехорошо.
- А я не подслушивала, просто кое-кто слишком громко говорил вчера во время танца.
Винафрид тяжело вздохнула. Такое поведение кузины совсем опрометчивое и неправильное, но ведь не устраивать скандал сейчас? Уж нет, она поумнее всяких золотоволосых девиц. Гусиная, но умная!
Наконец-то охотники заревели в рожки. Беседа тут же прекратилась, Вилла заерзала в седле, пытаясь понять, что происходит. Флитны, как самые нетерпеливые двинули вперед, остальные последовали их примеру. Но не Винафрид. Она не собиралась участвовать в этом безумии, так что воспользовавшись общей неразберихой, направила лошадь в абсолютно противоположную сторону.
- Давай, Песня, быстрее.
В седле Винафрид держится хорошо, получше всяких северных леди Дейн. Так некрасиво говорить, но Лиессу так шатает, как будто она пьяненькая. Впрочем, все может быть.[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-05-22 23:11:53)

+9

3

   Да уж, лорд Белой Гавани любил шумную компанию, в которую не пойми как затесался сир Рован. Были в основном старики или юноши лет на пять младше, а еще множество леди, которых привозили на смотрины в Винтерфелл, как это заведено. Среди всех этих людей сильно выделялся Рован, который, хотя и сменил свой белый плащ на черный, а красивый камзол на невзрачный кожаный колет и грязно-белую дорожную рубаху, получил много незаслуженного и ненужного внимания. Это раньше вокруг него было много рыцарей, более статных и харизматичных, а сейчас он остался один-одинешенек в компании юнцов, мечтающих о славных подвигах, и дам, мечтающих о прекрасных принцах. Может, Алан это специально? Тайлер попросил капитана отпустить его в Белую Гавань после той драки с Карстарком, и тот неожиданно быстро (для упертого и веселого Крейна, разумеется) согласился. Видимо, знал, что такая свита похуже пытки, особенно на узком пространстве корабля. Он ведь многое повидал и многое почувствовал на себе, он точно знал! Они плыли к городу чуть меньше суток, и от желания прыгнуть в воду и утопиться спасало только общество мудрого лорда Вимана и умной леди Винафрид, которые слишком не приставали с вопросами, зато рассказывали много чего интересного. Хотя, Тайлеру почему-то казалось, что юная Мандерли все же слегка обижена на рыцаря, несмотря на то, что он извинился за свое поведение еще тогда, в Винтерфелле. А может, она была раздражена чем-то другим, но совсем чуть-чуть. Тайлер никогда не умел расшифровывать чужие мысли.
   Но покуда они были на Белом Ноже и совсем небольшой компанией, было даже весело. Он успел спеть что-то лирическое Винафрид, послушать ту самую замечательную историю с лордом Виманом и лордом Рикардом за три месяца до Харренхолльского турнира и подружиться с Клеем Сервином. Это был четырнадцатилетний наследник замка Сервин, смышленый и не по годам рассудительный парень, тоже неясно как здесь оказавшийся. То ли его приманила красота Виллы, сестры Вин, то ли его отправил отец, Рован так и не понял. Но зато он был не против поучиться фехтованию, и вместе с ним прямо на борту они умудрились сделать это и скрасить пару часов ожидания. Еще он просил научить его играть на арфе, но рыцарю не хватило терпения для этого. В общем, забавный парень. Наверное, они могли стать друзьями.
   Однако веселье почти закончилось, когда обстановка сменилась с корабельной качки на замковые стены. На пиру в честь прибытия Тайлера затанцевали все леди, пытались победить в «перепей меня» все лорды (но он скромно отказывался), особенно владетель Гавани, пытались обыграть в кости гвардейцы и сыновья лордов. Правда, почти все время приходилось быть почетным гостем и сидеть прямо рядом с Виманом Мандерли, который изрядно выпил и рассказывал некоторые истории по второму разу. Винафрид, к сожалению, сидела ужасно далеко, и от скуки ему помогал только разговор с Лиессой Вулфилд, красивой кузиной дочерей сира Вилиса, которая занимала место по левую руку от рыцаря. К сожалению, в наследницы ее явно не готовили, как и не учили читать умные книжки, но в чем-то она была интересной. Правда, она уж слишком была навязчива и безманерна, что раздражало рыцаря. Нет, она была хорошей леди, умела танцевать и делать все эти реверансы, умела учтиво и правильно говорить, но все же вызывала отвращение у рыцаря тем, что нагло обзывала сестер Мандерли глупыми и страшными гусынями, и еще кем-то, он особо не вслушивался. Это резало слух, вкупе с ее противным смехом после таких слов. Но Рован был воспитанным и учтивым юношей, и старался не заострять на таких разговорах внимания, переводя его в другое русло. Но леди Лиесса, видимо была не слишком умной, раз решила, что можно заработать благосклонность одного рыцаря, поливая грязью свою «конкурентку». Или она была просто сплетницей. Впрочем, она также была красива, грациозна, умела строить разговор, и много рассказывала, а Тайлер слушал. Однако потом на уши ему приседал Виман Мандерли, когда он отвлекся на разговоры с Ондри Локком, его перехватывала Лиесса, а если их не было поблизости, то находился кто-нибудь ещё, кому не терпелось накормить-напоить рыцаря и расспросить его об отце и Просторе. И потом все начиналось снова. Просто ужас. Даже Сервин его бросил в одиночестве, пока о чем-то щебетал с Виллой. Винафрид, насколько мог понять Тай из их «игры в гляделки», уставала еще больше, ведь она была еще и хозяйкой здесь, в Чертоге Водяного. Но вездесущая Лиесса не давала ему даже приблизиться, как бы невзначай крутясь рядом, громко веселясь от каждой его шутки и каждый раз делая что-нибудь нескромное. В очередной раз она то поправляла воротник дублета, то дотрагивалась до носа, то предлагала выпить вина («Как жаль, что рядом один бокал!»), и все специально на глазах у Винафрид, так что краснеющему юноше становилось жутко неудобно. Он ведь яблоня, а не рябина. Хотя, рябина ведь древо любви.

   Даже на третий день не удалось уединиться. Он тоже начался пиром, но Тайлер точно не выдержал бы очередные гуляния от заката до рассвета. Нет, конечно, ему было бы весело, если бы он пил очень много, как остальные рыцари, лорды и владетели, но он не желал позорить себя, если вдруг переборщит с вином. Тем более, что рядом были наблюдательные менестрели, которые каждую чужую ошибку были готовы воспеть в своих «смешных» песнях, а юноша был в самом видном месте и под пристальным вниманием почти всех в Чертоге. Но, если честно, на него не слишком хорошо действовал алкоголь, разум почти никогда не туманило, но в последнее время Тайлер плохо ел и решил не рисковать. Просто он не любит рыбу, кальмаров и прочее, а кроме этого оставались разве что пироги с мясом и фрукты. Но! Произошло чудо! Кому-то в голову пришло устроить турнир. Все поддержали эту идею и стали готовиться, а сиру Ровану, как главному знатоку всех правил, поручили организацию. Ну, то есть ходить везде с Виманом Мандерли и давать указания что и как делать. Так как участников было не слишком много, то управились быстро, и Рован уже днем отмерил шаги на арене, рассказал всем современные правила Простора, а к вечеру провел жеребьевку. Новый замок, конечно, был не самым большим в королевстве, но место для подобия арены нашлось. На стенах и балконах вокруг рассадили леди и других сочувствующих. Но никто не мог запомнить, как и почему нужно выступать, и как так получилось, что кто-то сражается против одного, а не другого. Ужасно. В итоге лорд Виман приказал сделать общую схватку, чтобы слишком сильно не ворочаться с ворчливыми лордами. Получилась некрасивая бойня, в которой победил, разумеется, Тайлер, но дарить венок королевы любви и красоты было некому – слишком получилось кроваво и страшно на вид, так что все леди разбежались. Но зато все были ужасно довольны, особенно Рован, так как день прошел интересно и познавательно. И почти без нудных разговоров. Правда, теперь болела ключица и левая рука, и повсюду были синяки, но это не страшно. Маленькая плата за день веселья.

   А на четвёртый день, то есть сегодня, Старые и Новые Боги ответили на его молитвы. На очередном утреннем пиру кто-то из Флинтов (как сказала Лиесса) предложил сходить на огромного оленя. Или оленя с огромными рогами. Лесов в окрестности города было немного, поэтому шли чуть ли не до Рогова леса, хотя было и не слишком далеко. Все те, кто вчера были довольными и помятыми, сегодня были просто помятыми и уставшими, но лорд Виман этой идеей загорелся, хотя в итоге и не поехал – на нем не сошелся охотничий дублет. Старшим над охотой стал кузен лорда Белой Гавани, как самый опытный, а старшим над леди – Тайлер, как самый порядочный и молодой. Последнее очень устраивало юношу и не устраивало Рикарда Вулфилда с Лиессой. Они были какими-то мелкими лордами-вассалами Мандерли, или вообще Болтонов, но Вилла считала, что они хотят обыграть хорошую партию с ним, Рованом. Нет, он, конечно, не имел ничего против кузины леди Мандерли, она была красивой и высокой (всего на дюйм ниже шести футов, тогда как Рябина на два выше), выглядела точь-в-точь как истинная леди, но если бы ему нужна была красота, то он бы женился еще в Просторе на какой-нибудь даме из Эпплтонов или Эшфордов. Но Лиесса все равно крутилась рядом с Тайлером и пресекала все его попытки общения с Винафрид. Интересно, а она обиделась? Вилла на этот вопрос ничего не ответила. Вулфилд, надо признать, действовала аккуратно, и все время получалось, будто рыцарь сам желает быть в ее обществе. То он носит ее на руках (у леди кровоточила нога, неаккуратно наступила на ветку), то держит за руку (когда они шли пешком, земля попалась холмистой, и леди боялась упасть), то громко смеется над ее шутками (ну тут да, было правда смешно), и так далее. Весело получалось. Звала его Винафрид, а окружают Вулфилды. Какие же они приставучие.
Зачем вы постоянно глядите на нее? – прерывает рассказ о своем замке Лиесса, и обгоняет рыцаря, чтобы поглядеть ему в глаза. Он отворачивается и смотрит под ноги коню. – У этой гусыни уже есть…
   «Потому что я к ней в гости приехал, а не к тебе».
Потому что их дедушка попросил, – отрезает Тайлер. Не терпел он таких слов, да говорившихся за спиной. Ее отец ехал чуть впереди и не слышал этого о своих племянницах, а то точно бы поставил доченьку на место. Или он просто не замечал? Забавно.
Но как же...
   Лиесса хочет еще что-то добавить – наверняка то, что Винафрид место среди кухонных замарашек, – но ее очень кстати прерывает шум рога вдалеке. Он был протяжный и заунывный, не такой громкий, как медный рог Тайлера, но и не такой холодный. Наверняка заметили след оленя. Рован пришпоривает коня и спешит за всеми вперёд, но тут он вдруг видит, как Винафрид вдруг исчезает и ведёт лошадь совсем в другую сторону. Тайлер закатывает глаза и выдыхает, а после разворачивает коня и спешит уже за ней. Ведь наделает глупостей. Вечно с ней все не так, как должно быть. Рыцарь в два счета догнал бы Винафрид, но она сворачивает в какие-то непонятные дебри чуть в стороне от дороги. Но бы даже и не подумал свернуть с дороги, если б случайно не замедлился и не услышал ржание лошади леди Мандерли. Но когда он всё-таки идет на голос, то проходит мимо высоких деревьев к большой поляне, где пасется одинокий конь. Да уж, весело. Тайлер тоже спешивается и, оглядываясь вокруг, сладко запевает:

Ты так красива, так нежна!
Ты так приятна, так нужна!
И встреча будет так сладка,
Когда услышу вдруг слегка
Твой голос звонкий.
Чудесно думать о тебе!
Русалка! Рыбонька! Ты где?

   Рован на ходу переделывал одну рыбацкую песню, так что получилось несколько коряво, но под струны арфы все легло бы хорошо. Жаль, что под рукой был только лук! Но он ожидал, что такие строки заставят леди появиться. А то ведь все волноваться будут.

Отредактировано Tyler Rowan (2018-05-24 20:53:46)

+10

4

Первые два дня для Винафрид действительно оказались аду подобными. Организовать внезапный пир это только кажется легкой задачей. Действительно, что там мучаться, только команды раздавать. А как же! Надо продумать посадку гостей, количество еды и напитков, веселье, а еще контролировать, чтобы прислуга все выносила и заносила вовремя, чтобы никто не скучал или уж слишком не перегибал с весельем, и столько еще мелочей, что голова кругом идет. Но Винафрид, кажется, неплохо справилась (если не брать во внимание то, что главный гость почти ничего не ел). Септа ее даже похвалила. А затем пожурила. За этими заботами юная Мандерли совсем забыла об леди-матери, а ведь она бедняжка все это время сидела совсем одна в Новом Замке. Нет, Вин не настолько ужасный человек, что после возращения даже с ней не заговорила, просто уделила не слишком много времени (не разорваться же ей!). Естественно, она попыталась все исправить на третий день, у нее как раз высвободилось несколько свободных часов, пока лорд-дедушка в компании сира Рована приводил в порядок «турнирное поле». Винафрид даже попросила Равоса испечь ее любимый ежевичный пирог, но все зря. «Больней, чем быть укушенным змеей, иметь неблагодарного ребенка!», - только и сказала ей леди-мать, а затем хлопнула дверьми своих покоев. Это огорчило Винафрид больше, чем все попытки Лиессы очернить ее. Кузина просто немножко глупая девушка, а вот леди-мать… «Что же она такого сделала ужасного?», - этим вопросом Мандерли задавалась весь день и вечер, пока Вилла, когда они перед сном пили мятный чай и делились впечатлениями от всего происходящего, не поведала, что матушка хотела быть хозяйкой пира, а лорд-дедушка опять поручил все «своей любимой внучке».  И ради этого стоит обижаться?! Винафрид была очень огорчена. Отношения с леди-матерью у нее всегда были слегка холодные, но это уже слишком! Ей, как любой другой девочке, хочется хотя бы немного материнского тепла, а в ответ только упреки и негодования. Наверное, еще поэтому Вин увязалась в эту авантюру с поимкой оленя. Находиться в одном замке с недовольной леди Леоной, в девичестве Вулфилд – это еще то испытание. Еще Вилла была убедительной. Хитрюга подкупила сестру своим: «пойдем посмотрим, как наша кузина будет на яблоню запрыгивать». И ведь действительно было на что посмотреть.
Вилла не ошиблась, когда сказала, что кузина постарается залезть на яблоню. Только Винафрид насчитала два раза, когда Лиесса оказывалась на руках у гвардейца леди Маргери Старк. А ведь она не особо за ними и следила. Мандерли было интересно в компании сестры и других гостей. Как оказалось все Сервины очень любят поболтать. И слегка хвастунишки. Клеем Сервин так точно. Юноша слегка заболтался, так хотел понравиться Вилле. А мог и не придумывать историю об собственноручно убитом кабане, сестренке и так было хорошо в компании  наследника лорда Менджера. Настолько, что почти перестала обращать внимание на старшую сестру, кузину и одного очень хорошо воспитанного рыцаря. Мандерли все еще было горько от слов кузины, но не из-за этого она направилась совершенно в другую сторону, когда заиграли охотничье рожки. Ей просто не хотелось принимать участье в охоте. Конечно, вряд ли сегодня удастся поймать оленя (девушка молилась Семерым, чтобы несчастное животное ускакало подальше), но все-таки лучше без нее (Лиессе так точно). А еще Вин просто хотела побыть наедине, чтобы разобраться во всем, что произошло за эти четыре дня.  Жить в хаосе ей никогда не нравилось. У всего должно быть свое место и предназначение. Впрочем, не долго времени ей удалось провести наедине.
Винафрид привязала Песню к дереву, сама же пошла на полянку, которую отыскали Вилла, когда они в последний раз гуляли в этих местах. В собственных угодьях внучки лорда Белой Гавани хорошо ориентировались, часто они скакали вперед, заставляя гвардейцев и септу глотать пыль. Если можно было, Вин совсем оставляла бы гвардейцев в замке, ведь в родных краях ей ничего не угрожает. Но у мужчин всегда на все свое мнение, с которым дамам не пристало спорить. Поэтому и только поэтому, услышав каким интересным способом ее решил поискать сир Рован (его голос уже можно узнать из тысячи), Вин предпочла все-таки показаться.
- Красивая песня, - с улыбкой, но холодом в глазах ответила ему Винафрид, направляясь к своей лошадке. В руках у нее были незабудки. Их Мандерли успела насобирать, когда была одна. – Но леди Лиесса не русалка, она… - мешок шерсти? Овца? О, нет, Вин такое говорить не будет. Пусть за гусыню ей все еще обидно. – Вулфилд.
Да, надо признать, Винафрид немного обиделась на Тайлера. Он мог хотя бы сделать глупой девушке замечание, а не смеяться над ее шутками и не пить вино с одного бокала. Неужели южане действительно столь лицемерные, как об этом любят говорить на Севере? Ей не хотелось в это верить. Лиесса бывает очень назойливой, Вин даже сказала бы, Тай не первый такой несчастный рыцарь. Даже сир Локк не сумел сбежать из ее общества. Но даже пронимая это, Мандерли неприятно и обидно. Совсем немножко.
- Простите, что из-за моего вероломства вам пришлось оторваться от охоты, - и снова ничего кроме холодной учтивости. Вин даже не смотрит в сторону рыцаря. Она слишком занята украшением гривы своей лошадки. – Но вам не стоило так беспокоиться, я хорошо ориентируюсь в местности, можете возвращаться. Вас, наверное, заждались.
Где-то вдали все еще слышны довольные вопли и топот от десятка лошадей.  «Не поймают они сегодня оленя».[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-05-26 20:45:16)

+9

5

   Рован заканчивает петь и пытается получше осмотреться. В лесу сильно пахло сыростью и гниением, но насекомых, на удивление, вокруг витало мало; наверное, все увязались за охотниками, наделавшими много шуму. Тайлер решает подойти к лошади непослушной Мандерли, чтобы начать поиски оттуда. Конечно, едва ли его можно назвать хорошим следопытом, но в той или иной мере он умел читать следы. Тем более, что земля тут была мягкой и влажной, да еще и щедро покрытой мхом. Охотники не останавливались уже довольно долго, так что бедные животные смело стали поедать все вокруг, что казалось им съедобным. Поэтому рыцарь и не стал привязывать своего коня. И еще потому что он был очень послушным, как раз подходящим для того, чтобы идти на охоту. Но пока он скакал туда-сюда, гадал, куда делась леди, и пел свою песню, лошадь Винафрид успела по чуть-чуть объесть все вокруг да еще и хорошо потоптаться на месте, так что не сразу и поймёшь, куда решила двинуться Винафрид. Конечно, рыцарь бы разобрался, что к чему, но на это нужно было время – то самое, за которое девушка затаилась бы где-нибудь в колючих кустах. Хотя зачем ей бежать ото всех было совсем неясно – может, напугала возможность увидеть убийство оленя? Так это вряд ли случилось бы. Зверь был быстрый и чересчур пугливый, так что даже Тайлер издалека промахнулся бы. Даже – потому что на праздник в Белую Гавань съехались в основном юнцы, которых еще не брали на войну, и старики, которых уже не брали на войну; хотя с Бенфредом Толхартом на турнире пришлось попотеть, а на стрельбище Тая почти догонял Кайл Вулфилд, брат Лиессы. И все же, леди должна была понимать, что на охоту они едут не просто оленя погладить, как делали это рыцари в сказках. И она это понимала, но всё-таки поехала. А теперь сбежала, ничего никому не сказав. Мало ли, кто обитал в этом лесу! Вдруг какие-то браконьеры, или медведь, или еще кто? Глупая, наивная девчонка!
   Когда Тайлер уже начал определять, где мох прижат сильнее и где есть отпечатки сапог, вышла сама виновница. Юноша повернулся, поднялся и выровнялся, по привычке отряхнув колени, хотя, конечно же, едва ли их замарал. Вышла Вин совсем не оттуда, куда, на первый взгляд, вели некоторые следы. Ну что же, не пришлось петлять среди гвардейских сосен в поисках этой русалки. Повезло, что тут Рован победил хитростью.
Спасибо, – с легким поклоном отвечает рыцарь, глядя на проходящую мимо него девушку. Она говорит с подчеркнутой вежливостью и держится довольно холодно, даже не смотрит на южанина – на лицо явные признаки обиды. И она даже сказала, на что. Рыцарь же принимает правила игры и говорит не менее холодно. – Мне показалось, леди Лиесса ускакала совсем не сюда.
   Тайлер ведь совсем не виноват, что она все время рядом с ним. Она прямо-таки стремилась забрать все внимание рыцаря себе, не давая ему ни шагу ступить без ее компании. И старалась при этом хоть редко, зато метко очернить внучку лорда Мандерли, хотя куда чаще что-нибудь рассказывала или с интересом слушала. Вилла сказала, что это потому, что Тайлер слишком красивый, но не так уж часто смотрит в ее сторону, да еще и совсем не с тем взглядом. Любые же замечания успокаивали Вулфилд максимум на часок, а потом попадалось что-то, что ей не нравилось, и она как бы вскользь плохо поминала Винафрид. Явно была у них (или только у Лиессы) какая-то война. Тем не менее, ее предметом рыцарь быть совсем не желал.
   Та-ак, стоп! А какое вообще дело Винафрид до того, с кем он там шутки шутит и вино распивает? С чего бы ей вообще обижаться? Да, это она звала его в гости, но он проводил с ней время – общался во время банкетов и после турнира, заходил в покои, спасаясь от леди Вулфилд и прочее. Да, возможно, недолго. Но ему дали ясно понять, что жених у леди Белой Гавани уже есть, и стоит вести себя аккуратнее. Помнится, что-то такое говорила и сама Мандерли. А теперь, значит, она на него обижается за то, что он с Лиессой? В голове не укладывалось… это что, ревность? Вряд ли. Сколько они не разговаривали, Тайлеру леди редко дозволяла перешагнуть границу учтивых разговоров, а если и позволяла, в этом не было видно ни капли любви или чего-то такого. Или кое-кто просто хорошо маскируется. Но это не значит, что Рован должен был каким-то магическим образом узнать, что леди Белой Гавани не нравится, что ее гость полностью не занят только лишь ею. Он ведь отступил, не желая ставить ее в неловкое положение, но она всё-таки обижается. Странные эти девушки.
Прощаю, – саркастически отвечает Тайлер, глядя на яркие голубые цветы в ее руках. Цвет был красивый и ледяной, как и Винафрид. – Мы еще успеем вернуться.
   Где-то далеко звучали крики и топот, но догнать бы их парочка еще успела. Да и вряд ли олень побежит все дальше, в земли Хорнвудов; скорее, будет петлять меж деревьев, уводя охотников то в одну сторону, то в другую. Им попался какой-то на редкость умный олень, даже странно, что он не белый.
Конечно, заждались, – с раздражением произносит Тайлер. Заждались, чтобы в очередной раз что-нибудь рассказать. Если не Лиесса, то ее отец, если не он, то Ондри Локк или какой-нибудь другой северянин. Все пытались поделится чем-нибудь важным или поспрашивать что-нибудь о юге. Он их понимал: всё-таки не каждый день новые лицо встретишь, да и истории были действительно интересные, но он уже устал. Новый Замок был мал по сравнению с Винтерфеллом, и спрятаться там было совершенно негде, так что приходилось терпеть. Но сейчас было тихо. Даже уши отдыхали. – Но не бросать же миледи одну в лесу. Вы разве не боитесь волков, медведей или разбойников?
   Конечно, земли Мандерли или вышеупомянутых Хорнвудов не то чтобы кишмя кишели всякими преступниками и охотниками-браконьерами, но, как говорит лорд Крейн, шанс такой опасности допускается. Будет очень неприятно, если главную драгоценность Вимана Мандерли украдут у него же из-под носа. Или вообще убьют. Она, может быть, девушка смелая, но одним кинжалом от волчьих зубов да острых когтей не отобьешься.
Я никуда не уйду без вас. Ваш лорд-дедушка поручил мне присмотреть за вами, а это очень трудно сделать, если миледи не окажется рядом, – серьезно, без тени улыбки проговорил Рован. Вообще-то, ему еще надо и за Виллой приглядеть, но там найдутся помощники. Вернее, помощник. Клей Сервин оказался юношей самоуверенным, а младшая русалка более разговорчивой и менее неприступной, чем ее старшая сестра. Хотя она была такой же бойкой и упрямой, даже, наверное, поболее, в силу возраста. Сервин, похоже, тоже еще намучается. Но вдруг у них что-нибудь получится? За их отношения Тайлер переживал даже больше, чем за свой любовный… хм, квадрат. По крайней мере, у них все проще и яснее.

+9

6

Винафрид не стремилась завладеть вниманием сира Рована полностью. Это глупо. А еще утомительно. Мандерли знает, о чем говорит. Однажды ей пришлось сидеть на одном пиру рядом с Джейни Пуль. Она ничего плохого не хочет сказать о дочери стюарда Винтерфелла, Джейни очень милая и веселая, но все-таки беседы о рыцарях и нарядах приглашенных дам ее изрядно утомили. Если на то пошло, Вин, как бы сказала Вилла сейчас, слегка странная. Когда няньки в детстве рассказывали о том, как рыцари, дабы доказать леди своего сердца серьезные намерения, сражались с драконами, переплывали моря в поисках столь прекрасного цветка, как их возлюбленная или уходили в Ночной Дозор ибо не нужна им жизнь без любви, девочка только морщилась, считая дам, которые бросают возлюбленных на растерзание опасности и смерти во имя своих странных желаний, глупышками и ужасными эгоистками. Разве любовь такая? Нет. Для Винафрид так точно. Когда-то в один теплый летний вечер, когда заняться было совсем нечем, она раздумывала над тем, что такое любовь. Вернее, тогда в Новом Замке гостили Уайтхиллы. И пока лорд-дедушка в компании отца, лорда Ладда Уайтхилла и его сыновей обсуждали свои важные мужские дела, кажется, спорили о том, где лучше закупить ткань для парусов, девочки щебетали о чем-то своем. Гвин тогда по уши была влюблена в одного из Флинтов, так что не удивительно, что разговор из обсуждение украшений и цветов плавно перешел в более романтическое русло. Гвин тогда всматриваясь куда-то за горизонт мимолетно, очень задумчиво поинтересовалась, что для сестер Мандерли любовь. Вилла, естественно, с радостью подхватила тему. Младшая внучка лорда Вимана Мандерли тут же начала говорить о песнях под балконом, прогулках под звездным небом и «это когда жить друг без друга не могут». Винафрид тогда очень внимательно слушала сестру, особенно в том моменте, когда младшенькая начала говорить о поцелуях столь страстных и частых, что от них губы должны болеть. Вин было тогда безумно интересно, откуда двенадцатилетняя девушка столько знает о прикосновениях, от которых мурашки по всему телу и взглядах, способных растопить Стену. Наверное, она бы задала столь волнующий ее вопрос, но Вилла, хитрюга мелкая, ее опередила. «Взаимопонимание», - тогда проговорила старшая внучка лорда Мандерли отчего заставила подруг только разводить руками и шутить, что кто-то уже старушка.
С той беседы прошло немножко больше года. Винафрид забыла о ней и, наверное, никогда не вспомнила, если не тот злополучный танец в Винтерфелле.
С сиром Рованом им не сразу удалось найти общий язык (наверное, в чем соль слов о червивых и недозрелых яблоках рыцарь все еще не понял), но это только в сказках прекрасный рыцарь на белом коне сразу из толпы прелестных девушек может увидеть ту единственную, которая полюбит его, а леди с первого взгляда понимает, что перед ней тот самый юноша, что станет отцом ее детей и верным супругом. В жизни все не так просто. Порой приходится терпеть, молчать, объяснять и закрывать глаза, дабы найти точки соприкосновения. Это нормально, и Мандерли готова была к такому повороту судьбы. До встречи с Тайлером.
Не думала будущая леди Белой Гавани, что когда-то ей придется познать, что такое дуэль между разумом и сердцем. Влюбчивостью она никогда не страдала. Да это просто влюбленность! Болезнь, которую надо излечить на ранних стадиях. Поэтому Винафрид ведет себя столь холодно и при каждом удобном случае напоминает о Карстарке. Если бы она знала, что все так будет, то в жизни не подошла к Тайлеру на пиру.
Никто ее еще так не понимал, как рыцарь из Золотой Рощи. И это ужасно! Она же обещанная другому. Как она теперь сможет влюбиться в Харриона. И зачем только она позвала сира Тайлера в Белую Гавань?! Мало того, что сама мучится, так еще и рыцарю несладко приходится. Бедняга, наверное, очень устал от этих непонятных северян. А Винафрид ведет себя хуже всех: сначала проявляет интерес, затем отстраняется, а под конец еще обижается. Глупая она. Семнадцать лет уже, а ведет себя как дитя малое. И как только сир Рован не махнул на все эту рукой и не ускакал в Винтерфелл? На мгновение Мандерли подумала, что дело не только в хорошем воспитании гвардейца леди Маргери, но столь же быстро отбросила эти мысли. Не стоит давать сердцу приглушить голос разума.
- Я боюсь только змей, - все еще с прохладой отвечает Вин, продолжая стоять к рыцарю спиной. Может показаться, что юная леди больше заинтересована собственной лошадей, чем беседой, но это далеко не так. Она слышит, как переменился голос собеседника. Ей не надо оборачиваться, чтобы понять, что сейчас рыцарь злится. На нее? Она же совсем не хотела задеть чужую гордость. Наверное, стоит принести свои извинения. Но Мандерли почему-то это не делает. Зато она отвязала лошадь. Песня, почувствовав свободу, тут же мотает головой и все цветы, которые так аккуратно вплетала девушка оказываются на земле. Вин на это не обращает внимание. Она наконец-то оборачивается к гостю, слегка поднимая голову, дабы заглянуть в глаза. – Скажите, сир Тайлер Рован, от змей вы меня защитить сможете?
Рыцарь может не утруждаться с ответом. Слова – это ветер. Можно сколько угодно клясться, бить себя в грудь, уверяя в собственной непогрешимости, но зачем? Пусть прибережет красноречивость для других.
Где-то вдали еще слышны звуки охотничьих рожков и лай собак. На мгновение Мандерли поворачивает голову в сторону, откуда доносится вакханалия из звуков, раздумывая о том, стоит ли вернуться. Нет, охота это не ее.
- Тогда вам сегодня не суждено участвовать в этом общем сумасшествии, - Винафрид пытается добавить в голос нотки тепла. Все-таки не Тайлер виноват в ее бедах, так зачем на него спускать всех собак. Она кивает ему в сторону предлагая пройтись. Мандерли надо отдохнуть от суеты в замке, а рыцарю… Пусть послушает как птички поют.
Какое-то время они шли в полной тишине.  Уже не было слышно ни стука копыт, ни лая собак. И это было чудесно. Винафрид могла наслаждаться этой тишиной целый день, но она ведь не одна здесь.
- Наверное, - уже без капли холода и очень робко вступила в разговор девушка. – Вы меня ненавидите. Я пригласила вас в Белую Гавань, чтобы вы могли воплотить свою мечту и выйти в море, а в итоге вас заточили в замке, заставив еще быть нянькой.
Винафрид не знала как еще начать разговор. Так что решила это сделать самым нелепым способом.[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-06-07 22:02:03)

+9

7

   Он и сам иногда задумывался над тем, почему еще здесь. В Белой Гавани. Из вежливости? Возможно. Но он ведь в любой момент мог сказать, что уже достаточно задержался и его ждет служба, всё-таки на Север он прискакал не ради новых впечатлений. Из-за того, что ему здесь нравилось? Тоже возможно. Белая Гавань была гораздо более аккуратным, ровным и чистым городом, чем Старомест, а Новый Замок напоминал скорее красивый восточный дворец, чем уродливую вестеросскую крепость. Но здесь он был главным гостем, окружённым излишним вниманием, которое напрочь убивало интерес ко всему. Он предпочитал наслаждаться тишиной или тихими разговорами, предпочитал шумной компании на пиру одиночество на крепостной стене с видом на утесы и море, но его никогда не могли оставить одного. Тогда, может быть, сир Рован здесь из-за какой-нибудь леди? Казалось бы вероятнее всего. Но Винафрид холодна с ним и вообще обещана другому, Лиесса, напротив, чрезмерно нагла и любопытна, а Вилла слишком маленькая и чересчур смелая. Тогда что же? Тайлер точно не скажет. Наверное, все по чуть-чуть и все сразу. Или всё-таки вежливость с небольшой примесью чего-то большего. Они ведь вместе хотели увидеть море с деревянного борта галеи, он и Винафрид. Зачем? Просто так. Чтобы он хоть чем-то запомнился этой маленькой русалке с Севера.
   А возможно, он просто влюбился, но боялся признаться даже себе, как это обычно бывает. Вы ведь знали, что Тайлер – юноша мечтательный и романтичный? Но влюбленность без ответных чувств со стороны его избранницы казалась молодому рыцарю чем-то мимолетным и легкомысленным, тем, что он так яро пытался отбросить подальше от мыслей. Признание в любви – дело, конечно, очень отважное и благородное, но если леди уже занята другим молодым человеком, то абсолютно бесполезное. Это лишь заставит ту леди терзаться лишний раз и собьет с толку, а вовсе не приведет к нужному юноше итогу. Но, с другой стороны, эта леди хоть и обещана другому, но еще не помолвлена с ним… однако, это не значит, что леди и сама любит рыцаря. Хотя кто же разберет их, этих женщин? Может, она так же влюблена, но тщательно скрывает за притворной маской равнодушного безразличия. Тайлер не настолько хорошо разбирался в поведении девушек, чтобы отличить фальшь от истины.

   Боится змей? Рован даже не знал, водятся ли в этом лесу змеи. Или, может быть, она имела в виду вовсе не настоящих змей, а Лиессу. Тогда был понятен холодок в ее голосе и то, что она даже не желает глядеть на рыцаря. Нет, разве Рован виноват, что такой завидный жених? Наверное, Винафрид тоже так подумала, раз всё-таки развернулась и с задумчивостью поглядела ему в глаза. Рыцарь хотел было ответить, что маленькие змейки не угроза для рыцаря, но промолчал. Леди и так знает, что он хотел сказать.
Значит, вам и тут хорошо? – пожал плечами Тайлер, заметив, что голос девушки стал немного иным. Более живым и без подчеркнутой отстраненности. Прогуляться? Рыцарь лишь сухо кивает. Что же тут еще делать, раз возвращаться леди не спешит? Тайлер, призадумавшись, решает, что так даже лучше. Можно немного отдохнуть от внимания людей вокруг и послушать более приятные звуки, чем людские голоса. Хотя, на самом-то деле, он не должен так поступать. Ему стоило бы настоять на том, чтобы они вернулись на охоту, назад. Но ему так все это надоело, что просто захотелось немного подумать о своем и хоть на часок перестать быть рыцарем, наследником, южанином, главным гостем и прочее. Захотелось стать простым путешественником, оглядывающим природу Севера.
   Тайлер неспешно шагал чуть позади леди, замечтавшись о своем. В Просторе деревьев было гораздо меньше, но они были красивее. В южных рощах было светлее и места побольше, но земля была гораздо тверже. Уставшим ногам по душе пришелся мох, смягчавший каждый шаг, а глазам были приятны огромные вековые деревья, на фоне которых рыцарь и леди казались очень маленькими. А ушам понравилось тихое ритмичное пение птиц. Обстановка складывалась на редкость хорошей, отчего Тайлер не прекращал улыбаться и мечтать. Ему нравилось молчать и слушать природу.
   Но все это прерывает робкий голос, звучавший после длительной паузы словно грохочущий гром.
Вас... сложно винить за то, в чем вы не виноваты, миледи. – Он говорил тихо и устало, словно бы дар речи стал для него проклятием, приносящим мучения. – Да и быть нянькой красивой взрослой особы вовсе не трудно.
   Хотя, конечно, Винафрид была не простой девицей. Вроде бы вежливая, послушная, покладистая, но внезапно зовет незнакомого юношу на танец или убегает от людей, которые были ее гостями в Белой Гавани. Последнее явно не укладывалось в рамки ее воспитания, но она все же покорно следовала всему, что просила от нее септа. Такой же, как у Виллы, буйный характер боролся в ней с поведением наследницы своего отца и леди Белой Гавани, навязанным ей требованиями общества. Тайлер хорошо ее понимал и, наверное, поэтому из него получился плохой нянька. Потому что это он должен был увести подопечную назад, а не она его – в лес.

+11

8

«Пожулуста, не отводи глаз. Не сейчас и не так быстро».
Тайлер не услышал ее. А, может быть, вспомнил, что верх невежества вот так забиратьсяв чужую душу. Но ведь сейчас никто не осудит и никто не узнает. Нет рядом слишком правильных септ и завидных гостей, так что можно позабыть о том, что правильно и не очень и делать то, что гласит сердце. Сам себе человек – не судья. Стоит сделать что-то не то, свернуть не туда, сказать что-то не так, как внутреннее «Я» тут же найдет тысячу и одну причину, дабы успокоить разум, уверить, что так все и должно быть. Но момент опущен. Поздно теперь думать, что могло быть, лучше сосредоточитьс на том, что произошло.
Мысли опять возвращают Винафрид ко дню, когда все началось. Вот перед взором опять Винтерфелл. Она снова в компании сира Рована идет через весь двор, говоря обо всем и ни о чем сразу. Удивительно, как быстро тогда удалось найти интересные темы. Вот она изображает из себя септу Фелису, да, эта служительница Семерых не удержалась бы и точно съязвила бы, услышав, сколь неблагородные порывы подтолкнули рыцаря к путешествию, Тайлер забавно супится, как будто пытается понять, что произошло и где он сказал что-то не так, а Вин тем временем не в силах изображать из себе воплощение Матери, Девы и Старицы сразу начинает улыбаться и Тай смеется вместе с ней. А затем они встретились взглядами и как-то уже не до смеха. Интересно, сколько тогда они так глядели? Наверное, чрезмерно долго, если это так разозлило Харриона. А, может, Карстарк совсем не из-за этого вскипел. Неважно. Винафрид хотела быстрее забыть все, что случилось после того, как она все-таки отвела взгляд в сторону. К несчастью, человеку не всегда все под силу. В памяти на удивление хорошо запечатлелся каждый фрагмент ночного происшествия. Особенно хорошо Винафрид помнила меч, приставленный к ее груди. Странно все это. В тот момент, когда Харрион напал на Тайлера, она совсем не думала о себе, но позже в мыслях снова и снова всплывала, как именно Карстарк решил ее прогнать, а затем шел вопрос: «Он и после свадьбы будет проявлять такую жестокость?». Естественно, Мандерли нашла оправдание действиям будущего мужа, но от этого легче не стало. Более того, Винафрид стала слегка побаиваться Харриона и время от времени подумывать над тем, что надо было все рассказать лорду-дедушке, ведь лучше остаться навсегда самой, чем жить в вечном страхе. Вот и сейчас она об этом призадумалась. Совсем на мгновение. Какой прок от этих размышлений? Момент опущен, теперь ей никто не поверит, а если даже и поверят, порой ради блага семьи надо идти на кое-какие уступки. Но это будет потом, в далеком будущем, которое только Богам известно, когда наступит, так что нечего придаваться унынию преждевременно. Да и грех это, когда вокруг такая красота.
Винафрид никогда не была в Просторе, так что ей не с чем сравнивать. А если бы и было, она бы все равно настаивала, что нет в мире места лучше. Где еще можно встретить деревья, которые видели драконов парящих в небе, а таких птиц, цветы? Возможно, на юге тоже есть такие места, но они чужие, а здесь на Севере все родное, все свое, все дорого сердцу.
Она на мгновение прикрывает глаза, вслушиваясь в пение птиц. Винафрид любит музыку, в Новом Замке всегда рады менестрелям, но даже самый талантливый из них не может сравниться с творением Старых Богов. А цвета! Сколько их вокруг. Чего только небо стоит. После этого уж никак язык не поворачивается назвать Север серым и унылым. Да, он все еще холоден, а порой бывает суров, но никак не скучен. Просто надо смотреть немножко дальше и прислушаться.
Дурные мысли совсем выветриваются из головы. Спокойствие северного леса делает свое дело. Больше нет места для всяких чрезмерно эмоциональных женихов и завистливых кузин. Хочется просто идти вперед, куда глаза глядят, думать о хорошем и говорить о прекрасном. А еще не хотелось никаких церемониальностей. Изрядно утомляет всегда держать в голове все титулы.
- Винафрид, - так между прочим, как будто речь о погоде, а не о чем-то очень важном проговорила она. – Здесь можете звать меня только по имени.
Септа сейчас ухватилась бы за сердце, услышав, что позволила себе ее подопечная. Но ее здесь нет. Никого нет, так зачем излишество, перед кем подчеркивать свой статус? Старые боги, и так все знают так же, как и сир Рован.
- Давайте кто первый к тому дереву, - она кивнула головой в сторону огромного дуба, что рос тут сколько Вин себя помнит при этом говоря снова спокойно, как будто речь о погоде. - Победитель загадывает желание проигравшему, - все так же щебетала, не давая и слова рыцарю сказать. – На счет три. Раз, - Мандерли посмотрела на рыцаря, хитро улыбнувшись, - двааа, - протянула она, - три, - выкрикнула и тут же рассмеялась. С места она даже не шевельнулась, леди не бегают, зато рыцари еще как. – Ладно, - подняв руки, как будто молила не трогать ее, прокричала Винафрид. – Загадывайте, но помните, - подойдя к рыцарю вплотную, заговорила шепотом, - Старые Боги все видят, - дада, кивала головой, не забывая при этом хитренько улыбаться.

На удивление после маленького соревнования беседа стала еще легче. Как-то нашлись темы для разговора и шуток. Винафрид показала Тайлеру самое старое дерево в этом лесу и рассказала жуткую легенду о чардреве в Волчьем Логове. Еще Тайлеру пришлось доказывать, что он действительно умеет стрелять из лука, а Вин соглашаться на партию в кайвассу. Было действительно здорово. Часы летели как секунды. Как-то за всем этим Винафрид и не заметила, что начало темнеть. Вернее, заметила, но все откладывала и откладывала возращение в замок. А затем ударил гром. Следом за этим хлынула стена из дождя. А ведь видели, что небо затянуло тучами. Но Мандерли уверяла, что это обычное дело и сейчас ветер всю эту красоту либо в сторону стены понесет, либо в сторону моря. На этот раз ошиблась.[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-07-06 21:56:41)

+11

9

     Тем временем, пока Винафрид размышляла о прошлом, Тайлер занимался традиционным самокопанием. «Забавно, - отмечал он про себя, - что я уже второй раз оказываюсь в довольно щекотливойм положении по ее вине». Ведь, на самом-то деле, что могли подумать охотники, окажись они повнимательнее и заметив, наконец, пропажу аж двух знатных особ, один из которых важный гость, а вторая - любимая внучка лорда Белой Гавани?  Что бы они подумали, найдя сейчас их коней и их же следы, ведущие в лес? Что могут подумать люди, узнав, что молодые и предположительно неровно дышащие друг к другу (если Вилла или Лиесса ляпнули бы что-нибудь такое) люди уединились в лесу? Наверное, то же самое, что и Карстарк тогда, в Винтерфелле, когда увидал их, мирно держащихся с друг другом за ручки. Только сейчас об этом узнают все, и лорд Мандерли в том числе. О чем же думал тогда Тайлер, когда пошел на поводу у этой девчонки и пошел с ней глубже в лес? Какой же он все-таки дурак, этот рыцарь. Никогда ему не стать хорошим лордом, как того хочет отец, ведь хорошие лорды слушают других, но поступают по-своему и так, как надо. Это уж точно не про Тайлера. Но Винафрид никогда не сделала бы такого, не будь на то какой-то важной причины... кроме одурачивания глупого рыцаря, конечно. И все же, его терзали какие-то сомнения по поводу того, холодна ли к нему леди-льдинка Белой Гавани на самом деле.
     Наверное, поэтому он и был таким хмурым. Как уж тут станешь веселым, если голову вновь штурмуют такие вредные мысли.
     — Это невежливо, — заметил рыцарь. Нет, он понимал, что о его подобной неучтивости вряд ли кто-то узнает, но он привык уже говорить так, как говорил. Так просто подобные правила из головы не выходят... а может, к черту эти правила? Это ведь северный лес, а не королевский дворец. Правила пока не сделали Тайлеру ничего хорошего, но зато требовали очень многого. Хоть на секундочку, но от них можно отойти и говорить так, как ему хочется, а не так, как надо.
     — Винафрид... — шепотом проговорил он, словно пробуя имя на вкус. На его взгляд слишком грубое, древнее и достойное скорее железной леди вроде Барбри Дастин, а не утонченной маленькой девушки. К тому же, довольно длинное. Может, звать ее Фрида? Сокращния от имен обычно звучать довольно мило, ласкательно. Но Фрида... нет, ему не нравилось. Тогда, наверное, лучше подойдет «Вин». Слишко коротко, конечно, но не так топорно. — Тогда я просто Тайлер. Тай.
     Он остановился и шутливо поклонился, словно бы они познакомились только что. В какой-то мере, так и было. Он, например, ни разу еще не произносил ее имя, пряча его за ширмой из «миледи» или «вы». Так что, можно сказать, Винафрид и Тайлер представились друг другу только что. Не сир Рован и леди Мандерли, которые были знакомы уже давно, а Тайлер и Винафрид. Настолько далеко в дружбе с девушками он пока ни разу не заходил.
     «Пробежаться? Ты насмехаешься надо мной?», подумал Тайлер и недоверчиво поглядел на леди... на Винафрид. Ни тени улыбки, ни самого маленького смешка. Вслух он говорить, разумеется, даже и не подумал, решив поиграть по ее правилам. Уж насколько он был глуп, и все равно понял, к чему клонит девушка. Она хочет, чтобы он загадал ей желание, хотя и говорит непрямо. Ведь очевидно, что рыцарь бегает гораздо быстрее, хотя и выглядел при этом чересчур глупо. Очень и очень глупо. Глядя на ее улыбку, он чувствовал себя еще смущеннее этим поступком. Но лучше уж смущенный рыцарь с желанием, чем несмущенный и без него. «Чего бы такого загадать...» - стал ломать голову Тайлер. В нее, как назло, приходило лишь все довольно похабное и недостойное даже малейшего упоминания вслух, или идиотско-насмешливое, слишком глупое даже для него.
     — Старые Боги? - вздернул он бровь, оттягивая время. — Не вижу здесь ни одного чардрева.
     Это была правда. Чардрева были очень редкими даже на Севере, пусть и ужасно священными, а местный лес был весь забит гвардейскими соснами и елями, а еще всяким мхом и корнями. Ни одного белого древа с кровавыми листьями, ни одного вырезанного лика. Наверное, этот лес не был слишком уж древним, хотя и молодым его назвать было тяжело. Наверное, Дети Леса тут просто никогда не водились, только и всего. К тому же, в этой части Севера многие почитали Отца и Мать, а не богов-деревьев. А Винафрид, похоже, почитала и тех, и других. Жаль, что он слишком мало знал о Старых Богах. О Новых-то знаний хоть отбавляй; это неудивительно, ведь он был воспитан на историях о рыцарях, а настоящие рыцари не даром зовутся Воинами во плоти. Любой рыцарь тесно связан с обетами и верой, будь то Эймон Таргариен или Дункан Высокий... Кстати о последнем. Кажется, Тайлер придумал, что попросит у Винафрид.
     — Помните, я выиграл турнир? — Одно название, а не турнир, но все-таки. — Так вот, я посвящаю ту победу вам... тебе. А хорошая леди за такое дарит платочек, как ты знаешь.
     Да, ему нужна была такая мелочь, как маленький платочек. На память. Резать прядь волос, конечно, романтичнее, но слишком уж варварски. Ем хватит и кусочка ткани в цветах Манедрли. Потом он станет старым и будет рассказывать детишкам историю о том, как на Севере он полюбил прекрасную русалку, которой суждено было уплыть от нее к далекому солнцу, но она подарила ему этот платочек. Он бы попросил еще поцелуй, но два желания в одно не поместишь, а поцелуй надолго не задержится. А платочек - да. «Если Лиесса увидит, то точно сгорит от негодования прямо на месте».

     Они успели заняться еще многим, кроме глупого загадывания желаний. Успели быстро и легко подружиться, перейти на «ты» и все в таком духе. Наверное, ради этого и стоило сплавать в Белую Гавань, хотя и не совсем получилось то, чего он ожидал. Их, казалось, вообще не искали; да он и сам не вспоминал об охотниках, чьи крики давно скрылись где-то вдалеке. Ему было на что отвлечься и помимо пустых гаданий. Они постреляли из лука: он попал во все, куда показывала леди, причем с первого раза, да еще и поучил ее саму стрелять. Правда, у нее еперь болели пальцы на руке, но, слава Богам, у Тайлера были перчатки и леди хотя бы не содрала кожу. Теперь, правда, они должны были поиграть в кайвассу, но это потом. Он не такой уж мастер игры, но немного умеет. А Винафрид, видимо, играть умеет хорошо, раз уж не побоялась проспорить ему целую партию игры. Еще они успели полазить по деревьям, чтобы понять, кто сможет залезть выше и быстрее. Победила, на удивление, Винафрид, но это лишь потому, что Тайлер запутался в ногах и упал. И еще были разговоры, разговоры... В общем, было весело. Пока не пришел ливень.
     Рыцарь поспешил укрыть девушку от дождя плащом и увести ее под самое большое дерево, пока она не вымокла и не заболела. Плащ, конечно, у него был только один, зато теплый и плотный, потому его должно хватить. Странная ведь штука, эта погода. Утром светило яркое солнце, а мейстер сказал, что дождя ожидать не стоит еще недели две. Капли были очень холодные и противные, но, к счастью, сильно парочку не затопило. Но резко стало холодно, да так, что Винафрид вся даже затряслась.
     — У меня есть вино, если ты хочешь, — неуверенно предложил рыцарь, снимая тетиву с лука и пряча ее как можно дальше. Сырости лук не любит. Как и Тайлер. А вот вино, как раз, сможет согреть их обоих, но только если много не пить. Наверное, стоило взять знаменитое местное пиво, но рыцарь предпочел не рисковать и взять то, что было сделано в Просторе. Тайлер, не ожидая ее ответа, спрятал тетиву и снял с пояса бурдюк, присев рядом с девушкой и положив его рядом. Она так дроижала, что казалось, болезни не миновать. Рыцарь, не в силах сделать что-нибудь еще, просто обнял Вин посильнее, надеясь, что ее это согреет. Хотя... Тайлер и сам был холодный, так что согреть точно не выйдет. Но рябина-то цветет зимой, правда? И выглядит при этом такой огненной!

Отредактировано Tyler Rowan (2018-07-24 09:16:54)

+9

10

Тайлер утверждал, что совсем не держит на весьма своенравную леди обиду и все прекрасно понимает, но от чего тогда он тогда такой хмурый? Винафрид не понимала этого. Ей очень хотелось знать, в чем причина (ведь тогда она сможет все исправить), но с расспросами лезть невежливо. Так что приходилось догадываться.
«Возможно, он хотел поймать оленя, - предполагала про себя Мандерли, когда дурные мысли по поводу будущей семейной жизни испарились, на душе стало спокойнее, и мир вокруг снова наполнился цветными красками. – А, может, быть он замерз, устал или проголодался? Может, заболел. Или он все еще надеется выйти в море», - Винафрид построила сотню предположений, нашла им объяснения и успела сотню раз ужаснутся, как так она это сначала не замечала и столько же раз обозвала себя ужасным человеком. Но ни в одно предположение из этой сотни не строилось на том, что причина столь опечаленного вида рыцаря – маленькая леди с южного Севера. Вин как-то совсем не подумала, что в ее прогулке с Тайлером без септы и гвардейцев позади могут быть печальные последствия. А ведь надо было. Некоторых людей хлебом не корми, дай опорочить других. Впрочем, даже если бы такой вариант пришел в голову северянки, она не стала бы тут же скакать обратно к компании охотников-неудачников. Не только потому что ей совершено противно убийство несчастной зверюшки, а еще потому что те, кто хочет увидеть «неправильное» поведение, увидят его даже в безобидном взгляде или жесте. Так зачем бежать куда-то и что-то кому-то доказывать? Всем все равно не угодишь. Но Винафрид не знала, что причина в ней, а мысли читать не умеет, так что пришлось все списать на желание поймать оленя и обиду на обиду Вин, а еще на нежелательный отход от правил. Пускай даже от такого маленького, как: «нельзя забывать о титулах». Мандерли так хотелось улыбнуться и объяснить слишком правильному рыцарю, что нет здесь ничего неправильного, если его сами об этом просят. И вообще, они в лесу, кому здесь нужны эти «леди» и «сиры»? Она уже набрала в легкие воздуха побольше, предвкушая очередную дискуссию, но как-то сразу забыла обо всем, что хотела сказать, стоило только Тайлеру собраться с силами, переступить через себя и прошептать ее имя. Сердце в груди отчего-то сразу забилось, как пойманная птичка в клетке. Такого раньше никогда не было, а ведь Харрион постоянно зовет ее только по имени (пусть никто ему на это разрешение не давал). Казалось бы, должна была привыкнуть, но нет, Вин глядела на Тайлера, как будто призрака увидела.
- Рада знакомству, - только спустя маленькую вечность опять заговорила. Наверное, в глазах рыцаря она сейчас выглядит совсем странной. – Тайлер. Тай.
Винафрид ответила, как полагается, реверансом, пытаясь как можно скорее исправить ситуацию. Но в головушку ничего не пришло, кроме как сделать вид, что нечего ужасного не произошло. Так просто задумалась о своем. Как на зло, в голову ничего кроме детских глупостей не шло. Впрочем, разве они взрослые? Семнадцать и девятнадцать лет – это много, но не достаточно, чтобы ходить с важным видом и на всех смотреть свысока, при этом, не забывая повторять: «О, мое нежное дитя лета, что ты знаешь о зиме». Им еще позволительно время от времени кривляться и слишком громко смеяться. И нечего здесь краснеть! Пусть лучше заливаются краской те, кто в юные годы позабыл, что такое веселиться.
- Но Старые Боги – это не только чардрева, - Мандерли с радостью поспешила поделиться своими знаниями. Правда, знала не так много по сравнению с другими северянами, ведь ее дом сохранил веру в Семерых.– Боги повсюду — в ручьях и камне, в зверях и птицах. Не обязательно молиться чардреву, петь гимны и ставить семь свечей, чтобы Старые Боги тебя услышали.
Это подкупает. У Новых Богов есть храмы, служители, священные книги и ритуалы, перед тем, как о чем-то пропросить или поблагодарить, надо столько всего сделать и пройти (чего только помазание в рыцари стоит!), а у Старых Богов достаточно иметь желание и открытое сердце. Правда, не всегда так было. Когда-то Старые Боги требовали крови, но это была давно, в те времена жили жестокие люди. Сейчас все
по-другому. Андалы больше не уничтожают богорощи, а Большой Джон пусть и любит говорить, что Семеро – это ложные боги, но еще ни одного верующего в Новых богов топором не разрубил, только угрожал.
Винафрид еще много могла рассуждать о Богах, совсем позабыв о всем на свете, но Тайлер красиво не дал улететь ей к облакам.
- Платочек? – Переспросила она, чувствуя, как сердечко снова начинает громко стучать. Конечно, она знала о том, что порой на турнирах леди дарят на турнирах своим защитникам ленты, цветы или, как в их случае платки, но она никогда не ожидала, что когда-то придется ей немножко побыть настоящей южанкой. Лорд-дедушка пусть очень любит своих внучек, но никогда тех не отпускал на турниры, даже в Речные земли под присмотром северян. Хотя в свое время лорд Виман даже присутствовал на турнире в Харренхолле. Виллу такая категоричность жутко задевала: «Как будто на всех турнирах крадут девушек», - злилась она, а Винафрид предпочла смириться. Дедушка ведь не из собственной прихоти запрещает им бывать на турнирах, он так заботится о них. Вот и скорее всего на первый северный турнир согласился не только ради веселья, а еще чтобы внучек порадовать. Жаль только все прошло не очень гладко. Зато было здорово! – Да, обязательно, - Мандерли немножко растерялась. Даже на секундочку не посмотрела на своего рыцаря, зато разглядела его грязные сапоги. – Правда, у меня нет сейчас с собой платка, но когда мы вернемся в замок, я вам подарю.
Ну вот, теперь ей кроме объяснений перед леди-матерью и лордом-дедушкой о том, куда это она пропала, придется еще выбирать самый красивый платок. Не может ведь она подарить что попало! Все-таки сир Рован победитель в первом (и скорее всего последнем) турнире Белой Гавани.
***
Жаль, что такой хороший день закончился ливнем. Да еще каким! «Сейчас не позавидуешь тем, кто вышел в открытое море». В подтверждение слов небо в стороне Залива рассекла молния. Жуткое зрелище. Вин даже глаза прикрыла, боясь, что следующая молния ударит совсем рядом. И почему только они не вернулись в замок. Ведь видели, что уже темнеет! «Вот теперь дедушка точно будет волноваться».
Но грядущая порция нравоучений ее не так волновали, как жуткий холод. Пока они бежали в укрытие под дерево, Мандерли успела промокнуть до костей. Мейстер ведь сказал, что не стоит ожидать неприятных сюрпризов от погоды, так что девушка предпочла одеться более легко. Не хотела походить на капусту, вот теперь и стучит зубами. Не помог даже теплый плащ, который снял Тайлер. Хотя, да, в нем теплее. Теперь Винафрид хотя бы пальцы на руках чувствует. Но вот на душе совсем дурно. «Он ведь замерзнет!». Тайлер пытался не показывать, что ему холодно, но это и так понятно. «Как льдинка». Винафрид не знала, что делать. Она не стала противится объятиями, уткнулась носом в грудь Тая и попыталась хоть как-то накрыть его плащом.
Так они сидели некоторое время. Вин все еще дрожала, но на этот раз хотя бы зубами «Рейны из Кастамере» не отбивала. Молнии все еще сверкали над Заливом, а лошади начина нервничать при каждом ударе грома, дождь немножко утихомирился, но все еще сильно барабанил по листве.
- Знаешь, - тихо заговорила Винафрид, все еще прижимаясь к Тайлеру. – Год назад к нам в одно и тоже время приехали торговцы из Дорна и Арбора. Дедушке пришлось усилить охрану порта, но это не помешало им подраться. Торговец из Арбора обозвал дорнийское красное помоями, -забавная история, но жаль, что закончилась печально. После этого дорнийцы не бывали на Севере. – Не понимаю, я этих ваших споров.
Взяв бурдюк, она покрутила его в руках, раздумывая, стоит ли пить. В Новом Замке действуют такие же правила, как в Винтерфелле: не больше одного кубка летнего вина за столом. Вин совсем не хотелось опьянеть. Но она ведь знает меру.
- Дело в спорах за землю, как между Блэквудами и Бракенами? - Вин попыталась открыть бурдюк, слегка перестараюсь и теперь на платье красовалось несколько красных капель. Ничего страшного. – Или в каких-то старых обидах? – Она сделала один большой глоток и тут же поморщилась. Слишком крепкое, но хорошо согревает. Передала Таю, негоже ведь леди пить в одиночестве. – Просто, - Винафрид пожала плечами, пытаясь придумать, как правильно донести свою мысль. – Столько лет странной вражды – это странно. Даже мы, - одна прядь волос упала Тайлеру на глаза и Винафрид тут же поспешила ее убрать. Просто так. Хоть какая-то забота в ответ на все, что он сделал для нее. – Уже не злимся на Пиков. Разве что совсем чуточку. Так почему у Простора такая вражда с Дорном? Разве не было попыток примирения через браки? – Вин задержала взгляд на Тайлере, припоминая слова Виллы, сказанные в Винтерфелле. Действительно похож на дорнийца, но это может быть только совпадение. Нет, о таком спрашивать она не будет. Не после одного глотка вина. Девушка опять взяла бурдюк. На этот раз кривилась, но сделала два и снова передала Таю. Дождь все еще шел, Вин опять опустила голову на плечо Тайлера и прикрыла глаза. Если не брать во внимание жуткий холод и гром, то в этом есть что-то прекрасное. Но внезапно она встрепенулась, прищурившись, глядя на рыцаря.
- Сейчас я задам тебе неловкий вопрос, а затем ты мне, - после выпитого вина Мандерли слегка осмелела, - у тебя в роду были дорнийцы? Просто ты глаза и волосы очень темные. Я не хочу тебя обидеть, ты очень симпатичный, а Вилла предположила, что есть в тебе немного дорнийской крови, и мне стало любопытно.
«И кажется, я наболтала лишнего», - Вин виновато посмотрела на Тайлера. Увы, слово – не воробей.[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-07-15 21:57:24)

+10

11

     Нет, всё-таки стоило оставить хмурые мысли будущему. Да, конечно, Тайлер любил готовиться к худшему заранее и гадать насчёт дальнейшего, но не сегодня. Сегодня и сейчас они просто наивная парочка молодых людей, спрятавшихся от надоевших догматов правильного и воспитанного общества в тихом лесу. Да, это было опрометчиво, легкомысленно и по-детски глупо, но все же это их решение, которое, правда, точно выйдет им боком. Но потом — а до этого «потом» еще слишком долго. Если то, что случится позже в Белой Гавани, все равно неизбежно, то к чему тогда начинать горевать прямо сейчас, когда есть ужасно много поводов радоваться?
     Услышав мысли Винафрид, рыцарь точно бы улыбнулся. Нет, уж точно не из-за оленя он ходил смурной. В головы всех девушек, похоже, всегда закрадывалась мысль, что мальчишки способны думать только о забавах и войнушках. Тайлер, конечно, любил охоту, но не до такой степени, чтобы печалиться из-за ее провала. На охоту он сможет сходить всегда, а вот в лес с дамой, которую, к тому же, обязался защищать — нет. К тому же, эта охота не была столь… увлекательна. Правда, их неуклюжий разговор весельем тоже не назовешь.
     — Когда ты говорила «сир», я чувствовал себя взрослее, — серьезно проговорил он, глядя на даму. Она, наверное, не ожидала, что он согласится так легко. Тайлер услышал, как горячо она выдохнула, и заметил в ее глазах удивление, стоило ему только прошептать ее имя. А он и сам не ожидал. Манерам Тайлера учили с самого глубокого детства, и вот так позабыть о них было тяжело. Даже сейчас он едва удержался от того, чтобы не добавить «миледи». Настолько правильный, что даже тошно. — Винафрид-Вин.
     Рыцарь улыбнулся ей — именно ей, а не ее словам, шуткам или жестам, — а потом взял и несильно пожал ее руку. Так ведь люди делали при знакомстве, верно? Обычно, правда, так поступали только мужчины, но рыцарь просто не придумал иного способа взять ее ладонь. Наверное, он простоял бы так вечность, глядя в ее глаза и думая о своем, если бы она не придумала это глупое состязание с деревом. Впрочем, долго держаться с ней за ручки не стоило, потому что как только он крепче сжимал ее ладонь, происходили очень неприятные вещи. Карстарк, например, решил подраться именно в такой момент. Прямо магия какая-то, северное коллдовство.
     — Тогда почему же Старых Богов нет на юге? — непонимающе покачал головой рыцарь. Все говорили, что после того, как андалы вырубили чардрева южнее Перешейка, то боги Первых людей совсем покинули земли южнее Перешейка. Они остались только в Рэйвентри, замке дома Блэквудов, и на таинственном острове Ликов, но не более того. Югом с тех пор правили только Семеро. — Семеро тоже всегда слышат нас. Молитвы и свечи – это только лишь дар, но не более.
     Тайлер был не из набожных людей, как тот же сир Бонифер Хасти, и даже не помнил, когда в последний раз пел в септе, но всё-таки он верил. Он знал все молитвы, часто ставил свечу Воину, всегда мысленно обращался к Богам со своими мелкими просьбами о помощи. Наверное, поэтому он не понимал, как все устроено на Севере, где нет никаких септонов, вместо статуй — деревья с ликами, а вместо храмов — большие сады и леса. Слишком разные были Новые и Старые Боги, ровно как и те, кто в них верит.
     Чуть погодя, рыцарь кивнул. Платочек. Однажды он видел у нее такой — в цветах Мандерли, с вышитой маленькой фигурой водяного, державшего трезубец. Такие платочки нужны были строго для красоты или для того, чтобы показать какому-нибудь турнирному бойцу свою симпатию, если тот учтиво попросит. Последнее, правда, считалось довольно прямолинейным и иногда даже грубым, но при том весьма смелым и романтичным шагом. По скромному мнению Рована, леди в первую очередь носили эти платочки только потому, что грезили о таком случае на турнире, и только уже во вторую ради того, чтобы подчеркнуть красоту и утонченность своего платья. Надо ли говорить, что по прямому назначению такие платки едва ли применялись?..
     И все же, он чувствует себя ужасно глупо. Леди дала ему целое желание, а он потратил его всего-то на маленький кусочек ткани. Тайлер мог с уверенностью сказать, что она ждала от него чего-то другого. Или… или это была простая проверка. Винафрид ведь не такая глупая, как считал в некоторые моменты рыцарь. Если это и так, то по ее глазам было сложно понять, прошел Рябина проверку или нет. После такого поступка леди могла посчитать его или ужасно странным, или очень романтичным. Он пока не знал, что из этого хуже.
     — Хорошо. Я буду очень ждать, — голос едва не дрогнул оттого, что он не переставал считать эту затею бессмысленной, но отступаться от своего не стал. Сир Крейн всегда говорил ему, что словами не стоит разбрасываться попусту, и если что-то сказал, то не пытайся вернуть слово назад. Это подразумевало, что над каждым звуком, вылетающем изо рта, стоит хорошенько подумать, но Рован вечно делал все по-своему. Например, сейчас ему стоило вспомнить, что они не на светском балу в Новом замке, и у Винафрид чудесного платочка с собой нет. А еще оставалось решить, что ему делать с этим платком и как объяснить его присутствие, если кто-то вдруг нечаянно заметит.

     Ему вдруг стало хорошо от того, что начался дождь. Этот день не мог закончиться так же хорошо, как и начался. Шипение дождя, грохот грома и холод стали теперь еще одними спутниками Тайлера и Винафрид, и уж с этим точно никак не поспоришь. Казалось бы, чего хорошего могло быть в такой погоде? Но все же было. Она их сблизила, сделала гораздо более нуждающимися в друг друге, чем это было. И, конечно, позволила им выпить вина. У Рована его было много, целых два бурдюка. Правда, неразбавленным его пить столько не стоило, но сугубо в целях выживания — можно.
     Внезапно стало так темно, что Тайлер едва видел свои пальцы на вытянутой руке. А вспышки молний приходили так резко, что слегка пугали даже его. Но он совсем не подавал виду — сейчас его леди нуждается в чьем-то бесстрашии и уверенности даже больше, чем воин на поле боя. Он и от холода-то старался не дрожать. По крайней мере, у него был еще легкий охотничий камзол и рубаха, а у леди — только неплотное дорожное платье.
     Дождь совсем не спешил заканчиваться, а ручейки вокруг все грозились перейти в реки величиной с Мандер. С ветвей дерева сходили целые лавины дождевой воды, но, к счастью, замерзшую парочку они обходили стороной. Жаль было разве что лошадей, которым никаких плащей не досталось. Но они, казалось, совсем не обижались, все так же продолжая лениво лежать в траве. А Винафрид и Тайлер все так же, прижавшись к друг другу, дрожали от холода и неожиданной близости. Если бы не дождь, то стоило бы сказать, что день прошел весьма удачно.
     Тут вдруг девушка подает голос, все так же уткнувшись в его грудь. Ему и до этого было чересчур неловко, что даже сердце задергалось быстрее, а теперь и подавно. Он поглядел на нее сверху вниз, едва видев в темноте, и задумчиво прикусил губу, как делал всегда.
     «Не понимаешь? Чего же в этом сложного?», лениво подумал рыцарь, вздохнув. Дорнийцы всегда были врагами Простора, и этого не изменить. Это не просто давняя вражда, это вражда из того разряда, которые существовали изначально и исчезнут только вместе с закатом мира. Тем, кто не из Простора или не из Штормовых Земель, это непросто объяснить. Тайлер, правда, сам задумывался над корнями этой вражды, еще очень давно, когда однажды в Хайгардене видел молодую дорнийскую принцессу, но так их и не нашел. Наверное, дело в их различиях — дорнийцев и просторцев всегда противопоставляли друг другу, они были абсолютно разными, что по убеждениям и взглядам, что по образу жизни и военному искусству. А еще они были историческими врагами — вспомнить только, как дорнийцы множество раз грабили и сжигали Старомест, Хайгарден и прочие важные места на родине Тайлера, и сразу становится все понятно. И, конечно, вино. Единственными достойными упоминания вина были или арборское, или дорнийское, и это неспроста.
     — За землю? Не-ет, — протянул рыцарь, наконец, ответив. Прошла, наверное, целая вечность, пока рыцарь взял из ее рук вино, сделал глоток и подождал, пока тепло пройдет к груди. — Старые обиды? Да. Ты же, наверное, слышала о Дорнийских Марках? Ты же умная девочка, подумай, зачем их создали.
     Тайлер дёрнул головой, отгоняя упавшие на глаза волосы, но тут проявила заботу Винафрид. Это очень мило. От этого он немного растерялся и замолчал, а потому, не зная, что сказать, глотнул ещё вина и передал его девушке.
     — В общем, война Дорна и Простора — это как война Севера и одичалых. Только более бессмысленная и менее беспощадная, — пожал плечами рыцарь и потер свои руки, нагревая, после чего сжал между ними ладонь Винафрид. Пальцы у нее были такие же холодные, как у вихта. — Да и дорнийцы чуть более цивилизованные. Вместо того, чтобы грабить нас и уводить наших женщин они травят нас своим вином, — тут рыцарь не мог сдержать смеха. Он был гораздо более терпим ко всем вестеросцам, будь то дорниец или северянин, а все предрассудки интересовали его исключительно в качестве насмешек над ними. Но многие рыцари и лорды, в особенности марочные, все еще крайне негативно относятся к южным соседям, а излюбленной темой для разговоров всех виноделов является обсуждение «дорнийских помоев». Но винить их Рован не мог, ведь многолетняя вражда начинается не с пустого места.
     — Примирение через браки? — переспросил рыцарь, перехватив ее заинтересованный взгляд, и снова посерьёзнел. — Не слышал о таком. Наверное, это никому не нужно.
     Значимых браков с дорнийками Рован помнил ровно три, и все с Таргариенами. Выгодные браки заключались чаще всего или с влиятельными соседями, или с выморочными домами. Марчан хлебом не корми, дай лишний раз поругаться с дорнийцами, так что вряд ли они стали бы жениться на каких-нибудь леди Айронвуд. А выморочных домов у Дорна не было, так как женшины наследовали наравне с мужчинами. Так что Простор в таких браках мог быть заинтересован очень редко, но все может быть.
     Тайлер, наконец-то, замолчал, чувствуя, что утомил свою барышню. Хотя, может, и нет, ведь это она начала разговор. Он хотел продолжить какую-то свою мысль, но осекся, когда Вин легла на его плечо. Наверное, она уже устала. Замковые леди не самые выносливые создания, а сегодня им здорово досталось от оленя и погоды. И потому рыцарь аккуратно отстраняется назад и опирается спиной на дерево, а потом снова прижимает леди к себе посильнее. Пусть немного отдохнёт, заслужила. И он тоже слегка прикрывает глаза, устав от серости всего вокруг. Очень мило.
     Очень мило было бы, если б вино не придало Винафрид излишней непоседливости. Что ж, поговорить Тайлер всегда горазд.
     — Очень симпатичный? — недоверчиво переспросил рыцарь, но на губах все же заиграла довольная улыбка. — Нет, сомневаюсь, что были. Если ты когда-нибудь видела карту Простора, то знаешь, что мы — местный север. До Дорна нам далековато, чтобы браки представляли хоть какой-то интерес. К тому же, жениться на дорнийке, когда все твои вассалы, знакомые и друзья их ненавидят — не то счастье, к которому стоит стремиться.
     А ещё хороший лорд женится исключительно по расчету. С пустынь и гор много золота не наберешь, какие бы хорошие люди в них не жили. Ровану, конечно, было мерзко даже думать о подобной жажде выгоды, но знатные дома становятся сильными только так.
     — К тому же, мой дом не всегда был богатым. Зачем какой-то дорнийке ехать в другое королевство ради простого скромного лорда, когда на родине ее могут ждать партии получше? — Всё-таки, Рован не зря был известен своей занудностью. «Даме ведь требуется простой легкий разговор, дурак ты рыцарственный!». — В общем, ты просто не была на юге. Там темноволосых и черноглазых больше, чем дорнийцев в Дорне.
     Никогда бы Рован не подумал, что вечером в лесу наедине будет разговаривать с девушкой о Дорне. Винафрид определенно была цепляющей особой.
     Но теперь настало время его вопроса. Это не так-то просто, как думается. Неудобные вопросы обычно всегда витали в голове рыцаря, но как только пришло время их задавать, так они сразу же исчезли. Что же больше всего Тайлер хотел узнать о Винафрид, но все не мог спросить?
     — В общем, не знаю я, чего бы такого у тебя спросить, — честно признался Рован и выпил еще вина. Он чувствовал, что тепло доходит прямо до кончиков пальцев, и это делало его смелее. — Но зато я знаю, чего бы я должен такого тебе сказать.
     Казалось бы, рыцарь, зачем тебе это? Сегодня ты и леди стали ближе к друг другу, подружились, и вообще, все отлично, так зачем же рисковать, говоря то, что не следует? Потому что рыцарь этот или совсем дурак, или имеет голову на плечах, потому что в сегодняшнем поведении леди разглядел то, чего ему не хватало для признания. Поэтому он поглядел ей в глаза, нежно взял за ладонь и приблизился к уху, тихо сказав:
     — Я люблю тебя, Винафрид.

Отредактировано Tyler Rowan (2018-07-25 09:39:15)

+9

12

«Как будто ты и без этого не взрослый», - чуть было не съязвила Винафред, но все-таки смолчала, не желая портить уже столь неловкий момент еще негодованьями. Только с пониманием дела кивнула. Тайлеру девятнадцать – это достаточно, чтобы при острой необходимости взять в руки сталь и умереть за короля, но слишком мало дабы к его мнению прислушивались сильные мира сего. Ужасный период. Наверное, поэтому Тай так горел подчеркнуть свой статус рыцарским титулом. Это как бы непонимание, что ему уже не семь и даже не десять, он отлично все понимает и во многом разбирается. Вот только Вин и так это знает. Она не ведет перед собой мальчишку, интересы которого скатываются к лошадям и стали. Тайлер – юноша со своими заботами, мнением и принципами, сильными и слабыми сторонами. Он учтив, образован и весьма симпатичный. А еще чрезмерно ответственный. С таким развитым чувством долга стоит в Королевскую Гвардию идти, а не на Севере прохлаждаться. Впрочем, может, такое желание исполнить идеально любое поручение, будь то присмотр за овцой или сопровождение дочери верховного лорда Простора, связано с тем самым желанием казаться старше собственных лет. Мандерли не знала. Чтобы разобраться в таком стоит очень хорошо знать собеседника: какие у него отношения с родителями, как у него проходило детство, в каких турнирах учавствовал и много еще всего о чем Винафрид попросту боялась спросить. Да, вот такая она смешная. Но с другой стороны, ее можно ведь тоже понять, девушка боится, что если начнет расспрашивать о семье, то Тай подумает, что ее в первую очередь интересует Золотая Роща, а не он сам и он либо закроется в себе, либо прекратить общение. Так что приходилось северянке удовлетворять свое любопытство книгами, надо сказать, весьма много чего интересного об Рованах узнала, жаль только, что все это истории минувших лет. И не обязательно в подробностях. Можно немножко больше, чем: «Матис Рован принимал участие в осаде Штормового Предела». Для чего? Винафрид сама не может объяснить этот интерес. Просто так ведь бывает, если нравится человек, то хочется разузнать его поближе. Вин Тай, даже невзирая на чрезмерную правильность, очень нравился. В этом был весь ужас ситуации. Так она должна интересоваться Харрионом, а не рыцарем из Золотой Рощи. «Карстарк сам во всем виноват», - напомнила себе Мандерли, пытаюсь не поддаваться чувство вины. На этот раз получилось. Не потому что Винафрид действительно была зла на Харриона. Просто Тай не дал ей углубиться в дебри самокопания. Образованный он юноша и это прекрасно. Здорово пообщаться с человеком, который видит дальше своего носа.
- А ты уверен, что их там нет?
Наверное, в глазах Тайлера Винафрид опять пристала глупой девочкой. Все продолжает настаивать на своем, пусть никогда не покидала родные земли. Хорошая леди поверила бы на слово рыцарю, но северяне ведь упертый народ.
- Один менестрель, не припомню его имя, кажется, Дирио, - Вин еле заметно нахмурилась. Обычно у нее хорошая память на имена, но помнить всех, кто останавливался в Новом Замке невозможно. – Говорил, что в Харренхолле есть богороща, и Хайгардене, так что, может быть, это не Старые Боги покинули юг, а южане покинули Старых Богов.
О вере можно спорить вечно, поэтому совсем не удивительно, что большинство пытается избежать бесед на эту тему. Винафрид и Тайлеру тоже стоило так поступить, но они еще слишком юны, мало что знают и не всегда понимают, когда надо остановиться. Хорошо, что еще Красного Бога Эссоса не задели. Тогда бы им дня не хватило, чтобы к истине прийти. И есть ли она вообще? Еще один вопрос ответа на который в северянки нет. А говорить о том в чем не уверена или плохо разбираешься не стоит, так что Вин предпочла не разводить демагогию и кратко кивнула Таю. Действительно, Семеро слышат их. В этой части Севера так точно и, наверное, сейчас они осуждают их поведенье. Но с другой стороны, что им еще оставалось делать? Не сесть же по разные стороны дерева и трястись от холода! Боги должны их понять и простить. И вообще, это по их милости Тай и Вин оказались в такой ситуации, так что нечего упрекать.
Мандерли еле заметно улыбнулась. Это Тайлер развеселил ее. Ей не надо было вглядываться в темноту, чтобы понять, какие чувства сейчас его переполняют. Хватило одного сильного вздоха, чтобы понять, Вин попала в яблочко, у Простора все еще слегка натянутые отношения с Дорном. Но ведь столько лет прошло, неужели обида столь глубокая? Вот это Мандерли не понимала, но ей очень хотелось во всем разобраться. Просто так.
Она поудобнее устроилась возле дерева, приготовившись слушать занятную историю о далеких, но все-таки родных землях. Тайлер в свою очередь повел себя очень красиво и не стал отделываться общими фразами, как: «они просто нам не нравятся» и «мои предки воевали, и я тоже буду». Он хотел показать корень конфликта, в него это получилось, но вопросов от этого в Винафрид меньше не стало.
- Поправь меня, если я ошибаюсь, но до Завоевания Штормовые земли и Простор часто воевали, - Винафрид действительно девочка неглупая, историю знает и карту видела, так что туго придется Тайлеру с ней. - А спускающиеся с гор дорнийцы грабили и убивали и тех, и других. Так что здесь странно спускать всех псов только на Дорн, не находишь? – Вин на мгновенье подняла голову, пытаясь понять согласен ли с ней рыцарь. – Впрочем, я поняла, о чем ты. Просто у всех когда-то были недоразумения с соседями. Север когда-то вел ожесточенную борьбу с Долиной Арренов и Железными островами, - Винафрид опять прижалась к груди Тайлера, совсем не раздумывая над тем, что такое поведенье не идет леди. Ей было хорошо – это главное. – Но, полагаю, ты знаешь, что лорд Эддард Старк был воспитанником лорда Джона Аррена и видел в Винтерфелле, как Робб Старк дружен с Теоном Грейджем. Да что там Долина! Болтоны и Старки столетьями воевали между собой за корону королей Севера. Но сейчас Дредфорт верный вассал Винтерфела. Полагаю, вам просто надо меньше вспоминать прошлое. Во время восстания Роберта Баратеона Дорн и Простор смогли ведь выступить одним фронтом.
Наверное, такие размышления хорошенько повеселили Тайлера. Нашлась здесь умная северянка, будет учить два королевства, как надо жить! Впрочем, если Рован так действительно подумал, то вида не подал. Он вообще пытался сдерживать себя, как в эмоциональном плане так и в общении, а Мандерли не знала нравиться ей это или злит. Наверное, от ситуации зависит. Сейчас она была ему очень благодарна, что не поднял ее на смех. «Давайте забудем все обиды и обнимемся, а еще лучше сыграем свадьбу», - надо же было такое сморозить. Впрочем, не только за это покраснела Вин.
«Очень симпатичный. Чем я только думала?». В этот момент она старалась не смотреть на Тайлера и вообще предпочла сделать вид, что не она это сказала. Да, это все ему послышалось или Дети Леса так развлекаются, но только не одна русалка сболтнула лишнее. «Как это еще не сказала, что нравится он мне», - вот это совсем добила бы. Да, кому-то определенно не стоит много пить. Хорошо, что Тай не обиделся, или не устроил скандал на ровном месте. Снова повел себя, как надо – объяснил непутевой девчонке, что к чему.
- Теперь твоя очередь.
Тайлер умеет удивлять. То петь посреди леса начнет, то платочек попросит, так что Вин было интересно, что такое он пожелает о ней узнать. Предположение у девушки были, но все они сошли на нет, стоило Таю заговорить.
«К-к-как это нечего?». Вин с непониманием посмотрела на юношу. Она что-то не понимает его. Что он делает? Что он собрался говорить. Винафрид испугалась. Почему-то предположила она самое ужасное – она его изрядно утомила и вообще, такую ужасную леди еще поискать надо. Но если хотят обидеть, разве ведут себя так? Винафрид от всего этого кинуло в жар. Затем в холод. Потом совсем стало дурно. А затем пришло ожидаемое облегчение и радость. Но только на мгновение.
«Любишь меня?», - Вин показалось, что эти слова она произнесла вслух. Но на деле она все так же продолжала молчать, глядя на Тая. Что он этим добивался? Только что он привел кучу доводов против брака с девушками из Дорна, а теперь признается в любви северянке. Он ведь понимает, что из этого ничего хорошего не выйдет. Впрочем, Винафрид была ему очень благодарна за такую искренность. Тайлер ей тоже не безразличен, увы.
- Ты же понимаешь, - сейчас ей как никогда было сложно говорить. Она не хотела ранить Тая. – Что наше увлечение друг другом не стоит воспринимать всерьёз, а тем более давать какое-то развитие этой истории.
Винафрид – наследница своего отца, Тайлер – первенец Матиса Рована, они в первую очередь должны думать о выгоде для своих семей. А какой толк от их любви? Никакой. Они находятся слишком далеко, чтобы помочь друг другу мечами или провизией при необходимости, позиции Домов на геополитической карте такой союз тоже не укрепит (скорее расшатает), разве что кровь размешают, вот и все. «Угораздило ведь нас».[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-07-26 00:25:18)

+8

13

     Его всегда забавляло, когда Винафрид пыталась что-то сказать, но останавливалась в самый последний момент. Сейчас он увидел, как ее лицо уже приготовилось рассмеяться, но вдруг посерьезнело, а едва открытый рот закрылся так быстро, что леди едва не клацнула челюстью. Неловкий момент обмена именами чуть не превратился в конкурс шутников, и эта мысль довольно серьезно позабавила его, прибавив уверенности. Тайлеру нравилась язвительность Вин, пускай часто колкие ее шутки на мгновение заставляли рыцаря покраснеть и встать в ступор. Но она делала это редко, потому что была такой же правильно воспитанной, как и Тайлер, и это слегка его расстраивало. Но, по крайней мере, это давало ему шанс вот так вот непонимающе заглянуть в ее большие глаза и догадываться, что же она хотела сказать.
     Она вообще была загадочной, и это тоже ему в ней нравилось. Потому что неинтересно глядеть на леди и сразу понимать, кто она и что она, было интересно ее изучать и делать какие-то собственные открытия, словно бы не просто с девушкой разговариваешь, а представляешь себя Корлиссом Веларионом и плывешь в далекие странствия в неразведанные земли. А Тайлеру хотелось узнать о ней многое, если не все, потому что она была ему очень симпатична, однако так просто не спросишь — в конце концов, никто не любит, когда без спроса лезут к нему в душу. Почему же все так ужасно сложно?
     Еще он ценил в ней ум, столь же редкий для знакомых ему леди, как серебро в сокровищницах Тайвина Ланнистера. В отличие от некоторых мужчин, ждущих от жен только лишь слепой покорности и видящих в них лишь кур-наседок для своих детей, Тайлер искал себе именно спутницу жизни и главную советницу во многих делах, так что, волей-неволей, подмечал в девушках их сообразительность и знания. Как ни странно, Винафрид была в этом плане на редкость хороша, и Тайлеру не приходилось с ней общаться снисходительно, делая скидку на глупость, а можно было обсудить многие важные темы на равных. И, конечно же, почерпнуть целую телегу новых знаний о Севере и Белой Гавани, а также о чем-то менее важном.
     — А ты уверена, что они там есть? — улыбаясь, ответил вопросом на вопросом Тайлер. Он знал, что это не слишком-то вежливо, но разве они только что не договорились, что позабудут о правилах? Забавно, как же много проблем в общении исчезло, стоило только отказаться от этого утонченного этикета, создающего лишь неудобства. Но зато фразы, приправленные строгими правилами, звучали на редкость красиво. — По-моему, из нас двоих ты тут северянка, и потому должна знать суеверие о том, что всем северянам очень уж не везет, когда они пересекают Перешеек.
     А он-то откуда знает об этом суеверии? Тайлер не мог вспомнить. Наверное, вычитал из какой-нибудь книги, которая могла с равным успехом оказаться как трудом известного архимейстера, так и сборником нелепых предубеждений о северянах. Но ведь это выражение, так или иначе, не могло вырасти из ничего. Север находится так далеко от Вестероса, что на юг его жители ходили разве что повоевать, а на войне гибнет множество людей, а ведь люди не умирают, если только их не оставили Боги. К тому же, можно вспомнить Старков. Лиана Старк погибла, когда через некоторое время после турнира ее похитил Рейгар Таргариен и где-то спрятал; ее брат, Брандон Старк, погиб, когда поехал на свадьбу в Речные Земли и получил известие о Лианне, после чего поехал разбираться со всем в Королевскую Гавань, где и был схвачен по обвинению в нападках на кронпринца; а их отец, Рикард Старк, погиб, когда поехал на юг держать ответ за сына. После такого трудно поверить, что Старые Боги остались там, на юге.
     — Ты веришь в Старых Богов? — чуть удивившись, все-таки спросил Тайлер. На самом деле, его лицо едва не перекосило, когда он услышал о менестреле, но он вовремя сдержался, пытаясь выдержать небольшую паузу. Сейчас не самое время обсуждать его вкусовые предпочтения в музыке. — Чардрева есть почти везде, но они не выглядят такими же живыми, как в Винтерфелле. Во многих местах они высохшие и скрюченные, как будто вывернутые корнями наизнанку, а в Харренхолее чардрево вообще имеет такой лик, будто ненавидит всех вокруг. В Королевской Гавани вообще нет чардрев. Боле-менее сходные с северными богорощи только в Просторе и, быть может, в Штормовых Землях. На юге андальское завоевание проходило мягче, и очень-очень редко случались какие-то войны, поэтому и замки не брались, а боги-деревья не вырубались, а многие дома до сих пор ведут родословную от Первых людей.
     У них в Золотой Роще тоже была своя небольшая богороща. Конечно, к ней относились безо всякого священного трепета, но все-таки она была. В ней даже было большое и толстое сердце-дерево, которое было гораздо древнее замка вокруг, и Тайлер в детстве часто на него взбирался. Лик у дерева был настолько добрый, что в ту пору рыцарь даже часто приходил к нему делится какими-то сведениями или своими тайнами, когда никого другого поблизости не было. А еще в богороще была статуя золотой яблони, которая издалека очень сильно напоминала некую девушку, но Тайлер никогда не понимал, зачем в саду, заполненном дубами, золотая яблоня.

     В свете молнии рыцарь успел разглядеть улыбку Винафрид, только не мог понять, что ее развеселило: его объяснения или его смех? Наверное, и то, и другое, раз леди все еще была интересна эта тема. Ему, признаться, тоже нравилось вот так сидеть с девушкой в обнимку и рассуждать о таком серьезном и отстраненном, пытаясь найти ответ на вопрос его леди. Будь рыцарь менее занудным и правильным, то давно уже нашел что-нибудь более приятное, но не столь же интересное, но какая кому разница, о чем они говорят? Тем более, что так сама Винафрид и пожелала.
     — Верно, — энергично кивает Тайлер, вспомнив, что последняя война Шторма и Простора была не так уж и давно — каких-то триста лет назад. — Но ты не совсем поняла. Штормовыми Землями теперь правят Баратеоны, а Простором — Тиреллы, и они уж точно никогда не воевали. К тому же, штормовые и просторцы выглядят почти одинаково, так что и не отличишь, а дорнийцы? — Он опустил на нее глаза, пытаясь разглядеть в них понимание. То ли было темно, то ли девушка запуталась.
     — Вот-вот-вот, — зачастил парень, едва не схватив со всей силы ладонь Винафрид от торопливости, но, к счастью, получилось гораздо нежнее. Просто ужасная привычка хватать все, когда переполнен эмоциями. — Ты уловила еще кое-что — отношения между королевствами зависят от королей. Еще недавно, предложи кому из южан брак с северянкой, все бы презрительно плевались, но сейчас многие вассалы Тиреллов уже ищут выгодные партии среди ваших домов. — Правда, получается не слишком. Богатые северные дома уже породнились с другими, а бедные никому особо не нужны. — Если бы Мейс Тирелл вдруг решил, что Арианна Мартелл — лучшая партия для его наследника, то никто бы и не слова против не сказал... наверное. Продолжили бы ненавидеть чуть тише, а потом бы это просто забылось.
     На самом деле, любому государству было хорошо от того, что у него есть якобы главный враг, на которого можно все спихнуть. Лорд стал платить меньше налогов? Так это дорнийцы набежали и украли овец, лорд не виноват! Винодельни Арбора стали приносить меньше дохода? Так это рынок вина захватили Мартеллы, а вовсе не работники украли себе часть продукции. В общем, как ни крути, а со всех сторон удобно. К тому же, с любым просторцем можно было завести беседу, начав не с разговоров о погоде, а с новостей о Дорне. Таких эмоций больше нигде не увидеть.
     — Полагаю, ты права, обиды всегда стоит забывать, — чуть погодя, согласился Тайлер. Обиды приносили только разрушения, подтачивая единство страны. Рыцарь же почти успокоился, когда девушка снова прильнула к его груди, даже не став задумываться о том, почему она так близка к нему. Ему просто было приятно быть рядом. Однако, услышав от нее кое-что новое, он не мог не поспорить.
     — Нет, тогда войска Простора и Дорна разделяли люди Королевских Земель, а основные наши силы вовсе были в другом месте и с дорнийцами совсем не пересекались, — поправил он, но гораздо спокойнее, чем до этого. Если б девушка не была так близко, он бы точно сказал, что она глупая и ничего не понимает в военных маневрах, но не стал этого делать. Тепло дороже.

     А он и правда не знал, что должен спросить. Подобная игра от Винафрид застала его врасплох, и он растерялся. Но он ведь должен был что-то сказать, верно? Что-то искреннее и терзавшее его душу. Откровенное. Прямое. Слава Богам, он сказал три (нет, четыре) заветных слова, не заикаясь и не запутавшись в словах, но при этом чувствовал себя ужасно потерянным. Шипение дождя отвлекало его от пессимистично настроенных мыслей, предательски осаждавших голову, но от голоса Винафрид он совсем не спасал. Она говорила натянуто, долго, будто тщательно выбирала слова и тянула их из себя, не желая говорить. Но эта была правда. Нет никакого смысла в их любовной истории.
     — Почему? — серьезно спрашивает Рован, хотя чувствует себя настолько глупо, что хочет вернуть время назад и сделать так, чтобы того танца с Винфарид никогда не было. «А чего ты ждал, рыцарь? Что она сразу же кинется тебе в объятия и сразу же начнет тебя любить так, как ты этого хочешь?», разочаровавшись, подумал Тайлер и выпил еще вина. Ему показалось, что он уже переборщил. Но было холодно, и он ничего не ощущал, кроме холода. Он глядит в ее растерянные глаза, полные неясных переживаний, и это слегка придает ему сил. «Впрочем, она уже в моих объятиях, а значит, все не так плохо». — Ты о Карстарке? Я думаю, что смогу сделать больше для тебя, чем он. К тому же, мне не нужно твое приданое, потому что я не вижу в тебе одну лишь Белую Гавань. И вы ведь не помолвлены... я прав?
     В этом браке не было хорошей партии для них. Разве что было только две причины, по которым Виман Мандерли отпустил бы свою прекрасную пташку далеко на юг — желание сделать ее счастливой и желание укрепить связи между Севером и Югом, чтобы помочь Тиреллам и Старкам в этом нелегком деле. Но Тайлер был почему-то уверен, что такой союз принесет больше плодов, чем иной, с Харрионом... Наверное, потому что он до сих пор верит в сказки?

+9

14

А вот Винафрид не могла ответить на вопрос, что конкретно ее зацепило в Тайлере. Просто с ним было легко общаться, вот и все. К тому же, если верить умудренным опытом подругам, то людям свойственно любить за недостатки, а не за достоинства. Потому что в любимом человеке даже недостатки становятся чем-то особенным, неповторимым, отличающим его от миллионов других людей. Какие недостатки у Тайлере? Что же, пока Винафрид насчитала аж целых два: чрезмерное желание всегда быть правым во всем и правильность. Второе совсем не заботило Вин, наоборот  успокаивало и вселяло веру, что ничего дурного южный рыцарь не сотворит, а благодаря первому, они болтали, а не томно вздыхали, переглядываясь друг с другом. Так что можно назвать это недостатками? Если считать, что все что чрезмерно – это нездорово, то да. Но ведь никто неидеален. К тому же, как уже был сказано, Мандерли такие недочеты вполне устраивают. Особенно желание держать за собой последнее слово. О да, нашла коса на камень. Винафрид тоже хлебом некорми, дай кому-то что-то доказать. А ведь леди должна быть покладистой и уступчивой. Но как любит говорить дедушка: «правящим леди позволительно порой проявлять характер». Наверное, лорд Белой Гавани укладывал слегка другой контекст в сказанное, но его сейчас нет, дабы поправить любимую внучку, так что Винафрид может себе позволить легкую вольность. К тому же, Тай сам виноват. Что, сложно с ней согласиться? Вот же упертый рыцарь попался. Интересно, в роду Рованов все такие? «А это забавно. Упрямство, как фамильная черта». Вин бы с радостью подлилась своими мыслями, да только они еще с предвидящими разногласиями не разобрались. Но ничего, как истинная леди, юная Мандерли знает, как красиво закончить затянувшуюся беседу, да так, чтобы никто не обиделся. Это, кстати говоря, кое-кому тоже стоит записать к ее положительным качествам.
- Я уверена, что они там есть, - без капли сомнения, кивнула девушка. – А вот все суеверия относительно нас, северян,  это просто пустая болтовня. Уверена, ее придумали южане, те самые, которые все еще верят, что Болтоны носят плащи из кожи своих противников, а Старки, Ховрунды и Мандерли каждое полнолуние превращаются в волков, лосей и водяных, - под конец внучка лорда Белой Гавани разве что не фыркнула.
Кто вообще сочиняет такие небылицы? И как разумный человек (а именно таким Вин считает Тая) может в такое верить. Да, когда-то были варги, способные перемещаться в тела зверей, но они рожались не только на Севере. Если память юной леди не изменяет, то среди южан такие тоже были. Так Роза с Алого озера — легендарная дочь Гарта Зеленорукого, обладала способностями оборотня и могла вселяться в журавля. А стоит ли говорить о Кровавом Вороне? Что же касается предубеждения, что северянам не везет на юге, так здесь Вин может развести руками и ответить: «ровно настолько, как южанам на Севере». Да, то что приключилось со Старками пятнадцать лед назад ужасно, но такое бывает. К тому же, если Тайлер помнит, все битвы времен восстания Роберта Баратеона велись на юге и северяне в компании рыцарей Долины Арренов, Речных  и Штормовых земель неплохо так наставили синяков дорнийцам и рыцарям Простора. А еще лорд Эддард Старк много лет был воспитанником лорда Джона Аррена и ничего с Орлиного Гнезда вниз головой не скатился. Но если этого мало, можно вспомнить короля Теона Старка или лорда Кригана Старка. Но нет, южанам приятнее помнить неудачи северян. И ладно, пусть забывают себе голову этим, Вин от этого ни холодно, ни жарко. Каждая лягушка свое болото хвалит.
- С волками жить, по-волчьи выть, - мягко улыбнулась Тайлеру Винафрид. Наверное, такой ответ еще больше запутал юношу, он ведь виднл большую септу, возвышающуюся над Белой Гаванью, и тут нате, вот такой поворот. «Пожалуй, надо объяснить». – Моя семья сохранила веру в Семерых, но моя мать до замужества молилась Старым Богам, как и моя бабушка и еще много родственников. В общем,- девушка замолкла, пытаясь подобрать правильное слово, но что-то ничего в ее головушку не приходило. – Это все сложно. Живя столько лет на Севере сложно не уверовать в Старых богов. 
Вот так объяснила, так объяснила. А с другой стороны, что ей еще сказать оставалось? Вин никогда и не задумывалась, откуда у нее такое теплое отношения к Старым богам. Есть и все. Странно все это. На досуге она обязательно постарается понять, что к чему, но а пока у нее есть уникальная возможность узнать больше о Тайлере и грех ее упускать.
- Ты бывал в Красном Замке? Неужели принимал участие в каком-то из королевских турниров?
От упоминания о Королевской Гавани у Вин сразу же загорелись глаза. От Белой Гавани до Королевских земель рукой подать, но лорд-дедушка никогда никуда ее не отпускает. Говорит, что турниры в столице – это скучное зрелище. И вообще, путь по морю очень опасен. 
- А в Золотой Роще есть богороща? Расскажи что-то о своем доме. Пока я только знаю, что там растут самые вкусные яблоки, а вот ты о Новом Замке, наверное, успел выведать все секреты. Несправедливо как-то получается.
Вот Винафрид и нашла способ, как красиво расспросить Тайлера о его доме? Ну а что, постоянно только о Севере да о Севере, а ведь ей тоже интересно узнать что-нибудь о юге. К тому же она не интересуется сколько золота у них в хранилищах и сколько мечей может собрать его лорд-отец, так что в меркантильности ее обвинить никак не получится.
А действительно, какое им дело что обсуждать? Наверное, с таким же интересом они могли спорить о целительных свойствах костей дракона, только бы побыть рядом. Странно все это. Но зато познавательно.  Винафрид всегда интересовало, что там на юге, увы, местные лорды могли только критиковать своих соседей по ту сторону Перешейка, а леди так вообще мало интересовались политикой и историей. Вин тоже не прочь поболтать об украшениях и тиканьях, но не все время же!
- А как же осада Штормового Предела во время восстания Роберта Баратеона, или ты не считаешь это военными действиями? – Девушка прищурилась, самодовольно смотря на юношу. Ага, подловила, какая все-таки она молодец. Впрочем, тогда Тиреллы исполняли приказ короля, а не удовлетворяли собственные амбиции. – И что не так с дорнийцами? – А вот здесь Винафрид стало совсем грустно.  Она понимает к чему ведет Тайлер, но с таким успехом можно сказать, что и северяне не такие. Какие-то слишком бледные. – Не находишь, это слегка странным считать, что они не такие только потому что кожа у них оливкового цвета. Я тоже по-твоему «не такая»? – Вот теперь юная леди Мандерли смотрела на сира Рована с вызовом. Нет, она его не осуждала, просто хотела понять.
Но недолго девушка уж слишком театрально дула губки. Для нее стала настоящей неожиданностью чрезмерно бурная реакция Тая. Надо сказать она даже слегка испугалась, ведь не каждый день ее так страстно хватают за ладонь.
- Надо же, а я думала, что союзы с северянами столь же почетны, как и с жителями остальных Семи королевств, - Вин говорила мягко, хотя надо сказать, ее слегка обидели слова Тайлера. – Вот ты знал, что один из моих предков должен был стать мужем  принцессы Визерры Таргариен, но бедняжка неудачно упала с лошади? – На самом деле дочь короля Джейхейриса I и королевы Алисанны отличалась весьма буйным характером и каталась она по Королевской Гавани в подпитии, но это уже мелочи. Таким предложениями Тиреллы даже похвастаться не могут. – И если ты помнишь,  леди Санса Старк должна стать женой кронпринца Джоффри, - наверное, именно поэтому Тиреллы организовали брак с наследником Винтерфелла. Хотят хоть как-то приблизиться к королевской крови. По крайней мере, такая молва ходит По Северу. – Так что хватит относиться к нам и к дорнийцам, как к второсортным людям. Это, между прочим, неприятно.
Винафрид могла сейчас ткнуть Тайлера в бок, чтобы тот понял, как ей сейчас обидно, но предпочла надуться и сделать вид, что не разговаривает с ним. К счастью для невоспитанного рыцаря, вино сгладило острые углы.
Винафрид последовала примеру Тайлера и тоже сделала несколько глотков вина. Надо сказать на этот раз оно не казалось ей таким кислым, да и вообще неплохо так согревало. Или это объятия непутевого, но очень заботливого рыцаря делали свое дело. Вин не особо об этом сейчас думала, у нее и без этого голова кругом идет.
- Не помолвлены, - все так же, как провинившийся ребенок рассказывает о своей проделке родителям, Мандерли отвечала на вопросы Тайлера. – Но это только вопрос времени, - так ей отвечал отец и лорд-дедушка, так она ответила рыцарю, давая понять всю безысходность ситуации.
- Тайлер, - пальцами она мягко касается его щеки, как будто это должно смягчить горечь от ее слов. Но не только поэтому. Просто ей хочется так поступить. Может у них больше никогда не будет возможности побыть наедине. – Ты же знаешь, что наши судьбы не принадлежат только  нам. У меня есть обязанности перед  Белой Гаванью, а у тебя перед своим Домом. В первую очередь мы должны думать о выгоде, а от любви к северянке еще меньше пользы, чем от дорнийки, ты ведь это прекрасно осознаешь.  К тому же, северянам не везет на юге. Что если я растаю, как только перешагну через Перешеек? – Да, даже сейчас юная леди не удержалась и все-таки уколола рыцаря. А что, пусть на следующий раз думает, что говорит. – И, Тайлер, ты уже много для меня сделал, - Вин опять тепло улыбнулась, пряча всю горечь, чем подальше. Ей совсем не хотелось, чтобы вечер имел неприятное завершение. – Но у всех историй есть конец.
Больше Винафрид не знает что сказать. А стоит ли еще что-то говорить. Наверное, лучше всего было бы сейчас сесть по разные стороны дерева, но вместо этого теперь она берет Тайлера за руку и пытается разглядеть, что-то в его глазах. Вокруг все еще темно, но вспышки молнии все еще бегают по небу на долю секунды осветляя лес.
«Если бы я только могла сделать тебя столь же счастливым, как ты меня».[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-08-14 21:52:42)

+10

15

     И все же, она была очень упрямой. Гораздо более упрямой, чем Тайлер. Наверное, кто-нибудь, услышав бы их разговор о богах со стороны, точно сказал бы, что они похожи на упершихся друг в друга лбами баранов. Казалось бы, такой пустяк — ведь рыцарь завел этот разговор лишь чтобы потянуть время, — вылился в такое побоище. Правильно говорили, что занудство Тайлера не знает границ и он никогда не найдет себе жены. Поэтому он, тяжко вздохнув своим удручающим мыслям, пожал плечами и поспешил перевести разговор в иное, более спокойное русло:
     — Я думаю, ты права, — он мягко улыбнулся и вдобавок кивнул, вроде как намекая, что со всем согласен с леди. — В богороще Харренхолла я слышал странный шелест листьев, который очень сильно напоминал слова, которые очень сложно было разобрать. Но каждый раз когда я пытался прислушаться, ветер волшебным образом стихал.
     Наверное, это потому, что стены Харренхолла были очень высокими и не пропускали мелкий ветер, а сильный был слишком порывист и непостоянен. Но сейчас, после их небольшого упражнения в богословии, это будто бы могло случиться не иначе как по воле богов. «Не такой уж и упрямый зануда», — усмехнулся своим мыслям Тайлер, глядя на девушку так серьезно, будто бы сам после этого случая уверовал в Старых богов.
     — Постой, постой, а разве ты не превращаешься ночью в русалку? — театрально ахнул рыцарь и насмешливо глянул на девушку, когда она закатила глаза. — Так Робб меня обманул?
     Правда, долго продержаться он не смог, и спустя мгновение уже засмеялся, не представляя, какой из южан мог бы поверить в такую чушь. Но Винафрид лучше знать, она ведь из тех северян, что чаще всего видятся с южанами, и, наверное, уже вдоволь наслушалась подобных штук от разных купцов да лордов. Он сам едва ли в них верил — скорее всего потому, что как только поехал на Север решил верить лишь собственным глазам да ушам, но не полагаться на чужие предубеждения, — и его забавляло, как же легко было довести любого северянина или северянку до состояния раскаленной стали, как бы невзначай обронив любую подобную фразу. Но, право слово, он делал так не только с местными жителями — жертвами подобных издевательств с его стороны были и дорнийцы, и даже одна венценосная дорнийка, но это совсем другая история.
     — Справедливо, — заметил юноша, не зная, куда девать руки. Во время разговора с дамой он всегда терялся, но терялся не в плане дара речи — уж с чем-чем, а с этим у него было все в порядке, — а несколько по-другому: в его голову закрадывалась подозрительная мысль, будто бы он одет как-то не так, как нужно было, и из-за этого ему нужно было что-нибудь трогать. Сейчас у него в руке каким-то магическим образом оказался золотой дракон, и он несознательно принялся выкручивать с ним всякие фокусы. Причем довольно ловко.  — Но, будь оно так, ты бы носила менее красивые и более темные платья, перестала бы ходить всюду вместе с септой, твои отец и дядя не носили бы титулы сиров, а твой дедушка не имел бы и десятка кораблей.
     Тайлер же полагал, что она или очень начитанная и ей интересно все, в том числе и Старые Боги, или она просто хотела выделиться из окружения Белой Гавани. В словах Виллы он слышал лишь упоминания кого-нибудь из Семерых, леди Леона любила всюду вспоминать Матерь милосердную, а лорд Мандерли часто любил отпускать какую-нибудь (приличную, к счастью) шутку в адрес Вулфилдов и их богов-деревьев. Интересно, а знает ли она что-нибудь о Владыке Света? На взгляд Тайлера, этому Богу могли бы поклоняться северяне — он бы их, хотя бы, согрел.
     — Один раз. И не слишком успешно, — смутился рыцарь и заметил, что все также продолжает подбрасывать на пальцах монетку. Это было не слишком вежливо, и потому он подбросил ее повыше, поймал и убрал в небольшую сумку на поясе. Вообще, довольно странно, что у него на охоте вдруг нашелся дракон. Кошель он с собой не брал. — Ты тоже из тех леди, что безумно восхищаются столицей?
     На самом деле, участники турнира редко бывали в самом Красном замке — если бы туда пускали всех рыцарей, что приезжали на турниры короля Роберта, то от него камня на камне не осталось бы. Но Тайлер побывал в пиршественном чертоге крепости Баратеонов вместе с отцом, лордом Матисом. Это было довольно давно, и именно там Рован впервые смог неплохо поболтать с братом короля, лордом Ренли, но это было... довольно давно. Тайлер увидел в мечтательных глазах Вин то, что она и правда увлекалась Королевской Гаванью с ее модой и королевским двором, но если это и так, то, как и в случае со Староместом, рыцарь ее мнения не разделял. Хотя и с радостью ответил бы на все ее вопросы, возникни в этом нужда.
     — Нет, это не так, — с усмешкой отозвался Рован. Слишком уж часто он смеется, наверное, Вин уже давно решила, что он легкомысленный дурак. Впрочем, в этом были свои плюсы — смех сближал. Почти всегда. — Я приехал в твой дом не ради поиска тайн. Да, в нашем замке есть богороща, но вряд ли она сравнится с той, что есть у Старков. К тому же, там вместо сосен сердце-древо охраняют яблони.
     Его смутил вопрос девушки о его доме и он бы предпочел отмолчаться и перевести тему, но никак не отвечать. Но Вин так хорошо умела строить глазки, что он отказать просто не мог. И, конечно, вспомнил чьи-то слова: «Если дама интересуется твоим домом не в рамках вежливости, то какая-то ее часть желает там жить и заранее присматривает себе место». Уж не отец ли так говорил? Возможно и он, потому как леди-мать Тайлера прочили в жены совсем другому сиру, но все же она стала носить платья с серебряным и золотым цветами.
     — Золотая Роща стоит на холме у Серебряного ручья — или просто Серебрянки, как мы обычно говорим, — в окружении десятков деревень и яблоневых садов. Их там так много, что наш замок назвали золотым не из-за желтых яблок, обильно заполняющих ветки деревьев летом, а потому, что осенью на многие лиги вокруг все покрыто деревьями, чьи листья стали золотыми из-за холодов, — ровным голосом, как мейстер, стал рассказывать Тайлер. Он никогда никому не рассказывал о Роще, так как почти все южные рыцари и дамы хоть раз бывали там, как и в любом другом замке богатого лорда, и им это не требовалось. Получается, Винафрид первая, кому мало рассказов о чудесных яблоках и кто всерьез хочет узнать больше о его доме. — Роща у нас — не самый большой замок в округе, но, наверное, самый красивый после Хайгардена и очень напоминает дворец, нежели твердыню. Но этот замок ни разу не был взят, хотя и находится в Северной Марке, которая была почти такой же опасной, как Дорнийская. В замке много башен, они почти все круглые, но главная — квадратная. Вот в ней как раз есть длинная галерея, все стены которой буквально усыпаны картинами о победах над лордами Запада. Как ты уже знаешь, есть богороща, но мы ее зовем просто садом. Она занимает почти треть всего внутреннего пространства замка, и в ней растет почти все, что только есть в Просторе. Там... так чудесно. Знала бы ты, какие там царят ароматы фруктов! Моя ле... мама любит наблюдать там за виноградом и цветами, которые иногда даже пытается вырастить сама. Летом там созревают персики и тогда лучше там не гулять, потому что по голове прилетает очень здорово, — он улыбнулся своим воспоминаниям о доме. Ему вновь захотелось пройтись по всему замку, поговорить с рыцарями гвардии и простыми слугами, подраться с братом во дворе и подшутить над сестрой... эх, было же время. Наверное, это и называется «скучать». — Честно говоря, я понимаю, что это не особо интересно слушать. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
     Как жаль, что в число его талантов не входило умение хорошо рисовать. Тогда бы он изобразил Рощу именно такой, какой всегда видел, и не пришлось бы сейчас практиковаться в риторике и пытаться так скучно описать такое красивое место. Надо ее тоже спросить когда-нибудь о том месте, в котором он не бывал, и послушал бы он тогда ее слова!

     — Это... немного не то. Простор участвовал в подавлении восстания, а не объявил войну Баратеонам, — попытался выкрутиться Тайлер. Да, он забыл об этом эпизоде, который имел бы очень важное значение, будь лордом Штормового предела не добродушный Ренли, а суровый Станнис. Тайлер видел его однажды во время турнира, и тот едва не пускал в рыцаря искры из глаз, когда герольд объявил его фамилию. Ему пришлось признать, что дама кое-что смыслит в военном ремесле, и это слегка его позабавило. Казалось, она так или иначе разбирается во всем. Или, по крайней мере, так считала.
     — Что? Не-ет, ты красивая. Я не об этом, — спешно ответил рыцарь, понимая, что слова ее обидели. Вот могли же просто полежать друг на друге и помолчать, но эту девушку потянуло на «солененькое». — Ты читала «Завоевание Дорна»? Там сказано, что есть «соленые» дорнийцы — это как раз с оливковой кожей, — «песчаные», что больше смахивают на жителей Летних островов, и «каменные», которые ближе всего к Простору и которые точь-в-точь коренные андалы. Они даже больше похожи на просторцев, чем я, пусть я скорее из Первых людей. — Тайлер посмотрел на Вин так, будто просил прощения и не в силах был это сказать. На самом деле, ему было немного стыдно, что он так плохо отозвался о дорнийцах, хотя и имел в виду другое. — Когда я сказал «не такие», я говорил об их характере. Они даже воюют не так, как мы. Для нас честь в бою — выйти сражаться открыто и погибнуть за сюзерена, если потребуется, а для них честь — остаться свободными, чего бы это не стоило. Дорн и Вестерос — это как два разных мира, скрепленных лишь верой и Красными горами.
     Но как объяснить человеку, что такое Дорн, если этот человек не видел ни одного дорнийца? Тем более, что Винафрид симпатизировала дорнийцам, и Тайлер не мог понять, откуда растут корни этой любви. Сам рыцарь, конечно, не испытывал к дорнийцам ненависти, но и особой симпатии — тоже. Язвительные горцы, которых чаще всего и видел в Просторе рыцарь, были не самыми дружелюбными людьми, и подшучивать над всеми умели еще как. Еще он был знаком с длрнийской знатью, когда лет пять назад они все внезапно заявились на турнир в Хайгарден. По счастливому стечению обстоятельств, там же был и король Роберт, который не дал Мейсу Тиреллу отправить южан назад. Так вот эти самые знатные дорнийцы были столь вспыльчивы и горячи, что едва не вывели войну между Простором и Дорном на новый уровень, и если бы не этикет с его вежливостью, то это точно произошло бы. Однако в тот день Тайлер хорошо подрался, и не он один.
     — Извини, — грустно произнёс рыцарь, поняв по голосу Вин, что она обиделась. Он и правда, от торопливости, говорил некоторые глупые вещи там, где стоило бы подумать. Он взял ее руку вновь и опустил на нее глаза, призывая к прощению. — Я не хотел сказать про северян что-то плохое. Я просто о том, что из-за отношений верховных лордов невозможный прежде брак может в одночасье стать не только возможным, но и выгодным. И не отношусь я к дорнийцам и к северянам плохо, ты ведь спрашивала про Простор в целом, а не лично мое мнение.
     Только подружились, а уже ссорятся. Впрочем, Тайлер и не был особо удивлен. Хорошо, что хотя бы не равнодушны. Надо бы сменить тему, а то еще подерутся ненароком.
     — Нет, я не знал. Это довольно интересно, — улыбнулся он Винафрид. Рованы подобной чести не удостаивались, но это и неудивительно — они ведь получили власть от Таргариенов и вышли на более серьезную арену не так давно. Пока Дом Тайлера укреплял свои позиции в Просторе, Таргариенов успели свергнуть. — Но Мандерли — особый дом на Севере, это и слепой заметит. Вы приходитесь родней Гарденерам — то есть, и мне тоже, пусть и отдалённо, — и Старкам, а это уже два Великих Дома, если не считать Тиреллов. К тому же, ваша Белая Гавань — «ворота» Севера. Неудивительно, что даже Таргариены видели в Мандерли важный Дом Вестероса.
     Тайлер старался вспомнить как можно больше всего о «водяных», чтобы Винафрид обуяла гордость за предков и она оттаяла вновь, и безо всякой обиды. Всё-таки даже в таком дружеском разговоре стоило хорошенько думать прежде чем говорить.
— Все, хватит обижаться, — приказал рыцарь и обнял леди за талию крепче, одним взглядом просив его уже простить. — Я ведь не виноват, что такой ужасно глупый.

     Наконец, он забрал вино из ее рук и убрал в сторону. По ее горячему дыханию, по ее горящему взгляду он чувствовал, что им уже достаточно на сегодня. Он брал бурдюк лишь для того, чтобы согреться, но никак не ради того, чтобы ее споить.
     — Времени, которого мне хватит, чтоб попросить твоей руки? — сказал он более весёлым голосом, чем до этого. Он видел, что мысли о Карстарке вгоняли его в тоску, и понимал, что тоски допустить не должен. — По крайней мере, с твоим отцом мы быстро договоримся о приданом, ведь оно меня совершенно не интересует.
     Золото — ценная штука, но честь дороже золота, как и многое другое. Даже если бы приданое ему отдали, он бы все равно подарил его Винафрид, так как в деньгах он не нуждался. Отец не так давно дал ему в управление проблемную деревню недалеко проблемную деревню недалеко от Рощи, и так как Тайлер все ее проблемы решил, доход с ее крестьян идет к нему. К тому же, не стоило забывать про суммы за победы на турнирах — он, конечно, не Лорас Тирелл, но копьем орудовать умеет, и несколько тысяч золотых за душой хранил.
     Тайлер накрыл ее ладонь своею, почувствовав щекою жар. Под плащами леди было очень тепло, и потому рыцарь был спокоен за ее здоровье — а сам он грелся в ее объятиях.
     — Знаешь, ты забавная. Наша история еще не началась, а ты уже ее хоронишь. — Ему стало грустно от того, что она не разделяет его оптимизма. Всему виной его глупость — только что он сказал, почему браки с дорнийками невыгодны, а теперь чуть ли не просит ее руки — а ведь северяне и дорнийцы не такие уж и разные, как думает она. — Твой отец женился на леди из Вулфилдов, и явно не принес дому выгоды. Я понимаю, ты не хочешь повторить его судьбу… но разве он несчастлив? Разве Мандерли теперь живётся хуже некуда?
     Он нахмурился, начав быстро придумывать выгоду от их брака. Что угодно, лишь бы заставить поверить Винафрид в то, что они могут пожениться.
     — К тому же, ты можешь повторить ее, если выйдешь за Харриона. Я живу не на крайнем Севере, и потому мне не нужна будет пища Мандерли в суровую зиму. Наоборот, земли Рованов так плодородны, что мы сможем кормить вас самих — а у вас как раз есть флот для перевозки всего этого. — Он вздохнул, видя, что девушку это не впечатляет. — К тому же, наша армия гораздо больше армии Карстарков, а моя мама из Редвинов, что поможет нам, если будет все плохо, воспользоваться их флотом и перевезти солдат к вам, в худшем случае, за полгода. Это не так уж и долго.
     Конечно, это дольше, чем возможная помощь от Карстарков, но и солдаты их не чета просторским. Снаряжение, оружие, тактика — во всем этом Простор лучше Севера.
     — К тому же, Рованы не такие уж и алчные до богатств. Честь дороже золота, вот каков наш девиз. — Он улыбнулся, вспомнив, какой сакральный смысл вкладывал в эти слова отец. По его мнению, честь для Рованов — фамильная черта. Разумеется, ведь каждый из них знает историю Рован Золотое Деревце. — Мне важна ты, а не твое серебро. Да и ты не такая уж и северянка, чтобы растаять за Перешейком. И разве ты не хочешь хоть раз увидеть лицо Пиков, когда они узнают, что Мандерли вновь вернулись к… Мандеру? — На его взгляд, это было бы весело. Хоть лорд Пик — человек весьма приятный со всех сторон, и то он по традиции будет завидовать Мандерли и скрипеть зубами от одного их вида. Глядишь, потом и все «водяные» насовсем переедут...

Отредактировано Tyler Rowan (2018-08-08 23:23:37)

+8

16

А может быть, все не так плохо и кроме отрицательных черт (которые на самом деле такими не являются) Винафрид в Тайлере нравится, что-то положительное. Да, такого полно. В первую очередь его забота. Когда она успела ее разглядеть? Так в Винтерфелле, когда Харрион решил заявить свои права на бедную внучку лорда Вимана. А еще его музыкальный талант. Юная Мандерли никогда в этом никому не признается, но музыка ее слабость. Впрочем, как и у всех девчонок. Еще в Тае завораживал его ум. С ним действительно интересно поболтать не только о рыцарском мастерстве (в котором девушка совсем мало что понимает), но и на другие совсем далекие от военного дела темы. Вот как сейчас о Старых богах. Казалось бы, где Юг, а где чардрева, а нет, что-то, да и понимает. А еще он много где был и многое видал. Взять тот же Харренхолл, казалось бы, вот он совсем близко, а нет, о нем, как и о Сестрах, юная леди только читала, а вот рыцарь был и много всего интересного может поведать. Нет, в призраков Винафрид не верит, но разве от этого когда-то самый величественный замок в Семи Королевствах может стать неинтересной крепостью? Возможно, для кого-то да, но точно не для Вин. Харренхолл – напоминание всяким там сильным и жадным до власти лордам, что всегда найдется противник покрупнее, так что порой лучше погасить свой огонь завоевателя, дабы самому не обжечься. Но что-то слегка сошли с тропинки. Не о Харренхолле сейчас речь. О нем Мандерли сможет поболтать с мейстером, а вот с Тайлером ей придется скоро расстаться, так что стоит сполна насладиться приятной компанией. Запомнить все, что он говорил, как себя вел, попытаться понять, что так и не решился сказать, а главное – не пропустить ни единую его улыбку. Да, еще Винафрид нравится, как он улыбается. Всегда так искренне и тепло, но мало. Наверное, считает, что если много улыбаться, то могут принять за полоумного, но ведь это далеко не так. Вин, наоборот, при каждой, пускай даже мимолётной и еле-еле заметной улыбке Тая чувствует, что она все делает правильно и общаются с нею не потому, что так надо. Вот когда Тайлер на пирах в Новом Замке сидел весь такой важный и задумчивой, тогда было страшно. Мандерли казалось, что он чем-то не доволен, или скучает, или устал. В общем, чтобы Винафрид не волновалась, надо Тайлеру больше смеяться. Как только жаль, что о таком просить нельзя. Они считанные минуты назад только отказались от никому ненужных в лесу титулов, так что нечего наглеть.
«Но если бы я попросила, он бы согласился? - Вин с интересом посмотрела на Тая, пытаясь понять, где заканчивается его уступчивость. – Нет, кое-что должно все-таки остаться на своем месте». Девушка мотнула головой, как будто это может помочь выбросить слишком смелые мысли и тоже улыбнулась в ответ. Да, что-то есть завораживающее и в тоже время заразительное в этой рыцарской улыбке. Вот всего минуту назад, леди дулась и обижалась, а сейчас уже забыла всех мелких недоразумениях.
- Так вот о чем вы с милордом Роббом говорили, – от чрезмерного удивления, она разве что в ладоши не хлопнула. – Значит, и тебе он поведал эту историю о превращениях. Знаешь, когда ему было пять, я впервые наведалась в Винтерфелл, - о том, что целью того визит скорее всего была попытка заключить очередной брачный союз со Старками, Мандерли тактично умолчала. Ничего не вышло, так зачем ворошить прошлое и портить настроение? – Тогда он пытался меня столкнуть в теплый источник, дабы узнать превращаюсь ли я в русалку, - она еле подавила смешок, вспоминая тот денек. Робб Старк рос очень любопытным мальчиком, он успевал везде, а вот за ним разве что его брат-бастард Джон Сноу. – Но у него ничего не получилось, и в итоге он выплеснул на меня сок за столом, это увидела леди Кейтилин, и вечер для наследника Винтерфелла быстро подошел к концу.
А ведь он ей тогда танец обещал. Эх, надо было все-таки сказать леди Старк, что она совсем не держит зла на ее сына. Но ничего, на следующий день Робб реабилитировался. Целый день детишки провели в поисках Короля Ночи. Жаль только, что не нашли. Зато благодаря такому приключению Винафрид очень хорошо знает
Винтерфелл.
«Интересно, о Короле Ночи в крипте Робб тоже ему поведал?» - Винафрид плохо знала первенца Хранителя Севера, но что-то ей подсказывало, что если этот мальчишка сболтнул о русалках, то и о Великом Ином тоже мог наплести. И вот же несправедливость! Значит, Мандерли тут всеми силами пытается обелить северян от всяких южных баек, а Старк с удовольствием их рассказывает? Ну все, она обиделась. Пусть Робб Старк сам теперь борется с всякими малоприятными сказками о Севере. Сам кашу заварил, то пусть сам и расхлебывает, так сказать.
- Так по-твоему, я только из-за веры в Семерых ношу красивые платья? – Вин с любопытством посмотрела на Тая. Порой умозаключения мальчиков ее очень забавляли. – Надо же, а я думала, что дело во вкусе.
Она еще хотела добавить, что необязательно быть верным Семерым, чтобы получить титул рыцаря. Вот Блэквуды в открытую поклоняются Старым Богам (даже взяли чардрево себе на герб), но все-таки это не мешает им носись шпоры и выступать на турнирах. А флот… Так у Железнорожденых от тоже есть. В общем, нового спора было бы сложно избежать, если бы не золотой дракон, которого так ловко достал Тайлер из сумки. Винафрид тут же вспомнились слова Лиессы о том, какие именно пари любят заключать южане, и желание говорить совсем пропало. Как и вообще общаться с рыцарями. И вроде понимает, что кузина скорее всего сказала это только за тем, чтобы слегка испортить настроение нелюбимой родственнице, но все-таки как-то горько и неприятно на сердце стало.
Пребывая в легком замешательстве, Винафрид только отрицательно мотнула головой на вопрос о Королевской Гавани. Да, ей хотелось однажды увидеть столицу, но особого трепета перед ней не испытывала. Лорд-дедушка говорит, что это очень грязный и вонючий город, а он не ошибается.
Впрочем, вся мимолетная обида исчезла, стоило Тайлеру заговорить о доме. С первых слов было понятно, что родной замок для него не просто повод похвастаться, а что-то столь трепетное и святое, как для северян богороща. Это здорово. Вин даже на мгновение прикрыла глаза, представляя себе Золотую Рощу.
«Пожалуй, весной, когда деревья начинают цвести, нету места более прекрасного».
Винафрид, как любая другая девчонка любит цветы, жаль только, что на севере цветение деревьев – это не такое уж и частое явление.
- Зря ты так, - чтобы Тай не унывал, считая себя ужасным рассказчиком, Вин взяла его за руку и задорно зашагала вперед. – У тебя все очень хорошо получилось. Я даже почувствовала запах созрелых персиков, шелест листьев и пение птиц.
Лукавила ли Винафрид в тот момент? Нет, это никак не приступ вежливости. Просто Тайлер хороший рассказчик, а у Вин отличное воображение.

«Все-таки подловила», - Винафрид довольно улыбнулась этой мысли, пока Тайлер красиво оправдывался. И нет, в военном ремесле она мало что понимает, но историю знает очень хорошо. Все-таки она не просто леди, а когда-нибудь станет правительницей Белой Гавани, так что не только должна уметь красиво бабочек вышивать и песни петь, но и в политике смыслить.
- Перелистывала, - вдоль насладившись покрасневшим рыцарем, леди решила, что хватит уже и не стала расспрашивать насколько именно он считает ее красивой, хотя очень хотелось узнать, а вместо этого вернулась к разговору о самом дальнем крае Семи Королевств. – Труд Юного Дракона для меня, пожалуй, единственный способ узнать, что-то о дорнийском крае. Впрочем, не думаю, что ему можно верить сполна.
Лорд-дедушка не раз говорил, что все труды, где восхваляют Таргариенов надо делить на два, а еще лучше на три. Драконы были известны на весь Вестерос своею любовью к величию и жаждой подчеркнуть свою особенность, а тех, кто не трепетал перед фиалковыми глазками и серебристыми волосиками, ожидал не самый лучший конец. Наверное, поэтому все так единодушно похвалили историю о «Завоевание Дорна», хотя, если вдуматься, более глупой истории нет. Ради своего желание прославиться Юный Дракон окропил пески Дорна кровью невинных людей. Вин такое не понимает. Но, наверное, потому что она леди, а не великий завоеватель.
Она еще что-то хотела сказать Тайлере о Севере, Дорне и том, что
просторцы уж больно
зазнались, да и вообще она была о них лучшего мнения, но все обиды выветрились из головы, стоило только руке рыцаря с плеча скользнуть к талии девушки.
«Кажется, кто-то себе слишком много позволяет».
Первая реакция была – оттолкнуть юношу, при этом, не забыв упомянуть, что она не такая и если южанин решил, что теперь ему позволено все, то он глубоко ошибается и золотого дракона в дурацком пари он не выиграет. Да только все эти возмущения быстро прошли, ведь за ними не последовало ничего отвратительного и неподобающего.
- Ты не глупый, - мягко ответила Вин, тем самым пытаясь донести до Таю, что она на него совсем не обижается. – И все хорошо. Я не хочу с тобой ссориться.
«Ты слишком мил моему сердцу».
Тайлер так уверено забрал бурдюк из рук Винафрид, что девушка не удержалась и одарила рыцаря непонимающим взглядом. Что этот рыцарь себе позволяет? Вин не его собственность. Впрочем, наверное, он прав. Кое-кто уже достаточно согрелся. Ведь, где было видано, чтобы эта хорошо воспитанная леди в здравом уме вот так открыто говорила, какому-то рыцарю, что он ей нравится? Действительно, с вином на сегодня стоит покончить, а то не только признаются друг другу в чувствах, но еще и о помолвке объявят.
«А Тайлер, кажется, такому повороту событий будет только рад».
Стоит сказать, она не ожидала, что наследник Золотой Рощи настроен так серьезно.
«Ненужно приданное, помочь зимой?» - Вин хотелось пошутить, что обычно леди болеют излишней влюбчивостью и ради собственного счастья легко отрекаются от дома и семьи, а вот юноши славятся своей прагматичностью, но не стала. Кое-что в словах Тая ее очень зацепило. И это не желание узреть перекошенные лица Пиков.
«Мне важна ты», - повторила про себя девушка, и тут же на душе стало так спокойно. Не хотелось больше спорить и напоминать, что Тайлер должен подчиняться воле отца, и лорд Матис будет решать вопросы о приданном, если это пойдет дальше пустых разговоров. А это пойдет? Сложно ответить. Сегодня Тайлер настроен весьма серьезно, а завтра, когда вино отпустит разум, может вспомнить о долге перед Домом. «Ну и ладно, пускай вспоминает», - Мандерли не станет его в ничем винить. Не только Тай сегодня может наделать глупостей, о которых завтра может пожалеть.
- Ты когда-нибудь меня поцелуешь? – Слова слетели с уст так непринужденно, как будто и не было перед этим разговора о том, почему они не могут быть вместе. – Влюбленные ведь целуются, верно?
Дождь все так же громко барабанил по листве. Кажется, сегодня в Новый Замок им не суждено попасть. Ну и ладно, не особо хотелось. Вин и здесь хорошо.[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-08-14 21:53:13)

+7

17

     Тайлер едва ли не возликовал своей небольшой победе, которую одержал над Винафрид. Казалось, что из-за вопросов о вере он тотчас же подерутся, кулаками отстаивая свою правоту, но благодаря красноречию рыцаря всему этому теперь не суждено сбыться. Вот и отлично, ведь юноша хорошо знал сказку о двух баранах, что не уступили друг другу право пройти по мосту. Винафрид была слишком упертой для леди, что в ней Тайлеру нравилось, но во всем есть отрицательные стороны. Вот этот их спор на ровном месте как раз из таких, ведь и сам юноша тоже иногда страдал упертостью. Но рыцарь не допустил, чтобы этот легкий спор вырос в нечто большее, но мысленную заметку насчет характера девушки все же сделал.
     Но было в ней много другого, помимо упертости. Например, она была красивой и неплохо умела танцевать. И была смелой, благодаря чему они и познакомились. Наверное, эта смелость была отправной точкой любви, возникшей в рыцаре. Просторские леди были покорными, застенчивыми и, часто, глупыми, но Винафрид, что была похожа на них лишь внешне, была совсем другой. Ему нравилось, что с ней можно было обсудить что-то совсем непредсказуемое, вроде Старых богов или любви к морю, а не только лишь что-то обыденное и простое. Ему нравилась ее наблюдательность, хорошая память, живой ум, голос — немаловажный факт, если вы еще и бард, — длинная каштановая коса... наверное, перечислять можно было долго, но Тайлер слишком уж над этим не задумывался. За него подумало сердце, что убедительно посоветовало ему полюбить эту глупую, но при том все же умную девчонку, а он, вначале отнекиваясь, отказать все же не смог. Зря, наверное, весь с такой своенравной упертой девушкой точно нахватаешься проблем.
     — Да. А ты думала об охоте и о женщинах? — вопросительно на нее посмотрел рыцарь, скрестив руки на груди. Теперь наступило его время давить на чужие предубеждения о людях. Интересно, а если они все-таки поругаются, она отдаст ему платочек или нет? Все-таки лучше сосредоточиться на другом. — Это значит, что никто так и не видел, становишься ты в воде русалкой или нет, но и легенды на пустом месте не возникают.
     Всеми силами Рован поддерживал серьезный вид и смахивал теперь на мейстера, подсчитывающего количество овса, съедаемого конем лорда за год. Надо ли говорить, что ни в одну из баек он не верил, но ловко прикидывался несведущим южанином? Это ведь было весело. К тому же, теперь он знает о Роббе больше, и потому сможет подшутить над ним как в следует, в отместку за то, что не держит слова. Он ведь обещал, что к лорду Виману они пойдут просто поболтать!
     — Я о том, что раз все северянки носят иные платья, нежели ты, то и ты должна. С волками жить, по-волчьи выть. — Он пожал плечами, совсем даже не удивившись, что Вин его не поняла. С такой логикой, как у Тайлера, только с мейстерами всякими болтать, но никак не с обычными людьми. Особенно с леди, которые во главу угла обычно ставят чувства, но никак не голову. Рыцарь всегда делился своими выводами с людьми так, будто бы они очевидны для всех так же, как и до него, и всегда вгонял людей в тоску и непонимание. Не будь он наследником и не люби он так сильно меч да турниры, то точно призадумался бы о жизни в Цитадели.
     — А зря, — ответил он, увидев, что Вин мотнула головой. Он думал, что она скажет «да», ведь ее привлекали больше города, такие как Старомест, а Гавань была даже больше. Увидев ее в первые раз с высоты Красного замка, он понял, что тянуло туда людей, пусть и не мог с ними согласиться. Рыцарь предпочитал более спокойные замки, но величественность столицы не отметить не мог. — Королевская Гавань — хороший город, красивый и богатый. Там можно найти все, что душе угодно. И там есть Красный Замок с его тайнами, который можно с уверенностью назвать одним из самых красивых замков Вестероса. Видела бы ты королевский сад или тронный зал! А вид из высоченных башен! Там определенно есть, на что взглянуть. — Если, конечно, в Блошиный конец не заходить. Да и в порт тоже. Не самые приятные места. Но вот Септа Бейлора или Драконье Логово...
     До него, наконец, дошло, почему у него был с собой золотой дракон. А был он потому, что это не дракон вовсе, а просторская монетка с гравировкой Дома Мерна IX — Гарденеров. На Север он взял одну или две — просто на удачу, ведь с собой нужно было взять побольше всего исконно южного. Вероятно, случайно сунул с собой в карман да забыл, а сейчас случайно нашел. Забавно. У него и сейчас было с собой много просторского — стрелы с зеленым оперением, яблоко меча в форме, хм, яблока... все-таки и его немного касались эти глупые суеверия.
     Он и сам на секунду прикрыл глаза, представив, что вокруг были клены, тисы, цветущие яблони и персики... казалось, даже запахло ими. Но нет — под ногами был все тот же мох, вокруг была все та же сырость, а они были все так же окружены соснами и елями. Но воспоминания о доме все-таки вызвали ностальгическую улыбку, а слова Винафрид и ощущение тепла ее руки лишь подкрепили радость на душе.
     — Спасибо, — чуть погодя, отвечает он, едва поспевая за девушкой. Он был удивлен, что она вообще слушала... или это она просто из вежливости. Наверное, его слова выглядели так, будто он выпрашивал комплиментов, и ему стало немного стыдно. Впрочем, слова Винафрид звучали более чем искренне, и не стоило лишний раз зацикливаться лишь на плохом. Можно было просто поверить, что она говорила от чистого сердца.

     — Понимаю, — вздохнул он. Сир Вортимер заставлял его читать только те книги, в которых описывались войны или битвы, подумав, что таким образом можно пустить любовь к чтению мальчишки в правильное русло. Получилось не так хорошо, как хотелось бы, но что-то он все-таки из них почерпнул. «Завоевание Дорна» было как раз из тех книг, что ему не слишком понравились — во-первых, там была очередная война с Дорном, а во-вторых, все было слишком подробным, пусть и написано просто блестяще. — Но эта книга точно не врет во всем, что касается культуры Дорна и его обитателей, можешь мне поверить.
     Тайлеру было известно скептическое мнение об этой книге и о том, что Таргариен якобы преувеличивал свои военные значения. Но ведь это было простительно: ему всего было только пятнадцать или шестнадцать, когда он уже был во главе собственной армии, и естественно, что любой его шаг казался ему великим и безупречным. Многому из его книги можно было верить, а это самое главное, ведь цель книги — рассказать Вестеросу о Дорне, а не только о его завоевании.
     Он и сам почувствовал, что слишком многое себе позволяет, и хотел было одернуть руку, но после передумал. В конце концов, это отвлекло девушку от ее обид на рыцаря и его слова, раз она не стала продолжать эту сложную тему, а значит, в этом шаге был смысл. К тому же, под двумя плащами теплее, чем на двух плащах, а ничего плохого он делать не собирался, он ведь воспитанный юноша и благородный рыцарь, в конце концов.
     — Вот и хорошо, — заключил он и немного расслабился. Дождь слегка утих, а Вин уместилась на его груди так удобно, что согревала его почти полностью, так что можно было даже заснуть. Но откровений на эту ночь девушке было мало, поэтому Тайлер пока и не пытался.
     — Что? — спросил он, перехватив ее взгляд. — Нам уже хватит на сегодня. Мы лишь согреться хотели, помнишь?
     Чье вино, тот и прав, а вино было Тайлера. Возможно, неправильно было запрещать ей пить, ведь он ей не отец и не дедушка, но зато он уже имел право о ней заботиться. Да и леди, что пока еще разрешают не больше пары бокалов вина в день, столько глотков из бурдюка было уже многовато. Как ни посмотри, Тайлер все сделал верно, так что никаких к нему вопросов.
     Он все смотрел на нее и смотрел, ожидая, чего она скажет. Она медлила, собираясь с мыслями. Он и не винил ее, ведь выбрать между решением семьи, которое тебе не нравилось и непонятным малознакомым рыцарем, который тебе нравился, было непросто. Он надеялся, что она перестанет упрямится и лишь даст свое согласие — нет, хотя бы пообещает подумать обо всем этом, но слова девушки были совсем о другом.
     — То ты говоришь, что между нами ничего не может быть, то ты лезешь целоваться, — тяжело вздохнул рыцарь, не понимая, почему влюбился именно в нее. А потом он все-таки улыбнулся. — Да и за кого ты меня принимаешь, женщина, я ведь благородный рыцарь!
     На секунду ее взгляд из недовольного стал удивленным, и именно в этом момент Тайлер опустился чуть ниже и прикоснулся к ее губам своими. Целоваться он умел — сказалось полезное времяпрепровождение в библиотеке, да и певческий талант, — но сейчас он был замерзший и неуверенный, так что получилось, вероятно, не слишком уж хорошо. Но для влюбленных, как знал по себе Рован, важен сам факт, а чувства все додумают сами. И, если подумать, то для Винафрид этот поцелуй должен быть первым, так что ей не с чем сравнивать. Он старался целовать как можно дольше, но нежно и без всех этих просторских усложнений, как могли научить в каком-нибудь борделе. Просто, но со вкусом... вкусом сладкого вина и, кажется, каких-то ягод. Он знал, что на языке жестов поцелуем передавали самое сокровенное, и он именно это и попытался сделать — сказать ей, что любовь важнее всех этих условностей и политики. И он надеялся, что у него получилось то, что он не мог доказать ей словами, ведь для него сейчас это было важнее всего.

+5

18

Винафрид недоумевала. Она смотрела на Тайлера, пытаясь разглядеть в этих темных, как бушующие воды моря, глазах шутит ли он сейчас или говорит полностью серьезно. Выходило ужасно, и это слегка злило Вин. Она не любит теряться в догадках, но с Таем она по большой степени только этим и занимается. А ему, судя по всему, это нравится. Вон как расцвел! Ну ничего, Мандерли отыграется. Если этот рыцарь думает, что ему такие глупости сойдут с рук, он глубоко ошибается. Винафрид пусть и хрупкая, но все-таки северянка, а как известно, эти леди сотканы из стали.
- Да нет, - задиристо отвечает девушка, при этом не забыв хитро улыбнуться, как будто о рыцаре она знает все. Да, словно читает его мысли. И вообще, она переиграла его по всем фронтам. – Вы же мальчишки, как говорят мейстры, развиваетесь не так быстро, как мы девочки, так что куда вам говорить об охоте, а тем более обсуждать всяких там леди. Вам только в сказки о Короле Ночи в крипте Винтерфелла верить, - была бы Вин мене воспитанной, она бы еще щелкнула этого любителя поглумиться по носу, чтобы не задирал. Но воспитанные леди отличаются от дикарок не только знанием, как правильно держать нож и вилку, но так же тем, что умеет сдерживать эмоции.
А еще в каждой девушке должна быть загадка. Так говорят старшие подруги Вин, которым уже посчастливилось обзавестись семьей и которые что-то в этой жизни да понимают. Вот только они еще жуть какие скрытные. Ни одна толком так и не объяснила, о какой загадке идет речь, так что Мандерли, обладая острым умом и фантазией, решила истолковать все на свой лад, а заодно помучить одного южного рыцаря еще больше.
- Дааа, - задумчиво притянула она, раздумывая над словами Тая о том, что для любых сказок, пусть даже самых нелепых нужна почва. – Такие истории не рождаются на пустом месте, ты прав. Но ты кое-что упустил, - Вин специально не стала говорить все сразу, дабы еще немножко помучить южанина и подогреть интерес ко всей этой истории. – На гербе моего дома не русалка, а водяной. Так, маленькое уточнение.
И ни слова в подтверждение сплетен, как и ни одной фразы в опровержение. Ах, все-таки порой Винафрид действительно напоминает лису, как любит говорить Вилла. Впрочем, этим не стоит злоупотреблять. Еще не хватало, дабы Тай действительно подумал, что каждое полнолуние у нее хвост отрастает.
«Да, пора заканчивать с этим! Как будто других тем для разговора нет».
Тем как раз было предостаточно, но все они так или иначе сводились к Северу и Винафрид. К тому же были они слегка странными. Вот какой рыцарь в здравом уме будет обсуждать платья? Сир Тайлер Рован.
Порой эти южане бывают действительно странные».
- Ох, серый не мой цвет. Септа говорит, что я в нем теряюсь. – Чтобы не разводить новые споры, Вин решила перевести все в шутку. - Стаю чрезмерно бледной, так что приходится доказывать принадлежность к северянам другими путями, к примеру, верностью дому Старков. Согласись, неплохая замена платьям тусклых цветов.
Винафрид внимательно на него посмотрела, ожидая ответа. И сейчас ее не особо заботило, что юношам не обязательно разбираться в фасонах и тканях. Не она этот разговор завела. К тому же, ей было интересно в скольких темах Тай способен поддержать разговор. Пока он ее приятно удивлял.
«И с мечом управляется недурно, и в музыке разбирается, и, как оказалось, неплохой рассказчик».
Мандерли заинтересовала Королевская Гавань. Вернее, как ее преподнес Тайлер. Но не более.
- А еще это город предателей, лжецов и воров. Не самое лучшее место для честной и наивной северянки.
Так говорил дедушка. Слово в слово. А ему Винафрид верит. Он ведь был в столице, когда короновали Роберта Баратеона. Ох, Семеро, в детстве история об этой событии была у Винафрид самой любимой. Пожалуй, конкурировать с ней могла только королевская свадьба. Ах, как же Вин хотела бы побывать на таком мероприятии! А, может быть, когда-то ей предстоит такая возможность. С леди Сансой они не общались, но все-таки Мандерли – самые верные вассалы дома Старк.
- Но ты прав, Королевская Гавань не может не привлекать своей историей.
«Увы, по большей степени она залита кровью, а не усыпана розами», - но к власти не возможно прийти, не замарав руки.

С Тайлером ей было хорошо. С ним ей не надо было притворяться, изображая интерес ко всяким охотам и дракам в тавернах, не надо было плясать вокруг него хороводы, дабы, тот соизволил обратить на девушку внимание. Он открыт к общению, начитан, веселый и такой нежный с ней. Наверное, в Просторе у него много поклонниц, мечтающих стать леди Золотой Рощи. Вот только сам рыцарь не особо спешит становиться под венец. Винафрид было интересно отчего так. Почему мужчины вообще боятся брака, как огня? С другой стороны, если бы Тайлер был женат, вряд ли бы он отправился в столь долгую и опасную дорогу. А, если бы и решился на такую авантюру, о прогулках в лесу с леди, которая не является женой и речи идти не могло. Благородные рыцари так не поступают.
«Так может, во всем этом безумном водевиле замешаны Боги?».
Винафрид совсем не хотелось верить, что во все это случилось просто так. Если это обычное стечение обстоятельств, то когда Тайлер уедет, все закончится. А если их встречу задумали Боги, есть надежда, что когда-то их пути снова переплетутся, хотя бы на краткое мгновение, а воспоминания о днях провиденных вместе они будут помнить всегда. До конца своих дней в их сердцах будут жить эти мимолетные взгляды и прикосновение, беседы о Дорне и споры, которые к ничему хорошему не привели. Кое-что они будут особенно тщательно беречь, о чем-то пожелают, еще что-то захотят переписать, а будет и то, что вспоминать будет неловко. Для Винафрид так точно.
Недоумение перерастает в злость, а затем в стыд. Действительно, что она себе думает и чем руководится? Тай прав, ведет она себя глупо: только что говорила, что все стоит прекратить, а через минуту просит, чтобы он ее поцеловал.
«Наверное, всему виной вино».
Тайлер правильно поступил, что отобрал его. Страшно подумать, что взбрело бы ей на ум после еще нескольких глотков.
«Но с другой стороны…».
Он кладет руку ей на шею и притягивает к себе. Ее губы покалывает от прикосновения его мягких губ. Винафрид закрываю глаза, и в темноте распускаются прекрасные цветы, кружащиеся, словно снежинки. А какую свободу она сейчас испытывает! Она как будто парит в небесах. Другой рукой Тайлер отводит волосы от его лица, Вин ощущает каждое прикосновение его пальцев и думает о звездах, падающих с неба и оставляющих за собой пылающий след. В этот миг — сколько бы он ни длился, секунды, минуты, дни, — Винафрид понимает, что это больше, чем первый поцелуй. Винафрид хочет быть с Тайлером. А политика? Она не неважна. Пустышка.
- Я тоже тебя люблю, Тайлер, - на одном выдохе поизносит Винафид, открывая глаза. Странно, но сейчас она не испытывала угрызений совести. Наоборот, полная уверенность, что она поступила правильно.
Винафрид еще что-то хотела ему сказать или о чем-то попросить, но не стала. Это все неважно. Главное она сказала. А остальное… Порой тишиной можно передать то, что никак не передать словами.[AVA]https://78.media.tumblr.com/d1da4613240f629ff8b315f5efa28174/tumblr_p95c3aIs0e1s6455do1_250.gif[/AVA]

Отредактировано Wynafryd Manderly (2018-08-28 23:54:40)

+7

19

     Его забавляло ее задумчивое выражение лица, так что он не мог сдержать улыбки. Слегка высокомерной, будто бы кот, давший мыши поиграть, чтобы потом все равно съесть. Но Винафрид рыцарь, конечно, есть не собирался — но улыбка его менее заносчивой не становилась. Правда, когда ее лицо изгладилось и на губах заиграла улыбка точно такая же, как у него, его превосходственное настроение слегка улетучилось. Но не исчезло полностью.
     — Подозрительно много ты знаешь о мальчиках, — заметил он, едва назидательно не помахав перед ее носом пальчиком. Он, конечно, мог бы с ней поспорить о развитии мальчиков и девочек, но, к счастью, понял, где тут кончается правда и начинается шутка. — То есть, разговоры о платьях и рыцарях куда важнее Короля Ночи? Я обижен.
     Он еще так выпучил глаза и раскрыл рот от вопиющей несправедливости, а потом отвернулся и пошел дальше, что в его неискренность поверить было невозможно. А что? Певец может быть и актером, все они, люди искусства, братья. Если не считать тех, что ушли в Ночной Дозор.
     И все же главной была та часть, в которой она говорила о русалках. Тайлер был слегка озадачен, услышав о нее про водяного, но ничего не сказал. А ведь вылитый русал, даже хвост есть! Впрочем, едва ли рыцарь со всей присущей ему внимательностью разглядывал герб Мандерли. Он ведь думал, что и так знает их все. Правда, его насторожило хитрое-хитрое личико Винафрид, будто задумывающее какую-то пакость. Насколько он мог понять это за все знакомство с ней, стоило уже бояться.
     — Тогда ты нимфа, — юогадался он, слегка подумав. Возникло неловкое молчание. Он точно не помнил о том, как зовутся речные духи, но, кажется, именно так. — Это даже лучше. Никакого рыбьего хвоста и запаха, а красоты даже больше.
     Духи рек, как он слышал, красотой славились не меньше, чем морские. А на дочери морского бога женился сам Дюрран Богоборец, если ему вновь не изменяла память. А вот с русалками связано много плохого: то это красивые девушки, отдавшие душу Неведомому взамен на возможность взглянуть на морской мир, то это коварные морские обитатели, магией принимающие форму девушек и заманивающих моряков в воду… с нимфами все куда лучше.
     Но это все слишком уж весело. Как бы, на самом деле, не была хороша из себя нимфа, Тайлер бы хотел, чтоб его девушка всегда была человеком. Это как минимум удобно и как максимум — спокойно, к тому же никаких историй в округе о странном чудище, что ест детей, заводит людей в реку или убивает коров и коз, или что там люди придумывают обо всем необычном. Но, в общем-то, против такой девушки он ничего плохого не имел — все люди иногда выходят из себя, чего уж. И всё-таки надеялся, что Винафрид не такая.
     — Да? То-то я не видел тебя в сером. — От рыцаря не ускользнула некая толика заинтересованности, что он увидел в ее глазах, так что пришлось задумываться над каждым своим словом. Она явно чего то ждала. Что он скажет по поводу платьев? Но он ведь совсем не разбирается! Тогда стоило бы уйти от темы. Или всё-таки попытаться мудро разглагольствовать о том, что он знает об этом, хотя он не знает абсолютно ничего. — Мне кажется, тебе больше пошли бы открытые платья, особенно когда тепло, совсем без этих длинных рукавов и ткани прямо до подбородка. Я часто видел такие на Юге, они чем-то напоминают моду Вольных Городов, но со своими традициями. Тебе бы понравилось. В них было бы подчёркнуто твое… сердце с его верностью Старкам. — Женское сердце должно быть верно лишь мужу, поэтому в таких словах последний мог услышать укол ревности. Но у Вин нет мужа, иначе б за этот разговор они получили бы довольно сильно. Однако Тайлер действительно считал, что такое красивое тело, как у Винафрид, не следовало закутывать в столь… тяжёлые платья. Отбоев от женихов тогда точно не было бы, да и самой приятнее стать чуточку красивее. Впрочем, здесь холодно, так что где тут носить другие платья?
     — Это город предателей, лжецов и воров только если в нем жить, — ответил Тайлер, вспоминая дни, проведенные в этом городе. Никто не украл у него кошелек — за это отрубают руку. Ему едва ли серьезно лгали, ведь он не король, чтобы им заинтересовались. И предавать его было некому, ведь все его окружение, практически, было из Простора, старые знакомые. Кто-то, кажется, слишком преувеличивает. Тайлер, улыбнувшись, дотронулся до ее носа. — Ну же, где твоя романтичная натура?
     А ведь это девушки, зачастую, были мечтательными глупышками, но никак не все из себя прагматичные рыцари. Винафрид же его удивляла, и хотелось из кожи вон вылезти, чтобы понять, что она такая же, как и другие. Но нет, она не была такой же. Вин была совсем другая. Загадочная, чего только история с русалками стоит! Непредсказуемая, ведь ни один ее ответ не совпадал с его догадками. А еще дикая, ведь это она затащила его в этот лес. Почему он вообще согласился? Наскучило все, вот почему. Самое время сделать что-нибудь… эдакое. Пострелять из лука, может. Ей точно понравится.

     Тайлер чувствовал, что начинает уставать. Конечно, Дорн — интересная тема, но не для посиделок в лесу. Почему он ожидал, что они будут лишь целовать и говорить о сокровенном? Потому что Винафрид влезла к нему на грудь и заговорила о том, похож ли он на дорнийца. Какая-то она… неправильная. Впрочем, сегодняшняя беседа была весьма и весьма интересна им обоим. А еще ему приятно, что с девушкой есть, о чем поговорить. Винафрид была такой… любопытной и умной, что даже мило. Она будто знала, на что давить, чтобы вызвать в нем любовь. Рыцарь был восхищен ею, вдохновлён. Хотелось спеть ей что-нибудь, или сыграть на арфе… посвятить стихи… и еще хотелось спать.
     А поцелуй всё-таки был, пусть и один. Во время него ог чувствовал, как сердце в груди будто нежно сжимает невидимая рука, и ему становилось труднее дышать. В груди стало пусто, будто все чувства, мысли и эмоции он отдал ей. Но нет — блаженная улыбка не сама собою появилась на губах, а влюблённость эта никуда не спешила уходить, продолжая забирать его воздух. Прикрытые глаза лишь усиливали ощущения, эту небывалую легкость, ее горячее дыхание, легкую дрожь ее пальцев… он сжал ее ладонь крепче, будто бы говоря, что волноваться не стоит. Но сердца их все равно стучали так, как никогда, и от этого становилось не по себе. Его бросало то в сильный жар, будто здесь был костер, то в ужасный холод, пробивающий до дрожи в коленях. Поцелуй был впечатляющий. Она была впечатляющая. Пару мгновений после него Тайлер чувствует, что не может прийти в себя — голова все шла кругом. Наверное, от вина. Они выпили больше половины запасов. В ее горящих глазах он разглядел то же самое, что чувствовал, и едва не рассмеялся — значит, всё-таки смог передать. Но момент был не для смеха. Момент был для осмысливания того, что сейчас произошло. А произошла сейчас… любовь? Он улыбнулся ее словам так, как никогда до этого, и прижал ее к себе, решив, что никогда не отпустит. Как бы это ни было символично, лишь тепло Винафрид согревало его в ту ночь.
     Они долго молчали. Наверное, с час или больше. Окончательно стемнело, и дождь пошел на убыль, даже с листьев почти перестало капать. Эх, сегодня они точно должны остаться здесь, как бы то ни было. Тем более, что их не собирались искать.
     — Винафрид, а не пойдешь за меня замуж? — предложил он вдруг, поглаживая девушку по волосам. После этой ночи и ее признания он просто обязан так сделать, как бы не злился отец. Хотя… он простит. У него доброе сердце.
     Однако Вин не ответила. По ее тихому сопению рыцарь понял, что она уже уснула, и потому не стал будить — только укутал посильнее и сам закрыл глаза.

+5


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Свершившиеся события » Капризы погоды [Север. Белая Гавань. 27.06.298]