Вверх страницы
Вниз страницы

Game of Thrones. From the Very Beginning

Объявление




Администрация:

Faceless Man

Приём анкет:

Jon Snow

Catelyn Stark

 

Полезные ссылки:

FAQ

Сюжет

Акции

Шаблон анкеты

Нужные персонажи

Список персонажей

Игровой период: 01.05.298 - 30.09.298

Что творится в Вестеросе (Седьмой-восьмой месяцы):

Север. В лучших семейных традициях Старки со своими лордами-знаменосцами сразу после свадебных торжеств отправляются к Стене - поддержать Ночной дозор против армии одичалых.

Королевская гавань. Внезапный финт Джоффри с назначением Станниса Баратеона десницей короля был воспринят многими в штыки. Но это не мешает новому деснице находить новых союзников... и врагов.

В Дорне произошла смена власти в пользу Оберина Мартелла. Красный Змей пресекает союз Дорана и Визериса Таргариена, доставляя того в столицу. Но даров и сладких речей дорнийцев в столице не оценили: Визерис был тут же казнен, а Оберина взяли под стражу по обвинению в измене по приказу десницы.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Кузница истории » Планы на будущее [покои Джоффри. 24.08.298]


Планы на будущее [покои Джоффри. 24.08.298]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1


Планы на будущее

Дата:
24.08.298 от З.Э.

Место:
Королевская Гавань. Красный Замок. Покои Джоффри

Действующие лица: Серсея Баратеон и Джоффри Баратеон


Краткое описание:
Разговор сына и матери, плавно перетекающий в беседу между будущим королем и регентом

+1

2

Нет ничего проще, и в то же время ничего сложнее, чем разговор с родными тебе людьми. Казалось бы, мы знаем их лучше, чем кого-либо в этом мире, и именно с ними нам должно быть просто и комфортно, ведь если не с ними, то с кем тогда? Они всегда простят, всегда поддержат - так пишут о них великие поэты, восхваляя ценность семьи. Однако именно их мы больше всего боимся обидеть, и именно их обижаем чаще всего. Именно они осуждают нас куда больше, чем любые злые языки, хотя должны вроде поддерживать все наши начинания и прощать ошибки. Именно им нам страшнее всего открыть свои мысли, ведь мы знаем их непростые, порой просто невыносимые характеры.
Королева регент не была исключением. Она шла по коридорам красного замка, медленно перебирая отекшими от беременности ногами. И да, ей было страшно. Она слышала, что Его Величество сегодня находится в добром расположении духа, а значит ее старания не прошли даром, и две дорнийские шлюхи, что она послала к нему днем, не зря выползли от него с опухшими от плача глазами. Ей нужно было обсудить с ним слишком много важных вопросов, и ей непременно нужно, чтобы он прислушался к ее словам. Ведь что значит слово десницы, или даже лорда Тайвина Ланнистера, против слова короля всех семи королевств? И как чертовски приятно утереть нос этим выскочкам, заставив короля плясать под собственную дудку.
Джоффри не был глуп, совсем нет. По крайней мере она не считала его глупым. Но он был молод, неопытен и зачастую чересчур вспыльчив. Он был подобен мягкой глине, из которой неумелые руки, Станниса Баратеона, к примеру, способны вылепить лишь корявый горшок. В умелых же руках мастера он способен стать прекрасным сосудом, какого еще не видовал Вестерос. Его просто нужно немного подталкивать в нужном направлении, позволяя думать, что ко всем важным, судбоносным решениям он пришел сам.
Остановившись у покоев сына, что некогда были ее покоями, она кивнула стражнику возле дверей, и тот поспешил сообщить королю, что его матушка просит принять ее. Набрав в грудь воздуха, Серсея громко выдохнула, положив руку на округлившийся живот. Этот жест по какой-то причине успокаивал окружающих ее мужчин, будто вселяя в них какое-то непонятное уважение к женщине, что вынашивает под сердцем ребенка. Стражник вернулся и жестом указал женщине, что она может пройти внутрь.
Свет в комнате был приглушенным, а Джоффри сидел за большим столом с ножом в руках. Сегодня на ужин подали дичь - последнее напоминание о пузатом, вечно пьяном, и слишком добром короле Роберте. Чтож, тем лучше.
Королева спокойно присела за стол напротив сына, стараясь ничем не выдать свое волнение. Она не ждала приглашения, но в то же время вела себя довольно робко. Сложившееся положение ставило ее в тупик: теперь ее сын, ее плоть и кровь, тот, кого она кормила грудью, стал королем, и по правилам этикета вести себя с ним следовало соответствующе. Однако получалось это у нее далеко не всегда.
- Прошу прощения, Ваше Величество. Я не хотела беспокоить Вас во время трапезы. Я думала, ужин подадут раньше. - начала Серсея, попутно раздумывая над тем, как лучше начать разговор. - Сказать по правде, у меня в последнее время совсем нет аппетита. А вот дел сильно поприбавилось. Наверное по этому я не уследила за графиком приемов пищи. - Королева грустно улыбнулась своими пухлыми губами, наблюдая, как ее сын с удовольствием объедает фазанью ножку.
- Честно говоря, я хотела бы поговорить с Вами, как раньше, мой король. Как мать, что не может спокойно спать по ночам,
когда ее сердце и разум переполнены волнениями за своего дражайшего сына. -
Она с надеждой посмотрела на Джоффри, замерев внутри в ожидании его реакции.

+6

3

Нелегкая это работа - готовиться к коронации. Танцы, выбор тканей для новых одеяний, примерки, встречи с лордами и леди, прибывшими в столицу, дабы лично лицезреть восхождение на престол нового короля, а еще рой кузин и кузенов, и не надо забывать о Сансе, с которой дедушка заставлял проводить побольше времени, все, напоминая и напоминая о том, что она будущая королева, и после «выходок» в Винтерфелле стоило бы немножко загладить свою вину перед Старками. И, говоря откровенно, без фальши и красивых слов, танцы вокруг будущего праздника начинали понемногу утомлять будущего монарха. Хотелось простого детского счастья: покататься на лошадке, поиграть во дворе в мяч, пофехтовать во дворе, а не бежать куда-то, улыбаться, так что челюсть сводит, и слушать скучные и пустые беседы старших. Но куда там? «Вы же будущий король!» - напоминали ему учителя, дядя Джейме, лорд Тайвин и Станнис, а затем следовал очередной упрек или просьба, или еще что-то, что очень-очень важно и никак не решится без вмешательства золотого мальчика. Но порой, невзирая на хлопоты, связанные с коронацией и судом над дорнийским принцем, Джоффри удавалось побыть ребенком. И сегодня был такой день.
После нудных и никому не нужных уроков он пошел в Западный Двор, где как раз сир Джейме Ланнистер и Гарлан Тирелл сошлись в схватке. Надо признать, зрелище заслуживало восторженных криков и аплодисментов. Ни один из рыцарей не хотел уступать, оба сражались так, как будто они не в Красном Замке, а на настоящем поле битвы. Что правда, Джофф так и не понял, кто одержал победу, оба были хороши и оба показали себя с лучшей стороны, а когда кронпринц подошел, чтобы похвалить фехтовальщиков и выяснить, кто же победил, услышал скучную речь о мастерстве и прочих рыцарских вещах. Но это не испортило настроение.
В садах вместе с Браном и другими детьми лордов он играл в прятки и догонялки. Как оказалось, Старк не только хорошо по стенам лазит, но и бегает. Догнать его не удалось ни Джоффри, ни его многочисленным кузенам. Тот случай, когда Томмен поймал сына лорда Внтерфелла, будущий король решил не считать, все ведь понимали, что мальчишка поддался, чтобы маленький олененок не хныкал.
В свои покои кронпринц вернулся растрепанный, розовощекий, голодный, но доволен. Даже две дорнийки, которые решили, что могут умаслить мальчишку словами и тем самым спасти Оберина Мартелла от суда, не испортили настроение. Наоборот, даже повеселили. Они так забавно плакали, когда он навел на них свой новый подаренный лордом Тирионом арбалет, так забавно умоляли пощадить их.
Джоффри как раз приступил к трапезе, когда сир Меррин Трант сообщил, что королева-мать желает поговорить с ним. Принц тут же приказал ее пропустить, но от еды не оторвался, уж больно проголодался.
Уже с первых слов королевы-матери золотому мальчику стало не по себе. Джофф очень любил свою маму, даже не взирая на то, что ее не было рядом, когда умер отец.
Отставив приборы и вытерев уголки рта салфеткой, Джоффри полностью опускает глаза, чувствую некую вину перед матерью. Неужели он ее чем-то огорчил?
- Так давайте поговорим, как раньше, - ласково проговаривает мальчишка. – Что же не дает вам покая, что волнует ваше нежное материнское сердце?
Джоффри очень заволновался. Ему представлялось самое худшее, а терять еще одного родного человека ему совсем не хотелось.

+5

4

Волнение свойственно каждой матери. С того самого момента, когда женщина узнает, что у нее появится потомство, она волнуется за него. Сначала она переживает, чтобы с ним все было хорошо, чтобы он рос и родился здоровым. Потом чтобы был похож, а иногда чтобы был не похож, на отца. Чтобы рос счастливым, чтобы ему всего хватало, чтобы он хорошо учился, впитывая те знания, что вкладывают в него родители и великие мейстеры. Чтобы стал лучше, успешнее, богаче своих родителей. Но больше всего мать переживает, когда ребенок перестает беспрекословно слушаться ее, и начинает думать своей головой. Он старается поступать по взрослому, совершая тем самым болезненные ошибки, от которых она могла бы его уберечь. Но как же доказать ему, что она знает лучше? Как заставить слушать ее советы, позволяя при этом иногда думать и своей головой? Ох, все это слишком сложно.
Королева наклонилась чуть вперед, на сколько позволил ей живот, протянула руки, обхватывая ими не совсем чистые после еды ладошки Джоффри, и взглянула ему прямо в глаза так ласково, что он кажется даже немного заволновался.
- Меня волнует твоя избранница, мой милый. - Серсея выдержала небольшую паузу и продолжила. - Я знаю, дедушка Тайвин пообещал тебе Сансу Старк, и рассказал, какой выгодный это будет союз. Да и что гневить богов, она прекрасна и юна, как первый подснежник после лютой зимы. Но я хочу просить тебя. Просить довериться мне. - Женщина чуть сильнее сжала ладони сына своими, давая понять серьезность своих намерений. - Твоя кузина, леди Руфина. Я знаю, она нравится тебе. И мне кажется, что она могла бы стать для тебя куда более любящей женой и, поверь мне, куда более выгодной. - Королева загадочно улыбнулась. Она не хотела сейчас раскрывать сыну все тайны. Он не достаточно искушен королевской жизнью, чтобы удержать правду при себе. А рассказывать ее еще явно не время. К тому же, здесь, в красном замке, даже у стен есть уши. Однако намекнуть ему она все же могла. - Я не могу рассказать тебе все, мой король. Есть вещи, которые приходится держать в тайне, для нашей же безопасности. Но поверь мне, никто в этом замке, да и вообще в целом мире не желает тебе добра больше, чем я. -
Сделав над собой усилие, она чуть больше наклонилась вперед и коснулась губами руки короля. - Ты выбрал Станниса Баратеона своим десницей, и я смирилась, ведь такова воля твоего покойного отца. Но он неразумен, узколоб, и хотя и пытается поступать в интересах короны, на самом деле ничего не смыслит в управлении государством. Я стараюсь помочь тебе и короне всем, чем могу, но слово беременной женщины в нашем мире ценится меньше, чем слово напыщенного оленя. - Королева тяжело вздохнула и выпрямилась. Эта поза передавила ей живот, и ребенок внутри начал недовольно брыкаться. Положив ладонь на живот, она медленно погладила его. Ей оставалось только молиться, чтобы и этот ребенок родился от любимого брата. Растить потомственную копию Баратеона ей совсем не хотелось.

+5

5

Женитьба… Джоффрии еле-еле удержался, чтобы не закати глаза. Ну почему именно сейчас? Почему именно в тот момент, когда он сумел опять почувствовать себя ребенком, надо говорить о этом? Она же обещала, что разговор будет межу сыном и матерью, а не королем и королевой! Обещала!
Джофф был близок к тому, чтобы подняться и выйти из своей же комнаты, оставив королеву-мать один на один со своими беседами и проблемами. Но не сделал.
Взгляд невольно опустился на округлившийся животик мамы, и раздражение тут же испарилось. Взамен родилась ответственность, осознание что теперь он не маленький ребенок, которому все на серебряном блюдце с золотой каемочкой а глава семьи, будущий защитник государства. Теперь на его юные плечи ложится вся ответственность. А еще он слышал, как старый Пицель сказал, что королеве больше нельзя волноваться.
- Санса, - мило улыбнувшись матери, прощебетал олененок, - очень милая девушка. Она столь безобидна и ласковая. Вы, матушка, видели, как она играла в саду с Мирцеллой и Томенном? Уверен, она с ними подружилась.
Джоффри говорил от чистого сердца. Пусть его раздражали беседы о грядущей коронации и свадьбе, но дочь Эддарда Старка ему нравилось. Она, как выразилась королева-мать, первый подснежник. С ней Джоффри чувствовал себя настоящим рыцарем. А какой мальчишка в двенадцать лет не хочет чувствовать себя рыцарем?
- Руфинна, - кронпринц положил свои руки поверх материнских, тем самым показывая, что ему приятны ее объятия, пусть он совсем скоро станет королем и должен перестать вести себе, как Томмен. – Она тоже мила и она очень, очень красивая. Но она никто. Лорд Тайвин Ланнистер говорит, что союз со Старкими укрепит позиции Железного трона. Что этот брак даст верность не только Севера, но и Долины, Речных земель и Простора. – Дедушка много ему говорил о политике и о том, как важно дружить с лордами, но Джофф был уверен, что лорд Утеса Кастерли думает, что его наука проходит мимо ушей внука. Вот и зря! Джоффри слушает. Когда ему хочется слушать. – А разве заполучить расположение четырех домов, один из которых владеет самой большой армией не правильно? Я думаю, что вы недооцениваете Старков, – мальчишка улыбнулся, поймав себя на мысли, что пытается подрожать дедушке. Именно эти слова он сказал внуку, когда тот начал воротить нос, только услышав о свадьбе.
Но долго насладится своим умом и рассудительностью королева-мать не дала. Последующие слова заставили кронпирца тяжело выдохнуть и скрывать губы. Кто бы сомневался, что королева не попытается очернить десницу.
Смерилась. А как же!
- Простите меня, мама, а разве принц Оберин не угрожал при вас и при моем Деснице войной? Думаете на такое стоит закрывать глаза или еще лучше, поощрять? Сегодня змей угрожая войной требует титул лорда, а что завтра – Железный Трон ему подать?
Джофф злился. Он был в дикой ярости, когда узнал из-за чего арестовали принца дорнийского. Мало того он хотел приказать отрубить ему голову, но тот самый Станнис, о котором столь нелестно высказывалась королева, остановил его. И видимо зря. Джоффри опять задумался над тем, чтобы украсить головой дорнийца стены Красного Замка. Пусть он юн, но он не позволит запугивать его! Он король!

+3


Вы здесь » Game of Thrones. From the Very Beginning » Кузница истории » Планы на будущее [покои Джоффри. 24.08.298]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC